Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:58 

"Атум".(44-47)

глава 44.
Уже занимался рассвет, когда Тата получила письмо с посыльным от Тейе.
"Дорогая Тата, - сообщала она, - я должна была вернуться в храм обязательно. Но я выполнила твою просьбу сполна. Всё же, я не смогла привести тебе царицу потому, что она была на корабле с моим повелителем Сияющим Наннар-Сином. Подробности расскажу потом.
Тем не менее, хочу тебе сообщить ещё более важную весть, если ты до меня ещё её не узнала. Твой муж Хеб, сегодня ночью говорил с нашей верховной жрицей. Похоже, что он в невыразимом исступлении. Верховная жрица согласна взять тебя в услужение. В наш храм. Совершенно очевидно, что Хеб сделает тебя младшей жрицей Изиды.
Тейе."
Тата скомкала дрожащими руками пергамент и зашвырнула его в распахнутое окно. Обречённо, она опустилась на шёлковый топчан...
Дверь с шумом распахнулась и в комнату влетел Хеб. От неожиданности Тата подскочила. За Хебом вбежал слуга.
- Закрой дверь! – немилосердно приказал слуге эвен и слуга покорно удалился, плотно прикрыв створки.
Тата молчала, в её голове стучала кровь, как в большой барабан. ...Хорошего не ожидалось...
- Как ты могла такое допустить! - прогремел верховный жрец.
- Я сама не знаю... - было ясно, что Тейе права и Ра уже побеседовал с её мужем.
- Ты могла лишить меня всего! - Хеб сжал руками свой лоб, будто боялся, что он лопнет. - Никто! Никогда, не позволил себе войти в чужой дом без разрешения, тем более в дом одного из богов! ...Твоя голова забита вожделением к дингиру Маху, местью Рамзесу и только о них ты думаешь! Ты могла потерять сына, чуть не лишила меня положения в обществе... Твои постоянные влюблённости – это позор!!! – Хеб так яростно ударил рукой о деревянную тумбу, что она отъехала в стороны.
- ...Откуда ты знаешь ...о Махе? - почти простонала Тата. Хеб горько расхохотался.
- Кто сказал? Твои мысли мне сказали, – он взглянул ей в глаза.
- Ты прочёл мои мысли!? - возмутилась Тата.
- О, они же просто гонялись за мной при каждой нашей встрече... Они... требовали. Я был вынужден их осознать! – опять вскричал Хеб.
Тата, как подкошенная, опустилась на топчан и, закрыв лицо ладонями, заплакала.
- …Ты мне больше не жена, – ровно сказал Хем Нетер. - Собирай всё необходимое. У тебя есть три варианта. Можешь идти куда хочешь, без моей опеки. …Но, не советую. …Можешь возвращаться на Родину, я договорюсь с Ра. Или... станешь младшей жрицей Изиды.
- Хеб, я исправлюсь! Ведь больше никто не знает. Я клянусь, что исправлюсь! – с мольбой обратилась к нему Тата.
- Никто не знает? Знает Лада, знает Рамзес, знает Ра, знает Мах и главное - знает болтливая Тейе!
- Ты не можешь так поступить со мной!
- Не могу? Ты думала, что моё терпение безгранично? Я простил тебе Рамзеса. …Я бы простил тебе, …я бы смирился, если бы сам Мах хотел тебя... Но вожделеешь ты!
- ...Мне не нужна твоя помощь, – Тата гордо выпрямилась. Я буду жить сама по себе.
- Не советую, – уныло усмехнулся Хеб. - Народ в душе не любит падших хозяев...
- Но я не могу вернуться домой… Я не могу оставить сына, - сорвавшись на писк, взмолилась униженная женщина.
- Собирайся. Ты будешь жрицей Изиды. ...Я сглажу возможные слухи. Все решат, что ты сознательно посвятила себя богине, а не тому, кто иногда живёт в её доме. ...Ты будешь видеться с сыном. ...Когда пожелаешь, – сказав это, Хеб решительно вышел, оставив Тату невыносимо опустошённой.
Тата просидела не шевелясь, до полудня, будто в трансе. Она ничего не собрала, да и не нуждалась ни в каких благах.
...Предательство Лады, …отказ Хеба, - гнев и обида переполняли её так, что от возможности дико заорать её отделял лишь один человек, который бы мог, вот сейчас, обратиться к ней и вывести её из этого ступора. ...Но её никто не тронул до самого вечера. Тата слегка взяла себя в руки. Очень кстати, поскольку именно вечером ей предстояло, насовсем, уйти из дома.
Вошла служанка и тихо сообщила, что её одежда собрана и носилки ждут у порога. Тата молча поднялась. Поплелась как привидение, через весь дом. Остановилась и вошла в комнату к сыну.
- Куда ты, мама? Папа сказал, ты уходишь? – мальчик большими глазами смотрел на неё, когда она перестала его обнимать.
- Я буду жить в другом доме, у Изиды. Недалеко от сюда, - смогла улыбнуться Тата.
- Ты хочешь стать жрицей? - мальчик был явно вдохновлён. И Тате понравилось это.
- Да... Да, очень хочу. Это большая честь служить Изиде.
Вошёл Хеб и остановился в дверях с невозмутимым видом. Тата обернулась к нему, но взгляд его не дрогнул. Повернулась опять к сыну, поцеловала малыша и прошествовала мимо мужа совершенно достойно.

Тату приняли с почтением, как ни странно.
Сама верховная жрица показала ей её келью, где была уже приготовлена вода для вечернего омовения и ужин.
Но… Тата не смогла притронутся ни к чему. И до поздней ночи проходила в красивейшем саду храма с водоёмом, усыпанном лотосами, отражавшем в своих водах невероятно огромную сегодня луну...
«Чей свет колышется на водной глади, как волосы Маха...» - усмехнулась Тата, не сводя с этой красоты своих заплаканных глаз. Лишь под утро она смогла вернуться в своё новое жильё и забыться тревожным сном.

глава 45.
Утром Лада тщательно оделась и, вместе с Анукет, вышла к завтраку.
Рамзес уже был там. Видимо он вернулся на рассвете и уже успел омыться с дороги и переодеться в свежую одежду. Он сидел рядом у стола и ожидал, пока слуги расставят блюда. Малышка Анукет, увидав отца, восторженно бросилась к нему взобралась на колени.
- Ты давно вернулся? - наклонившись, Лада поцеловала мужа.
- Совсем недавно, - ответил Рамзес. Поцеловал Анукет и, передав её служанке, встал. - Пойдём. Мне нужно с тобой поговорить.
Они прошли в малый приёмный зал. Лада, с покорным смятением, следовала за ним без расспросов. Отослав дворцовых стражников, стоявших у дверей, на кухню, Рамзес закрыл двери.
Что случилось? - не могла сдержаться Лада, проследив, как муж садится на свой трон из зеленовато-голубого гладкого камня.
Хочу тебе сообщить, что Тата и Хеб больше не муж и жена. Хеб отказался от неё, – не сводя с жены глаз, сообщил Рамзес без предисловий.
- Что?! – Лада всмотрелась в мужа, в надежде понять, знает ли он о том, что Тата её вчера бросила одну и что сама она была на корабле Маха. Но, похоже, Рамзес об этом был не осведомлён... – Как же так?
- Видимо, ему надоели её похождения, – Рамзес на мгновение смутился и бегло прикрыл пальцами рот.
- …Ч-что? - неуверенно переспросила Лада.
- Ты знаешь, не удивляйся. ...Мах и Тата...
- Ты и Тата… – добавила Лада. Рамзес, от неожиданности, вздрогнул, но Лада не заметила.
- Хеб знает? – Лада на мгновение представила, что может чувствовать сейчас Хеб и она его …понимала.
- Да, он знает давно.
- Это возмутительно! - неожиданно для себя обиделась Лада. Рамзес в удивлении вскинул брови.
- Возможно, он бы и дальше молчал и терпел... но то, что произошло вчера, было последней каплей.
- Значит, Ра уже всё рассказал?
- Да, - коротко ответил Рамзес. Лада жалобно отвела от него взгляд.
С большого открытого балкона повеял прохладный ветерок, принося откуда-то с собой запах сухого сена.
- ...Что же теперь делать Тате? – размышляла Лада.
- Хеб уже позаботился. Её с радостью примут в дом Изиды, – с выражением сообщил Рамзес. - Она станет жрицей и будет в почёте.
- В почёте? В каком это ещё почёте?
- Когда главная жрица Изиды узнала, что Тата была близка с одним из их божественных хозяев, то была просто в восторге. Это такая честь! – Рамзес откинулся в своём кресле. Лада была уверена, что ему сейчас смешно от этого факта. И она одарила мужа умилительным взглядом.
- Это здорово... - Лада заломила руки и стала ходить по комнате взад-вперёд. - Зачем... зачем он рассказал им?
- Он был вынужден рассказать то, что знает. Объяснить причину, почему Тата будет жрицей именно в доме Изиды, в то время как она и так является женой самого влиятельного жреца в Та-Мери.
- То, что знает? - тихо повторила Лада. - Тогда он должен знать и то, что Мах... Он... он не хочет... продолжать... – Лада не могла найти подходящие слова.
- Какая досада... - опять усмехнулся Рамзес и, подперев рукой голову, стал с интересом наблюдать за женой.
- Зачем выставлять напоказ? – не понимала царица.
- Не переживай, – знающе осведомил муж. - Это секрет жриц. Хеб молодец, что решился на это признание, во благо Таты. ...Иначе, она была бы заурядной жрицей, которая должна подчиняться всем сколько-нибудь стоящим выше неё по чину. Ей нужно было бы много работать... К чему Тата, скажем честно, совершенно не приспособлена... Вдобавок к этой благодетели, она сможет продолжать воспитывать сына, - Рамзес говорил размеренно, по-прежнему следя взглядом за женой. Лада остановилась.
- Когда она переедет в храм?
- Вот прямо сейчас, - ответил Рамзес и поднялся с кресла.
- Тогда, я должна её навестить!
- Я голоден, - ответил её муж, открывая двери и кивком головы приглашая Ладу на выход. - Навестишь завтра. Не уверен, что твоё появление там будет принято как благо.

глава 46.
На следующий день Лада уже не спешила в храм Изиды. Масса противоречивых сомнений одолевала её с самого вчерашнего утра. Она многое обдумала и вдруг, стала осознавать себя той, о которой говорил Ра, как будто прорвалась запруда эмоций. А далее, совсем другой - новой – не Бастет и не прежней Ладой - со всем прошлым, настоящим и будущим. Как ни странно, осознание себя принесло успокоение.
В храм Лада пришла уже за полдень. Её встретил привратник и, проведя в красивый зал, извинившись - оставил одну.
Не успела, однако, Лада осмотреться, как в зал благоговейно вбежала стайка прелестных жриц, сопровождавших верховную жрицу Изиды Анес.
Жрица, величаво, низко поклонилась столь знатной гостье.
- Рада приветствовать ваше величество в нашем храме, - доброжелательно сказала она и изящным жестом руки пригласила Ладу присесть на широкий резной стульчик, отделанный нежным шёлком.
Посреди зала стояла всё так же прекрасная статуя Изиды, усыпанная свежими цветами. Чудесные цветущие лианы оплетали арки окон, через зелень листвы пропуская в комнату солнечные лучи и наполняя её приятным изумрудным светом.
Как только Анес и царица уселись, девушки так же опустились на мягкий коврик у ног статуи. Среди них оказалась и Тейе, которую Лада сразу не заметила.
- Вы, верно, желаете встретиться с нашей новой жрицей? - любезно поинтересовалась Анес.
- Да. Именно за этим я и пришла, - доброжелательно подтвердила Лада. Но хрица, неловко улыбнувшись в ответ, мимоходом взглянула на Тейе. - Я могу её видеть?
Анес явно что-то смущало. Но она не могла отказать царице, а потому, жестом указала одной из жриц на дверь.
- Но госпожа Анес! - вдруг неожиданно и несдержанно воскликнула Тейе, чем вызвала к себе всеобщее внимание и от этого, смутившись, она потупила взор.
Лада удивлённо посмотрела на неё, потом на Анес, совершенно не понимая причины столь открытого возмущения... - "Если только…"
- Не хочет меня видеть? – произнесла вслух царица. По опущенным глазам хозяйки, что совершенно не вязалось с её возрастом, Лада поняла, что это так. - С чего вдруг такое заступничество и протест... потакание прихотям?.. - открыто возмутилась царица.
- ...Госпожа, - Анес собралась с духом, – мы очень рады, что среди нас появилась женщина, приятная нашему хозяину... – жрица запнулась, её глаза немного бегали, она нервно обдумывала слова. - ...Мы не хотели бы её сейчас ничем обязывать, тем более теперь, когда она ...неважно себя чувствует... И... мы все очень надеемся, что поселив в этом доме милую сердцу нашего дингира женщину, угодим божественному Маху. И наш хозяин станет чаще бывать в своём доме. Иначе, его дом превратится в место для народного ритуального паломничества! - Анес искренне негодовала. Её глаза стали выражать честное раздумье и намерения.
- Но ведь это не просто дом Маха, - мимоходом, взглядом пробежавшись по лицам жриц, Лада поняла, что её простое панибратское выражение об их божественно хозяине сильно напрягло их, - ...но и памятное место. Люди имеют право оказать почтение уважаемой ими богине, - напомнила она.
- Это так, - грустно согласилась Анес. - ...Но, дом без хозяина — пуст... - она отошла к увитому цветами окну. Без сомнения, эта проблема волновала её до глубины души.
- ...Что ж, - тихо сказала Лада, - я понимаю вас. А по какой же причине моя подруга не желает встретиться со мной? Каким образом в этом желании замешана я?
- Почему не хочет? - переспросила Анес и повернулась лицом к царице. Лада тоже встала, чувствуя, что мысли её покинули, в голове появилась сплошная пустота.
- Почему Тата не хочет меня видеть? – чётко повторила она вопрос, испытывая всё возрастающий гнев. - Надеюсь, вы у неё поинтересовались?- Жрицы переглянулись и опустили головы. Тейе заёрзалась на коврике, - Тейе!?
- Да... – тихо вступилась Анес за свою подопечную. - Да... конечно... Мы все женщины... и понимаем, как неприятно порой, когда выбирают не нас, - жрица сжала пальцы своих рук. Лада не совсем понимала смысла её слов. - ...Тем более, когда выбирают стоящую ниже... - жрица-хозяйка уже сплела пальцы рук достаточно туго и оглядела потолок, будто ища там подсказку. - Вас избрал сам Великий Ра. Вы гордая царица, купающаяся в лучах его славы и величия его наместника. Наверное... и наш божественный господин Мах, соратник божественного Ра, должен был не обделить вас... - Анес опять стала напряжённо обдумывать слова.
Лада не в силах была прервать её. Она чувствовала, что от понимания мысли Анес, начинает словно прирастать к полу.
- Мы все это понимаем! – между тем продолжала оправдывать её Анес. - Никто, никто вас не осуждает. Это простое женское чувство... Такова наша природа. ...Но, иногда, полезнее её сдерживать. Ведь...
- Довольно, - Лада оборвала эту витиевато-лживую речь. Всё было слишком... Слушать наглое враньё и стоять тут, как провинившаяся девочка. Анес закрыла глаза, будто ожидала последующего наказания. Жриц вообще не было слышно, что они делали – Лада не видела. - ...Вы правы. Иногда полезнее сдерживать свою природу, - царица подобрала край упавшего с плеча невесомого палантина. - Надеюсь, ваш план осуществится и этот дом будет процветать.
Лада гордо развернулась и направилась прочь. Более она здесь задерживаться не могла - слёзы наполнили её глаза. Она боялась, как бы не расплакаться прилюдно, что можно было бы расценить как признание своей вины.
В дверях она почти столкнулась со жрицей, посланной Анес за Татой. Жрица отскочила, прижалась спиной к стене. Лада не обратила на неё внимания. Как не обратила внимания и на другую, закрывавшую ладонями лицо за колонной...
Тайная дингирсаль поспешно вышла на освещённый розовыми лучам солнца холл, где была настигнута опомнившейся Анес.
- Госпожа! Госпожа, я не желаю причинить вам оскорбление! Прошу, поймите меня... - лепетала она, спеша за царицей.
- Не провожайте меня, - резко ответила ей Лада и сбежала вниз по ступенькам.
Слуги отдыхали в тени деревьев. Они не ожидали раннего возвращения царицы и неловко повскакивали. Верховная жрица осталась стоять на ступенях храма, в её глазах читалось сомнение. Она стояла так до тех пор, пока Лада не скрылась за воротами двора храма Изиды.
Жрицы подбежали к Анес и молча остановились рядом. Тейе утешала Тату...

Стоит ли говорить, насколько расстроенной вернулась во дворец дингирсаль. А самое вероломное и досадное было то, что она не могла никому сказать правду. И теперь, в глазах окружающих, она будет выглядеть именно так, как сказала верховная жрица Изиды - завистницей избранницы Маха.
Лада выпроводила верную служанку и закрылась в своих покоях одна.
- Я хотела лишь помочь! Я бы не стала мешать им... – упалв на постель, она от души расплакалась. Такого поворота никак не ожидалось...

глава 47.
Прогуливаться с малышкой Анукет по утреннему саду, такому прохладному в эту осеннюю пору, но насыщенно зелёному, Ладе было необыкновенно приятно. Это напоминало родные края и что-то под ложечкой защемило от тоски по дому. Как никогда, она почувствовала себя одинокой.
За все четыре месяца, минувшие с того памятного дня, когда она побывала в храме Изиды, Тата так и не раскаялась в той лжи, которой она покрыла имя своей подруги. Видимо Тата была полностью уверена в своей правоте. Лада поначалу всё порывалась непременно встретиться с ней и рассказать правду... но зачем? ...Поймёт ли её Тата, поведай она о чувствах Маха?.. Отнесётся ли к ней лучшим образом? Наверняка, Тата ещё более обозлится ...
Хеб ограничивался лишь короткими приветствиями на пути Лады в библиотеку. Храм теперь охранялся жрецами на много сильнее - не показываясь на глаза, жрецы постоянно следили за приходящими. Нельзя было не заметить отчуждения, с которым встречал её Хеб. И она его понимала вполне…
... Ни Ра, ни Мах не появлялись в городе... будто исчезли. Временами в небе, Лада замечала пролетающие со скоростью падающей звезды золотые диски богов... но ни один из них не останавливался за городом. И всё что происходило, стало теряться где-то далеко в сознании... словно фантастический фильм. И лишь её пребывание в Древней Та-Мери указывало, что всё было в реальности. Она ловила себя на мысли, что тоскует о встрече... с Ра. ...И мил ей стал Мах.
Она по-прежнему любила Рамзеса, который всё так же любил её - не было сомнений. Но, он постоянно был занят чем-то важным. У него почти не было времени на общение с женой... А если бы и было – могла бы она рассказать ему о том, что случилось? О своих чувствах и ...намерениях? Да и это намерение побывать на Сотис… Той Сотис, о которой сказал Ра. Там, где находится её прежнее тело... Посмотреть на него, чтоб убедиться, чтоб точно знать... Эта мысль, остававшаяся далеко... неуверенная...
Чем дольше Ра и Мах не давали о себе знать, тем навязчивей становилась эта идея... – нестерпимое желание встречи с ними!
Лада улыбнулась дочери, которая убежала вперёд и сорвав красивый цветок, махала и кричала маме, чтобы та порадовалась вместе с ней. Она помахала малышке рукой. Анукет подбежала и Лада вплела цветочек в мягкие волосы девочки.
- Мама, я хочу пить, – оперевшись на ногу мамы, потребовала деаочка.
- Пить? – Лада поцеловала её. - Ну, тогда давай возвращаться. Дома ты попьёшь всё что захочешь.
- Скажи, пусть принесут, - закапризничала малышка, не желая возвращаться так рано.
- Пойдём-пойдём, – Лада попыталась встать с колен, но милая Анукет одёрнула её за платье.
- Скажи, пусть принесут! – настойчиво потребовала она.
- Я что, кричать должна? Видишь, мы одни, - стала уговаривать дочь Лада. - Пойдём, я ещё хочу поговорить с твоим папой.
- С каким? - невинно, рассматривая цветочек в косичке, вдруг вопросила Анукет.
- ...Что значит, с каким?
- Няня со служанками говорили, что у меня другой папа. Они говорили, а я слышала. ...Они говорили шёпотом, потому что это секрет, - Анукет улыбнулась и кокетливо откинула косичку за спину.
Лада, всё ещё сидя на корточках, только могла ошарашенно моргать, даже не представляя, что она может на это ответить.
- У тебя только один папа - фараон Рамзес. И не слушай никаких дурацких сплетен! – выпалила Лада, удивив этим девочку.
"Только ещё этих сплетен мне не хватало", – яростно подумала Лада, взяла Анукет за руку и потянула её, еле поспевающую, во дворец.
- А... а бог Ра? - уже игриво, перепрыгивая через камни мощёной садовой дорожки, спросила Анукет. - Он не мой отец?
- Нет.
Так они – нервная Лада и задорно прыгающая Анукет - вошли во дворец.
- Расскажешь сказку? – Лада шла на кухню, а Анукет неугомонно скакала рядом.
- Не сейчас.
- А когда?
- Потом.
- Когда?
- Вечером.
- Почему не сейчас?
- Потому, что я хочу поговорить с твоим отцом, – напомнила дочери Лада.
- С каким?
- С тем, что каждый день с тобой, – сохраняя спокойствие, ответила Лада.
- А с другим?
- А другого у тебя нет.
- Ничего подобного, он же сегодня прилетел!
- ...Ч-что? - взвизгнув от неожиданности, остановилась Лада. - Это тебе кто сказал?
- Хеб, – спокойно ответила девочка. – Я сегодня утром с папой сидела, помнишь? И к нему Хеб заходил с Хенсу.
- Да. И что дальше? – по-прежнему сохраняя спокойствие, спросила Лада.
- Хенсу такой хороший! – воскликнула Анукет - Правда, хороший? Тебе он нравится?
- Очень, - нетерпеливо ответила Лада. - Что ты хотела ещё сказать?
- Ах, да... – Анукет по-деловому подперла ручкой бок, а другой стала рассудительно жестикулировать. - Хеб сказал, что вчера вечером прибыл бог Ра.
- И что? - надеясь, что Ра передал что-то Рамзесу, нервничала Лада.
- Больше ничего. Папа передал Хебу несколько тугих свитков.
- Ничего больше не говорили… о боге Ра?
- Нет. ...Мама, так бог Ра мой папа или не мой папа?
- Не твой, – Лада взяла за руку дочку и повела её дальше.
- А почему служанки так говорят?
- Дуры, твои служанки. – Это казалось немыслимым. …Сделать из неё ублажительницу богов.
Лада открыла дверь на кухню и к ней тут же подбежали две кухарки.
- Дайте ребёнку попить и пусть идёт с няней в свою комнату, - скомандовала царица-дингирсаль.
Одна из кухарок поднесла на золотом подносе хрустальный графин с соком, налила в хрустальный бокал, отпила и только тогда протянула принцессе.
Лада всё же подождала, пока вторая кухарка позвала няню и та пришла. И только потом убежала к себе.
Переоделась в скромное платье и, взяв с собой Нуит и одного стражника, пешком отправились в храм Единого Бога.

@темы: "Атум".44-47

23:56 

"Атум".(40-43)

Глава 40.
Расположившись на открытом балконе, Лада вышивала наволочку нежными витиеватыми узорами. Занятие, которому в бытность свою на родине и будучи влюблённой в рукоделие, научила её Тата. Тата могла вышить или связать великолепные вещи за совершенно короткий срок, это было мастерство мало имеющее себе равных — природное дарование. Лада же только стремилась к такому совершенству, но талант её был не столь силён.
Анукет со служанками играла внизу. Они кормили кошек с котятами молоком и от туда постоянно доносился смех в перемешку с умилительными возгласами. Внизу было тепло, а на балконе сыро. Опять начался ливень и дождевые струи, стекавшие с балконной крыши, образовали собой плотную завесу, через которую уж ничего невозможно было увидеть.
Надоело сидеть в "коробке под водопадом". Царица поднялась и стала собирать упавшие на пол обрезки, моточки разноцветных шёлковых ниток и лент. Сделав дело, она остановилась перед дождевыми потоками, просунув под упругие струи свои ладони — очень приятное чувство… Внезапно возникший голубой столб света, пронзив водный занавес, осветил пол балкона, заставив отпрыгнуть в сторону. Тут же, в луче, появился силуэт. И когда он погас – пред ней опять предстал дингир Мах.
Царица невольно вздрогнула от подобного явления, но не подала виду, что волнуется очень. На какое-то мгновение ей показалось, что такое появление во дворце - это покушение на её спокойствие и неприкосновенность. Это не осталось незаметным, однако. Лада почтительно поклонилась божеству.
- Своим недоверием, ты меня смущаешь, царица. А между тем, вредить я тебе не собираюсь и никогда не собирался, – сказав это, Мах устроился в кресле и жестом предложил ей сесть рядом. Она села напротив. - Я сообщаю тебе лишь, что сегодня Ра прибыл на Землю. ...Он сменит меня.
- Ты был здесь? – оживилась Лада и удивилась тому, как это она говорит с ним, будто с равным и давно знакомым другом. – С каких пор?
- Весь прошедший месяц, – совсем не отметив её тон, охотно сообщил дингир.
- Я не знала...
- В общем, я за другим, - улыбнувшись, в своей манере растягивая слова, напомнил Мах.
- А... а Тата? Она знала, что ты был здесь?
- Ра ждёт тебя к себе, - словно не заметив её вопрос, сообщил Мах. - Он желает поговорить с тобой, о твоих познаниях. ...Как они там, познания твои?
Ах, да... – сделав удивлённый вид, ответила Лада. - Как же! Конечно!
Мах заинтересованно опёрся на руку. Ему явно казался интересным столь неприкрытая усмешка царицы.
...Неготова?
Когда? - мысленно обозвав его Люцифером, дерзко спросила Лада.
- Завтра. В Храме Единого Бога, - нажав на синий прозрачный камень на своём увесистом браслете, дингир поднялся с кресла в котором сидел и, тут же, вновь появился столб голубого света. - И ещё, пусть нахождение Ра на Земле остаётся в тайне. ...Если последуют паломники ... это ни к чему. Когда это происходит постоянно... – сильно утомляет, - добавил Мах, уже стоя в световом столбе.
- Хорошо, - уверила Лада и бог исчез.
Она поспешно сбежала вниз. И только когда убедилась, что Рамзес во дворец ещё не вернулся, успокоилась.

Уже смеркалось, когда в дверь дома Таты постучалась Тейе. Испросив о поисках малыша у слуги, открывшего ей дверь и получив неутешительный ответ, она прошла в дом. Тата бросилась к ней со слезами.
- Сегодня утром к нам приходили твои слуги. Меня утром не было - ходила на рынок, поэтому сразу не пришла. Прости... – поспешила оправдаться жрица.
- О, это не важно... – сквозь слёзы, ответила ей Тата. - Давай... присядем - …нет сил стоять...
- Тата, Тата... не переживай так сильно. Он же маленький, далеко уйти не мог, – постаралась утешить Тейе.
- Думаю, всё на много сложнее, - сквозь слёзы прошептала Тата.
- Ты думаешь, он ранен?..
- Боже, нет... - спохватилась Тата, осознав и такую вероятность. - ...Я о другом. Я думаю, - Тата оглянулась по сторонам, - он на Луне.
- Что? – не поняла жрица. Тата подвинулась ближе к подруге и стала рассказывать ей подробно всё, что случилось вчерашним вечером. Тейе задумчиво молчала, когда Тата закончила свой рассказ.
Так нужно обратиться к Сияющему Наннар-Сину! - воскликнула Тейе и бросилась к двери. Но тут же остановилась. - О, нет... Он сегодня отбыл.
Кто такой Наннар-Син?
Мах, дингир Мах!
- ...Что? Мах был здесь?
- Да.
- А почему же ты мне об этом не сказала? – глядя во все глаза, трогательно вопросила Тата.
- Потому, что нам запрещено разглашать... – осведомила её Тейе, что стало полной неожиданностью для Таты. Ведь она специально ходила в храм Изиды, чтоб встретиться с Ним. Если бы она знала что он уже там, то решительно нашла бы, как добиться встречи с ним. - Милая, ты должна понимать! – укоризненно договорила жрица.
- Как же… Как же мне теперь его увидеть? - разрыдалась Тата.
- Постой... Мы можем связаться с Махом через Великого Ра! - Тейе будто посетило озарение. – Владыка Ра должен сегодня сменить моего господина Маха на Земле. ...Но это секрет, - предупредила она.
- И ты можешь запросто пойти в храм Единого Бога и поговорить с божеством? – горько усмехнулась Тата. - С этим... Да он... О, Боже, я боюсь его!
- ...Я - не могу. Но, царица — может.
- Лада?.. - Тата смутилась и опустила глаза.
- Да. Она же общается с Владыкой Ра. Он свяжется с господином Махом, а господин Мах ведь контролирует Луну. Он скажет, там ли мальчик.
- Мы с ней не виделись давно... – Тата сложила на груди руки и подошла к окну, за которым по-прежнему лил дождь. - Видишь ли, она слишком предвзято отнеслась к тому, что случилось у меня с ...Махом. Она считает моё поведение чересчур распутным... Мне было неудобно из-за этого видеться с ней.
- Неужели... А сама-то чем лучше? – недовольно выдала Тейе. Тата пожала плечами. – А сама она тебя навестила хоть раз?
- Да, она приходила несколько раз. Меня не было дома тогда. Но однажды, я не вышла к ней намеренно. ...Больше она не приходила.
- Очень жаль, что у вас всё так... Злая она какая-то! Мне кажется, что она завидует тебе, – жрица откинулась на мягкой лежанке, она следила за Татой.
- Она не завидует. Всё не так…
- Нет? Но тогда как же можно, почти запрещать тебе быть с любимым Махом?! Считать тебя распутной, когда сама имеет то же с богом Ра... - Тейе выглядела даже более раздосадованной, чем её подруга – прямая жертва этой несправедливости. - Даже больше... принцесса Анукет! ...Чья она дочь?
- Тейе, - Тата прикрыла ладонью свой рот, дабы жрица поняла, что нужно сбавить тон, – Лада была вынуждена уступить. К тому же, между ними не было той близости, что была между мной и Махом. …Так она сказала.
Девушка прыснула со смеху.
- Нет, ты не распутная... ты — наивная, – сделал она вывод. - А эти уроки, на которые Ра так щедр? Не многие в Та-Мери ведают тайные знания. И уж куда меньше, чем знают твой муж или фараон. Вот я, например, знаю медицину, могу предсказывать ...иногда - я, жрица. Но я не знаю того, что знает Верховный Жрец. А царица имеет все шансы узнать. Почему? ...Не потому ли, что Ра желает её приблизить к себе? Не может же он приблизить необразованную - это позорно. А так... А для чего её приближать, как ты думаешь? Беседовать будут… на возвышенные темы? – Тейе карикатурно усмехнулась.
- Я не знаю, насколько ты права и насколько со мной была честна Лада... – Тата задумалась. - Я поверила ей. И знаю я её давно… - она всегда такая… - неприступная. И не знаю, может ли она мне завидовать?
- Тогда почему ты с ней почти в ссоре? И из-за кого? Из-за чего?
- Так, - засуетилась Тата - идём во дворец. Будем надеяться, что ты права и царица на самом деле на много ближе к Ра, чем я предполагала.
Тейе с готовностью набросила на себя накидку и побежала следом за подругой.
От грозовых туч стемнело на много раньше обычного. Тата распорядилась, чтоб прислали к порогу носильщиков с большими носилками. И через несколько минут, Тата вместе Тейе , отправились с визитом во дворец.

глава 41.

Уже опустилась ночь. Дождь мелко моросил и стража у ворот по началу не соглашалась впускать столь поздних визитёров. Пришлось послать слугу к уже спящей царице с сообщением о желании Таты и жрицы Изиды Тейе видеть её немедленно.
Лада без промедления приказала впустить их и встретила их в одной из удобных приёмных комнат Рамзеса.
Подойдя к Тате, она нерешительно поцеловала её. Она не знала, как реагировать после затянувшегося разрыва между ними. Тата, зарыдав, обняла её.
- ...Что за беда у вас случилась? – Лада взволнованно отстранилась от подруги.
- Мой... сын... пропал! – взахлёб, проговорила Тата. - ...Уже сутки ...наши слуги ...ищут его по городу, ...но, его там нет, - Тата разрыдалась ещё сильнее.
- Я всё сделаю, если чем-то могу помочь, – обняла её Лада, ещё не понимая, чем именно поможет. – Скажи только, что сделать? Я прикажу нашим охранникам отправляться на поиски сейчас же.
И Тата вновь стала повествовать об этом трагическом происшествии. Тейе тихо сидела в сторонке и молча слушала.
Когда Тата закончила, Лада дружески сжала её ладонь и поспешно вышла из комнаты, оставив гостий одних. Тата и Тейе переглянулись – одна с надеждой, другая с намёком. Тата не нашлась что сказать и они неподвижно продолжили ожидание.
Царица вернулась скоро - ждать себя не заставила - в одежде, пригодной для сырых прогулок.
Пойдёмте, - не останавливаясь, пригласила она подруг и повела на улицу. - Мы все поместимся в ваш паланкин?
Да, он большой! - вставила слово Тейе.
Отлично, не будем терять время.
- Куда мы идём? - догнав Ладу, спросила всё ещё невольно всхлипывающая Тата.
- В храм. В главный храм, – Лада успокаивающе взглянула на подругу.
- Но разве ты знаешь, как пользоваться кристаллами? – Тате очень сейчас хотелось, чтобы подруга, как по волшебству, знала да и имела к ним доступ.
Нет, не знаю, – привела её в чувство и немало огорчила, Лада. – Но Ра сегодня прибыл туда... – пояснила она и заметно смутилась.

Все беспрепятственно вошли в храм - тихий, как всегда и мало освещённый в эту тёмную дождливую ночь. Лада сообщила дежурившим сау о цели своего визита. Главный, зная, как часто царица бывает тут, не препятствовал. И она, проведя спутниц в основной храмовый зал, остановилась там, не зная что делать дальше...
Как не странно, но ни один служитель более не вышел к ним на встречу. Надо было сразу спросить у сау о прибытии Ра… - теперь нужно возвращаться к ним. А Лада волновалась за мальчика не меньше Таты.
- Что теперь? - спросила, до этого всю дорогу молчавшая, Тейе. Лада, не отвечая, закрыла глаза и на её лице появилась исключительная сосредоточенность. Тейе подалась к ней, желая что-то спросить ещё... Но Тата её остановила, одёрнув за руку и чуть заметно кивнув в сторону дверей.
- Вполне хорошо, - тихо и довольно сказал Ра. Тейе открыла рот от неожиданности и великой чести - лицезреть самого Великого Ра. – Я услышал твою просьбу. Но, эмоции сильны, а мысли беспорядочны - это сильно мешает... И об этом поговорим позже, - дингир остановился и посмотрел на женщин, которые разом поклонились ему. - Чего вы хотите?
Лада грациозно указала на Тату и та, собравшись с духом, опять рассказала историю прошедшего дня.
Ра ни как не возмущался, но, к тому моменту как Тата закончила речь, не было сомнений - он в гневе.
- Достаточно, - прервал он оправдания и заверения в своей невиновности Таты. - Идёмте.
Все женщины безропотно прошествовали за ним. Вошли в запретную секцию. Ра включил освещение и стало понятно, что тут появилось новое технологическое оборудование, в дополнение к уже имеющемуся.
- Я, конечно же, заметил несанкционированный доступ. ...Но не знал ещё, кто там. Оставил это дело лунным стражам... - Ра нажал ряд кнопок - перед ним возникла голограмма Маха, во всю величину. - Есть новости?
- Да, – ответил лунный бог. – Тот, кого мы ищем, всего лишь мальчик.
При этой новости Тата опять расплакалась. Мах, со своей вышины, бегло глянул на неё.
- Что с ним? – уже мягче спросил Ра.
- Всё в порядке. Он остался под куполом и это его спасло. Напуган, но здоров, – отчитался Мах. - Кто этот мальчик? – спросил он, отметив плачущую Тату.
- Сын Хеба и его жены Таты. Ты где сейчас? Когда будешь в Та-Мери?
- Скоро на орбите. Пусть ждут меня за городом.
- До встречи. – ответил Ра и Мах отключил связь. Владыка Та-Мери величественно обернулся к Тате. - Вы должны были объяснить сыну о тех опасностях, что могут его ожидать тут. Я серьёзно поговорю с Хебом, - Ра подошёл к кристаллу и отключил экран с изображением прозрачного купола на лунной поверхности. - Отправляйтесь за город. Как вы слышали, вас будут ждать там. Тебе вернут сына, - обратился Ра к Тате. Она, с ошарашенной Тейе, поклонились и быстро вышли из комнаты.
- Спасибо, - улыбнулась Лада, посмотрев в чёрные миндалевидные глаза Ра. У неё, от волнения, немного сел голос. - ...Я пойду.
Все трое сели в носилки и рабы поспешили за город.

глава 42.

Открытый всем ветрам корабль уже стоял в условленном месте, недалеко от Пирамиды и Сфинкса-Анубиса, верно охранявшего тайник.
Тата приказала носильщикам остановиться и, выпрыгнув почти на ходу, побежала к опущенному трапу корабля, из которого лился не яркий голубоватый свет.
Она остановилась у входа, не решаясь войти. Лада с Тейе догнали её и остановились рядом. От пролитых слёз Тата глубоко дышала, казалось, она еле стояла на ногах.
Но вот, вышел Наннар-Син. Он нёс на руках Хенсу. Увидев маму, мальчик обрадовался и хотел вырваться из рук спасителя, но тот удержал его от возможного падения.
Белокурый бог остановился перед Татой и передал ей сына из рук в руки. Не смотря на всё значение пережитого, Тата не сводила с этого прекрасного дингира глаз, жадно ловила его взгляд, ...но, он был холоден и сосредоточен. Она не нашла в нём того трепета, что испытывала сама – надежды рушились.
- Возвращайтесь, – без рассуждений, обратился он к женщинам и вернулся на корабль.
Лада, поражённая таким равнодушием, сама не понимая своих мыслей и чувств, которые сейчас были одна другой противоречивее, смотрела на корабль и не знала, что предпринять и как теперь успокоить подругу.
А Тата, глубоко раненная разочарованием, опустив голову и прижав к себе сына, в это время почти бежала к стоявшим в дали носилкам. Отставшая Тейе, быстро догнала её, оставив медлившую в раздумьях Ладу одну.
- Я не нужна ему, - приподымая полог носилок, шепнула Тата жрице. - Лада была права, когда сказала, что с нами, у богов, ничего серьёзного быть не может.
Она Не права, - ответила ей жрица, помогая несчастной усаживать сына. - Это она во всём виновата. Ты была с Махом близка, а это очень влияет на всё состояние богов. Понимаешь? Он не мог сделать всё просто так… - из мимолётного порыва. Он не человек… не совсем такой как мы. Если они кого-то выбирают, то выбирают надолго. Если он оставил тебя, то что-то случилось. ...Это царица повлияла на него.
Прекрати! ...Как она может повлиять на Маха, если они не вместе?
Нет-нет... - коварно пропела Тейе. - Ты видела, как она подошла к нему? Что Великий Ра, что Сиятельный Мах - никакого почтения!
Они спешно уселись в носилках и рабы побежали домой, оставив Ладу стоять одну, ошарашенной... под дождём... Непонимающе, она не осилила даже крикнуть им в след когда опомнилась, чтоб подождали. Так и простояла, наблюдая за исчезающими в ночи рабами, уносящими подругу, забывшую про неё...
Очнулась она от того, что кто-то накинул на неё плащ. Это было в самый раз, ведь царица промокла до нитки. Мах повернул её к себе за плечи. Её губы задрожали от сдерживаемых слёз. Он прижал Ладу к своей груди и она расплакалась навзрыд.

- ...Что ты сказала про ...несоответствие между богами и людьми? - решилась спросить Тата, после недолгого молчания.
- Я не смогу тебе объяснить. Прости, - ответила Тейе. – Я могу только сказать, что если они вступают с кем-то в близкую связь... обменявшись сутью... то эта, чужая суть, становится частью их тел. Она их меняет. Это очень, ОЧЕНЬ важно для них. ...Потому связь с людьми для богов - это ...запрет. Никакой дингир не пожертвует своими божественными качествами, хоть мнимо испортив их. Ни с одним черноголовым не вступит в столь близкую связь. Нужен весомый повод чтобы такое случилось. Да и то, последует столько ограничений… Как правило дингир выбирает жрицу-наложницу для вожделенных утех. Она его и услаждает, когда бог посещает свой храм. Такая жрица неприкосновенна и выполняет множество премудрых процедур не только перед встречей со своим господином, но и без этого.
- А чем люди хуже их!? - справедливо возмутилась Тата.
- Тем, ...что они создали людей ...для рабства, – Тейе снисходительно улыбнулась, глядя на подругу, как на вздорного подростка. - Для этого они смешали свою суть с сутью животного. Много позже, люди получили такую милость, как свободу. Людей стало много. Боги не смогли бросить своё творение на волю случайностей... Из справедливого соображения, они позволили нам развиваться, разумно и со знанием строить свой мир. ...Однако, мы так и остались …полубогами-полуживотными. ...Именно животной сути не желают для себя боги. Стать частью животного или раба.
- Но Хеб говорил, - ошарашенная тем, что узнала и вспомнила, сказала Тата, - что Ра желает Ладу от того, что она его жена... Почему же?
- Не знаю... Но я уверена, что царица желает стать энтум дингира Маха, иначе бы не стала отговаривать тебя от любви к нему,– не желая рассуждать о воле Ра, напомнила Тейе свою идею.
- Ну и что? Она же, как и я - человек! – тоже напомнила жрице Тата.
- Нет, не человек. ...Не совсем человек.
- Как это? – скептически удивилась Тата.
Я не знаю. ...Но, если сам Ра считает её своей женой, то в этом есть нечто важное.
Да это просто метафора.
Нет. Может быть, сама царица не знает или... – жрица на мгновение задумалась, - или... не помнит.
- Да я её с восьми лет знаю! – осведомила жрицу Тата.
- Это ничего не значит, - будто увидев посягательство на свои познания, воскликнула Тейе. - ...Боги ...иногда ...рождаются в семьях людей! А как это они делают, я не знаю. Прости. ...Но и это не оправдывает её!!
Наступило сосредоточенное молчание. Каждая обдумывала ситуацию.
- ...Лада любит Рамзеса, я уверена, – успокоила себя Тата.
- Однако, ты видела сегодня как тесно она связана с богом Ра. А Мах так близко от него... Почему ты стремишься её оправдать?
- Так лучше. Хеб, если прознает, то я не знаю... что будет. Я глубоко уважаю своего мужа. И мне лучше остаться с ним и с Хенсу. Особенно с Хенсу, - женщина нежно погладила задремавшего мальчика. - Но я ничего не могу поделать со своими чувствами... - шёпотом добавила она.
- Если у тебя будет Мах, то всё решится только в твою пользу. Очнись, –Тейе дёрнула Тату за подбородок. – Пока ты тут душу рвёшь, царица с дингиром осталась. И неизвестно, ...чем они там за...
- О, Господи! Лада! Мы её забыли! - Тата в ужасе схватилась за голову.
- Да, не хорошо... – довольно спокойно подтвердила интриганка.
Боже, боже... я выживаю из ума... - Тата выглянула на улицу. Огни её дома были совсем близко.
Как только они ступили на порог, она позвала других носильщиков и отправила их на побережье, к пирамиде – забрать Ладу и обязательно привезти её к ней.
- Постойте! - остановила удаляющихся носильщиков Тата, - Я тоже отправляюсь.
- Мама, побудь со мной, - слёзно проговорил Хенсу и ручонками обвил её талию.
- Тейе... - умоляюще, Тата взглянула на жрицу.
- Оставайся. Я найду её, буду просить прощения и приведу к тебе или во дворец... – жрица, не договорив, скрылась в пологах. Рабы подняли носилки и бегом двинулись в путь под притихшим дождём, который теперь лишь моросил, разнося по улицам запах напоённых прохладной влагой растений.

глава 43.

Лада, ведомая Махом, вошла на корабль. Там было светло и сухо. Оценивающе, мужчина окинул её взглядом с ног до головы.
- Тебе нужно переодеться, – заключил он.
Мах ушел в соседний отсек, оставив царицу стоять, как мокрое пугало.
- Вот, возьми и переоденься, - протянул он ей плотно сложенный льняной плащ. Лада покорно приняла.
- А... Где мне переодеться? - проглотив оставшиеся слёзы и поглядев по сторонам, спросила она. Мах жестом указал на комнату, из которой только что вернулся.
Лада устало поплелась в предложенном направлении, и очутилось в чём-то вроде просторного шкафа для одежды, странно наполненный запахом чистого морозного белья. Тут со всех сторон размещались прозрачные полки, набитые стопками свёрнутой ткани. Недолго думая, она живо скинула с себя противное мокрое платье и накинула плотный, но очень приятный новый плащ, который наглухо застёгивался удивительной скрепляющей ленточкой с самого верху и донизу. Оставались только влажные босоножки и волосы... Лада скептически вгляделась в прозрачную отражающую поверхность шкафов и стала пальцами расчёсываться. Сделав всё что можно в этой ситуации, она слегка накинула на голову широкий капюшон и так появилась перед заботливым дингиром.
"Не плохо... Хорошо, что я ещё не была накрашена", – грустно оценила она свою внешность, наблюдая как Мах поднялся ей навстречу.
- ...Я доставлю тебя во дворец.
Подожди! Подожди... - Лада подумала о том, что Тата бросила её из-за него, из-за его подлого поступка... Особенно теперь, когда она полюбила этого божественного мужа... Что было в голове Таты, если она даже о своей верной подруге забыла, будто её и не было?
Бог охотно остался.
- Господин... из одной книги, что в хранилище, я узнала, что вы не можете вступать в близкие отношения с людьми, потому что...
- Я знаю почему, - как-то нетерпеливо ответил ей Мах, утратив всю певучесть в голосе.
- Тогда… я не понимаю, почему ты так поступил с Татой. Я полагаю, ты должен был её полюбить... иметь какие-то особые чувства… Но ты её... – Лада хотела сказать ругательство, но сдержалась - бросил. ...Почему?
- По единственной причине, - глядя ей в глаза, совершенно уверенно, ответил Мах. – Что бы посмотреть на твою реакцию.
- Да при чём же здесь я? – опешила Лада.
- ...Присядь, – почти приказал ей бог, опять вернувшись к своему естественному тону. Лада подчинилась. Мах же остался стоять с неуверенной сосредоточенностью. Наступила тишина. - Да, - наконец сказал он, - мне нужно было знать твои чувства ко мне. Я должен был их видеть.
- Да зачем? – Лада подалась вперёд, но Мах жестом остановил её. – А… иного способа не было?
- Ты себя не знаешь… - уверенно ответил Мах. Ладе было как-то странно слышать такое о себе. - Хочешь, я расскажу, твою историю? – задумчиво предложил он, по-прежнему будучи очень внимательным к любому движению своей гостьи.
- Мне уже Ра всё рассказал… - подражая его тону, ответила царица. - Что я его жена! - недоверчиво-скептически выпалила она. Что-то, чего она не понимала, стало напрягать до дрожи в коленях.
- Ты одна из нас. Когда-то ты создавала этот мир, развивала людей... – Мах отошёл в сторону и перестал смотреть на неё. - Ты была... и, к моей досаде, есть... возлюбленная жена Ра. ...Я тоже, полюбил тебя. Но ты выбрала его, - Мах помолчал. – Прошло время и случилось то, на что я уже не надеялся... - ты стала проявлять ко мне особые знаки внимания. Нет, - усмехнулся Мах, – не намеренно... Твоя гордость и совесть тебе не позволили бы... Но ты ответила мне взаимностью. ...И когда у тебя не осталось сомнений в этом... - решила бороться с собой, – голос Маха опять изменился на строгий. - Ты не понимала, что мне всё равно, с кем ты живёшь... Мне нужно было знать лишь одно, что ты меня любишь. Это чувство единства, нужно было мне так… - Мужчина, теперь не бог, замолчал. Лада молчала тоже, совершенно потеряв способность произносить внятные речи. Ей показалось, что и голоса у неё нет. Она лишь жалобно посмотрела на него, а он всё так же стоял и смотрел в никуда. - И ты, неожиданно для всех, приняла решение вступить в группу по внедрению смотрителей в человеческое сообщество, – продолжил Мах. - Не на короткий период, где ты могла в любой момент вернуться в своё тело, которое оставила для временной консервации... А на длительный. Когда назад вернуться нельзя до конца жизни человека, в котором ты пребываешь. ...Твоя цель и тех, кто входят в эту группу, состоит в том, чтобы жить среди людей от самого своего рождения. …Вы ничего не помните. Но мы с вами поддерживаем постоянную связь. Вы поставляете информацию об уровне развития массы населения, их общих взглядах, представлениях о Мире... всё, что касается социума.
- …Зачем? - вымучила Лада.
- Не смотря на то, что со времени создания нами ...некоторого количества людей, прошли тысячелетия и наши люди смешались с представителями прочих рас… Лично мы уже тут не управляем. Вместе с Галактической Коалицией мы только наблюдаем. Люди очень развились с тех пор... Теперь они на грани выхода за пределы этой планеты. И им ещё придётся доказать своё право на этот шаг. Мы хотим дать возможность, стать полноправными членами сообщества, что позволит им развиваться дальше. Ведь мы несём ответственность за их зарождение на этой планете. Коалиция не позволит нам бросить вас... их, на произвол судьбы.
- Не понимаю, что делаю именно я? - уже приходя в чувство и начиная соображать, спросила Лада.
- Твоя цель, анализировать менталитет и психологию населения. Не в научных кругах, а именно в простой его части, как составляющего и основного человеческого звена. При этом ты должна корректировать их мировосприятие, в том числе представление об Изначальном и о религиях. ...Хоть ты ничего и не помнишь, очень привязана к своим родителям... всё же ты имеешь подсознательную программу, которая выдаётся сознанием как твои собственные мысли. Это касается религии и Бога. Наши представители периодически связываются с разведчиками и вынимают из вашей памяти необходимую уже нам информацию. Для вас это обставляется как необычный сон.
- Я припоминаю… – Лада прекрасно помнила эти сны, но только теперь всё стало ясно. Именно «таких как она», она стремилась найти, обращаясь в том давнем письме когда-то. И к своей неожиданности опять осознала, что неоднократно видела в этих снах и своего мужа - Ра. Именно над рассказами об этих снах Тата посмеялась, когда они поссорились в самом начале пребывания в Древнем Египте, сгоряча рассказала о своём отношении ко всем её байкам... Неожиданно, будто сошло озарение, Лада чётко увидела свою ситуацию. И не почувствовала протест внутри.- Но постой, раз я здесь, то не выполняю возложенную на меня миссию!?
- Да, верно, - Мах горько усмехнулся. - Ра исстрадался... Он решил, что ты и так уже достаточно сделала. Назад тебя он забрать не мог - ты стала человеком. …Он мог подождать, ведь мы можем бесконечно долго продлевать свою жизнь, путём восстановления организма. Но Ра не хотел ждать. Связываться с тобой в вашем времени было чрезвычайно неблагодарно... И он решил перенести тебя сюда, в прошлое, где он имел свободную и полноправную власть.
- А как же ваши двойники тут? Они же должны быть, не так ли?- недоверчиво усмехнулась Лада.
- С собой договорится не трудно, - просто ответил Мах. - Ра предполагал, что ты станешь, скорее всего, жрицей и он сможет опять покорить тебя любовью... Разумеется, сделав своей энтум. Но Ра не предусмотрел один момент. В далёком будущем он умер и его душа переселилась в новорожденного принца, в том времени, где он имел власть. Это ирония... – Мах вдохновенно покачал головой. – И ты влюбилась в него и не в него одновременно. …Эту историю ты знаешь. Но не знаешь, что с этого момента и Ра и я - потеряли шансы на взаимность с той, которую так любили. Наш тайный спор оказался бессмысленным.
- ...Ра знает о нас с тобой??
- Конечно, он знает. Но виду не подаёт. Мы никогда не подымали этот вопрос в открытую. Это неприемлемо ещё и потому, что мы сотрудники и должны здраво выполнять свою работу.
- Отлично... – Лада прошла к всё ещё опущенному трапу корабля. Дождь прекратился.
"Надолго ли?" – подумала царица и вдохнула свежий прохладный воздух. Она вгляделась в ночную даль, но не заметила людей, прятавшихся в тёмном дендрарии неподалёку.
Тейе прибыла за ней, как и обещала. Она увидела, что корабль всё ещё на месте, а царицы нет. Не зная где она - вернулась во дворец или осталась с её хозяином – решила проследить.
Когда Тейе увидела Ладу, вышедшую из корабля, то сделала соответствующие выводы. И как только та скрылась - села в носилки и приказала возвращаться.
- Значит, ты теперь связан с Татой? – После продолжительного молчания, вернувшись в корабль, Лада возобновила свой первоначальный вопрос. Мах сидел на её недавнем месте и ожидал её же действий.
- Нет, - дингир явно не желал продолжать разговор о том событии. - Не только люди додумались предохраняться. Я переправлю тебя во дворец. Мы улетаем.
Разговор был окончен. Ладе ничего не оставалось, как выполнить просьбу.
Не прошло и минуты, как они зависли почти над дворцом. Мах подошёл к своей спутнице и предложил ей стать на небольшую круглую платформу. И она не успела опомниться, как оказалась на одном из балконов. Она посмотрела вверх, но лишь заметила исчезающий столб голубого света. Корабль тут же улетел.
Поздней ночью все жители дворца уже спали.
Лада быстро сбежала в холл и наткнулась на спешившего ей на встречу стражника.
- Госпожа! - стражник преклонил колено. - Я видел свет, вспыхнувший на балконе. Нужно проверить...
- Всё в порядке, - с досадной растерянностью, ответила царица. – Это я вернулась...
Стражник со смесью восторга и благолепия поклонился ей.
- Возвращайся на свой пост, - добавила госпожа и быстро побежала к себе.
Она проскользнула в свою спальню, где столкнулась со служанкой Нуит. От неожиданности, Лада стукнулась об дверь.
- Что, что ты тут делаешь? - воскликнула она. – Почему не спишь?
- Госпожа, я ждала вашего возвращения, – как-то даже оскорбилась Нуит.
- Прости. Анукет спит? – на ходу расстёгивая плащ, поинтересовалась Лада.
- Да, госпожа, – ответила Нуит и быстро подала своей госпоже чистое свободное платье.
- Рамзес?..
- Не возвращался.
- Слава Богу... - Лада облегчённо подвела глаза к небу. – Значит и Хеб не вернулся. Может, всё обойдётся... - она говорила шёпотом, будто кто-то ещё мог узнать о её опасении.
- Что случилось, госпожа? - встревожилась Нуит. За все эти годы, она искренне привязалась к своей хозяйке и та совершено ей доверяла.
- Сейчас расскажу, – согласилась Лада. – А ты, пока, приготовь мне горячую ванну.
- Вы можете принять её уже сейчас. Я ожидала, что вам понадобится, – живо откликнулась Нуит и приоткрыла занавесь в соседнюю комнату. Куда и поспешила Лада.

@темы: "Атум".40-43

23:53 

"Атум".(36-39)

глава 36.
Идя по городу, Тата молчала. Уже было слишком темно. Лада тоже не хотела говорить. Обе обижались друг на друга.
- Неужели нас никто не ждёт… - нарушила тишину Лада.
- Может… просто не знают, когда мы будем? – отвечая через силу, предположила Тата.
- Не думаю…
- В прошлое моё путешествие, Ра тоже ничего не сообщил Хебу.
- Почему он так делает? – с обидой вопросила Лада.
- Может быть хочет, чтобы мы пришли в себя, таким образом? …Без лишней суеты?
- Оправдание не очень… Эгоизм.
Первым делом они зашли в храм, где их встретил Хеб. Он уже был осведомлён об их прибытии. Подруги переглянулись.
Хеб почтительно поклонился вновь прибывшей царице, спросил об их общем самочувствии и только после этого обнял жену. Она прижалась к его груди. Ни чем при этом не смутившись. Лада со вздохом отвела взгляд в сторону, почувствовав неудобство от этой фальши.
- Тебя, госпожа, ждут рабы, - обратился к ней Хеб, - Рамзес ждёт с нетерпением.
- Отлично! – от облегчения слишком громко воскликнула Лада, не желая участвовать в этом обмане подруги. - Тогда я пойду?
- Я провожу тебя, – поспешила Тата, и Хеб указал рукой, куда нужно идти.
Как и сказал жрец, во дворе храма уже ждали слуги с удобными, почти прозрачным паланкином. Как только Лада появилась, рабы разом встали. Они склонились в покорном ожидании.
- Как ты думаешь, будут ли у меня проблемы? - тихо спросила Тата, когда Лада уже была готова отбыть.
- Какого рода?
- Ну, такого... – Тата мельком провела ладонью по своему животу.
- Ах, вот что! - Лада по-настоящему не знала что ответить.
- Как ты думаешь?
- Не знаю, Тата... Я уверена, что ты не забеременеешь. ...Но, на всякий случай, будь как можно внимательнее к своему мужу. И если что... всё можно скрыть. ...Я надеюсь, - добавила Лада, прикинув, насколько разные по виду Хеб и Мах.
- Что же, не буду тебя задерживать. ...До встречи.
До встречи.
Носильщики двинулись в путь.
Недолго постояв, Тата вернулась в храм, где её ждал муж. Ей не терпелось поскорее попасть дамой и наконец увидеть своего маленького сына.

Подошли к дворцу. ...Всё торжественно, всё было украшено огнями. Двор не спал. Царицу несомненно ждали.
Повозку поставили и Лада, отодвинув полог, выглянула, прежде чем выйти. Рамзес её ожидал на нижней террасе с Менкаурам и служанкой, на руках которой сидела маленькая Анукет.
Увидев маму, дети огласили двор радостными криками, а Менкаура бросился к Ладе. Служанка была вынуждена побежать за ним, поскольку девочка хотела тоже вырваться из её рук. Лада несказанно обрадовалась и немало удивилась тому, что Анукет её не только помнит, но и любит...
Рамзес подошёл, когда Лада обнимала и расцеловывала своих детей. Она была так счастлива, что не обратила и внимание на собранную сдержанность мужа. Он поцеловал её и предложил немного отдохнуть. Переодеться, к праздничному ужину в семейном кругу.
На самом деле Лада не рассчитывала, что её станут встречать с такой теплотой. Однако, едва она могла привести себя в порядок, поскольку дети ни на секунду не оставляли её. Сказать, что Лада была обрадована этим – не сказать ничего. Но Рамзес только присутствовал…
Таким образом прошёл и ужин. Рамзес говорил очень мало, но глядя на радость детей, уже был вполне благодушен.
После ужина Лада отвела детей в спальни. Когда же они, наконец, уснули - ушла к мужу. Чувствовала, что разговор будет сложным. …И как же она этого не хотела!
Рамзес ожидал её на балконе. Лада тихо подошла и обняла его со спины. Он повернулся, обнял и... стал целовать её так, словно ждал этого всю вечность. Лада отвечала ему не меньше: «Я очень, очень сильно люблю тебя...» - не переставала она шептать.
Вышли в сад и Ладе пришлось рассказать всю свою историю, причину, по которой она тогда ушла. Но не сообщила, как жила это время, о чём думала...
- Ты знаешь... - напряжённо сказал Рамзес, – Ра и ты...
«Ну нет… - мелькнула решительная мысль, заставившая Ладу действовать, – только не сейчас.»
- Анукет меня очень удивила! - оборвала она речь мужа. Она никак не хотела думать о другом. - Я не понимаю, как она, такая маленькая, помнит меня?
- Мне пришлось потрудиться... - ещё не отойдя от эмоции, с которой он хотел высказаться о ней и дингире, жёстко пояснил Рамзес. - И создавать твою иллюзию.
- Иллюзию? - Лада резко остановилась и, забежав вперёд, взяла его за руку. - Это как?
- А ты не догадываешься? – наигранно и наивно, спросил Рамзес. – Столько времени в библиотеке…
- Пожалуйста, Рамзес… - попросила Лада и крепко сжала его ладонь. – Я так рада, что опять с вами…
Рамзес вздохнул и посмотрел на большую полную луну, которая с поляны, где они теперь стояли, была видна полностью. Лада ждала продолжения, а он не отвечал. Возникшее долгое напряжённое молчание взволновало её не на шутку.
- В чём дело, Рамзес? Я виновата, что на долго ушла, прости меня. Я не должна была вообще садиться на корабль... - Рамзес открыл глаза и посмотрел прямо за ней. Лада обернулась и не поверила себе - недалеко от них, среди ядовито-зелёной от света фонариков листвы, стояла она… но, в другой одежде. …То ли привидение, то ли… двойник. Лада с испуганным всхлипом, резко повернулась к мужу, желая спросить – что это, как такое понять?
- Это иллюзия тебя, - Рамзес опередил её вопрос. Он, рукой, подозвал ту, что неподвижно стояла среди листвы раскидистого кустарника, окружённая еле заметным белёсым гало. И она подошла. Так близко, что стало не по себе.
Видеть саму себя... Она ни чем не отличалась... Взгляд живой, тело... не такое плотное, как у человека, но ребёнок не заметит...
- О, Боже... - прошептала Лада, почувствовав как кровь прилила к её голове, запульсировав в висках.
- Не волнуйся, это только иллюзия, – безучастно успокоил Рамзес. Он провёл рукой перед призрачной женщиной, растворив её в пространстве.
Я не знала... что ты …такой, - глаза Лады восторженно загорелись. Её муж - восхитительный волшебник! И он здесь, рядом с ней, этой чудесной ночью...

глава 37.
Прошли дни, а от Таты вестей не было. Это напрягало и настораживало. А потому, царица отправилась к ней в гости сама.
Хеб в столь ранний час, ещё не собирался в храм, но Таты она не застала. Как оказалось, она решила обновить свой гардероб и ушла к портнихе ни свет-ни заря. Тем не менее, Хеб был рад такому обстоятельству. Он пригласил царицу в свой кабинет и, когда она, наконец, разместилась в шёлковых подушках, спросил издалека:
- Ты рада, что вернулась в Та-Мери?
- Несомненно, – удивилась Лада. – Иначе бы я не вернулась. Если б не хотела.
- Извини, – исправился Хеб. – Я предположил, что за год ваша жизнь могла измениться.
- Чтобы она изменилась, года не нужно. Обычно она меняется в один момент и надолго… - уж она-то это точно знала. Хеб задумчиво кивнул.
- ...Меня настораживает моя жена. Я чувствую, что она... - он явно хотел сказать "опять", но не стал признаваться Ладе о том, что знает о чувствах Таты к её мужу, - что-то скрывает от меня. Мечтательно-задумчива, не в меру... Я знаю, ты не соврёшь, если...
- Вряд ли, Хеб, - Лада заёрзала в подушках. - Ты лучше сам узнай. ...Ты же можешь.
- Я не могу к этому прибегать, не могу контролировать её постоянно... Это бесчестно. И, мне не по-себе от того, что я могу там прочесть… – признался маа.
- Всё то время, когда мы были на родине, мы не виделись. Мы ведь живём далеко друг от друга... - Лада собралась врать как сможет, если понадобится. - ...Но ведь она вернулась к тебе? А значит, ей нужен именно ты.
- Да, всё так. Только Тата очень легко отдаётся влечению... Поведай мне истории, будь другом... - Хеб многозначительно посмотрел на Ладу.
- Мне нечего сказать, - отчиталась царица и поднялась с мягкого дивана. Тата всё ещё не возвратилась и она решительно намерилась уходить. Извинившись перед Хебом, она оставила его одного. Наедине с обуревавшими его сомнениями.
На следующий день Тата пошла во дворец с ответным визитом. Как бы ей не хотелось, то этикет требовал. Да и Хеб не должен был думать лишнее. Но, на полпути свернула к храму Изиды.
Сегодня жрицы никого не принимали. Но, Тата другое дело. Она вошла внутрь.
Здесь, в просторном открытом зале, наполненным светом солнца и зелёного сада, возвышалась большая статуя Изиды, восседавшей на треугольного вида троне усыпанная яркими цветами.
Тата подошла к ней и задумалась. Ей не давало покоя содеянное. Она теперь не находила себе места и всё ждала...
- Царица и жена верховного жреца вернулись из длительного путешествия! - услышала она лёгкие шажки и знакомый голос Тейе. - Ходят разговоры, слухи... Я ждала тебя. А ты пришла только сейчас, через столько дней!
Тата обернулась с нескрываемой радостью.
- Прости. Но всё было некогда... Ты бы и сама могла навестить меня.
- И я приходила. Дважды. Но никого не было дома.
Тата пожала плечами.
- Ну, обними же меня! – Тейе протянула к Тате руки. - Что с тобой? – участливо спросила жрица, прозорливо заметив трепетное состояние подруги.
- Ничего... всё прекрасно!
- Тата, Тата... – с досадой протянула жрица.
- Да, не всё в порядке… Мне нужно тебе… - Тата прикусила губу, - кое-что рассказать.
Тейе довольно улыбнулась и пригласила в сад. Она пришла в восторг от рассказа жены верховного жреца всей Та-Мери..
- Когда-нибудь, я сочиню книгу! - глаза её блестели...
- Нет-нет!
- Почему?
- Потому… что это тайна. Тайна! – Тата протянула Тейе руку. - Послушай, пожалуйста.
Тейе нежно, но уверенно, нащупала пульс на её запястье и стала слушать. Прошла минута, другая... Тата не шевелилась.
- Нет, - как-то неожиданно сообщила жрица и отпустила её руку.
- Нет? - оживилась Тата, – Что это значит, Тейе?
- Нет, ты не беременна.
- Ох... – Тата облегчённо вздохнула.
- И ты рада?
- Конечно, рада.
- ...Ну какая же ты глупая! Мах... – глаза Тейе прикрылись томной поволокой, - ...прекрасен, как лунный свет... Его волосы, как лунное сияние на волнах водной глади в тёмной ночи… Мах так благолепен, что ни одна его жрица или энту, которой у него ещё нет, никогда не предаст его добровольно…
Тата завороженно выслушала её, приоткрыв рот.
- Да что ты говоришь! Что это за серенада?
- А что это такое ...серенада?
Тата посмотрела на видневшийся фасад храма, утопающий в роскошной зелени и цветах сада.
- Хеб не простил бы меня, – прискорбно сказала Тата.
- Может, не сразу... но простил бы. И вообще... - Тейе обречённо махнула на Тату рукой. Тата расплакалась.
- Я только и думаю о нём, – тонким голосом сказала Тата и сглотнула слёзы.
- О ком?
О… Махе... – Тата вытерла лицо своим роскошным вязаным платочком.
А о фараоне нашем, Рамзесе?..
Да. Я всё ещё хочу ему отомстить. Знаю, что месть это плохо. ...Но, понимаешь, это так унизительно. Рамзес ...восхитительный. Его внимание мне нужно. Но теперь, теперь я больше думаю о Махе... Он вернул мне уверенность, я вновь почувствовала себя желанной... Более чем желанной! Не думать о нём не могу.
- Нужно не думать, а действовать. У нас тут все жрицы, ...через одну ...мечтали бы оказаться на твоём месте, – наклонившись к Тате, тихо призналась Тейе.
- А они его видели? – спросила Тата, что повергло жрицу в удивление, граничащее с непониманием.
- Конечно, – с порывистой живостью ответила жрица. - Храм Изиды - один из домов, принадлежащих ему.
- Один из домов? – это было что-то новое.
- Да. Ведь все храмы - это дома дингир или дингисаль. Они тут отдыхают, – гордо разъяснила Тейе. - ...Чаще - ночуют.
- А храм Единого Бога? - усомнилась Тата.
- Да, кроме этого храма. Это особый разговор. ...Хотя, Ра, как наиболее главный среди небесных стражей, использует именно этот храм как свой дом.
- Кто такие стражи?.. – опять непонятным для Тейе оказался вопрос Таты.
- Это те, кто находятся в летающем городе ...в космосе, - жрица настороженно всмотрелась в Тату. – Дингир... Ты что, не знаешь?
Тата смущённо покачала головой. Но тут же исправилась, не желая показывать свою оплошность и прежнюю незаинтересованность.
- Нет, я конечно, знаю, знаю... - она убрала со лба уже прилипшую чёлку. - Я что-то расклеилась сегодня. …Не соображаю ничего. Я, наверное, пойду.
Тата поцеловала жрицу и встала.
- Да, похоже, тебе нужно отдохнуть... Я провожу тебя.
Они вышли из сада и, пройдя по горячей от солнца мощёной дорожке, вышли из храмового дворика. Там они распрощались и Тата поспешила к Ладе во дворец.
Как обычно, во дворец она прошла беспрепятственно и сразу направилась в комнату Лады.
«Наверняка она там», - рассудила она.
Ещё на подходе она услышала звонкий смех детей. Подошла и обнаружила приоткрытую дверь, но прозрачные шторы были задёрнуты. Тата осторожно заглянула в комнату через штору.
Лада сидела на ковре к ней спиной и, показывая что-то на руках, вдохновенно рассказывала весёлую историю. Рамзес сидел рядом, свободно откинувшись на кресле. Он сдерживал смех, прикрывая глаза ладонью. Менкаура лежал рядом, на том же ковре и заливался смехом. А маленькая Анукет ничего толком не понимала, но смеялась громче всех!
Нарушить семейную идиллию Тате показалось верхом кощунства. Потому, она постояла недолго у дверей и, не желая мешать этому вечеру, ушла восвояси.

глава 38.

Несмотря на то, что Тата так и не появилась во дворце и Лада была в обиде за это, она всё же решила опять, сама, пойти к ней. А заодно и зайти в храм - в библиотеку, что бы выбрать книгу для дальнейшего изучения.
Сейчас утро и впереди была масса свободного времени.
В храме оказалась заметная суетливость, сдержанных на эмоции служителей. А потому, Лада быстренько пробежала в книжное хранилище, где могла свободно себя чувствовать, не крутясь под ногами у занятых людей.
Пронырнув в библиотеку и закрыв за собой дубовую дверь, она почувствовала запах благовоний, чего тут прежде не наблюдалось. Шёлковые шторы цвета индиго, спадали свысока лёгкими холодными складками, преграждая путь входящим. Царица огляделась, опасаясь, что как-то перепутала комнаты... но нет - это библиотека.
Лада не сразу заметила мужчину, которого скрывала тень. Он просматривал раскрытую книгу, что лежала перед ним на столе.
- Добрый день! – окликнула его Лада, уверенная, что это мансум. – Я не помешаю вашему чтению?
Мужчина оторвался от книги и поднялся ей на встречу. Лада невольно вскрикнула от неожиданности - к ней шёл Мах. Что-то внутри опять дало о себе знать… От щемящей душевной боли она прикрыла глаза, дожидаясь, пока это тоскливо-трепетное чувство утихнет.
Утихло быстро. И царица смогла достаточно спокойно взглянуть на этого бога.
- Что тебя так напугало, царица? - вопросил дингир, остановившись, лишь только выйдя из-за стола.
- Я не ожидала... только и всего.
- Я послан Ра, чтобы встретиться с тобой, – красива растягивая слова, сообщил ей Мах.
- Зачем? – Лада чувствовала себя очень глупо. Но эта новость её заинтересовала.
- Эти две книги, - Мах повернулся к столу и, закрыв одну из раскрытых, положил их обе друг на друга - ...ты должна их прочесть и понять. Ра желает, чтоб ты узнала именно это. ...Особенно это. ...Если будет не понятно - спроси у эвена Кхер Хеба.
- За какое время я должна их изучить? - Лада подошла к книгам и открыла верхнюю. - «Двенадцать Миров — двойная звездная система Нибиру-Солнце. Семь Внешних и Пять Внутренних Миров», - прочла она. В прошлом, Лада терпеть не могла школу и теперь, стоять навытяжку ей совсем не хотелось.
- Это зависит от тебя, - тем же красивым голосом, невозмутимо, ответил Сияющий.
- А, предполагается, что я их не осилю? – чувствовать себя позорищем тоже не входило в планы Лады.
- Нет, ты их поймёшь, – тоном покровителя успокоил Мах.
- ...Экзамен будет? – смешливо по-детски воскликнула Лада.
- Что? – не менее смешливо вопросил дингир. - Нет, это для тебя лично. Поверь, тебе будет интересно.
- Мах, ...я не понимаю. Ра сказал, что я - Бастет и... его жена. Но это не так! Чего он хочет от меня? Пожалуйста, ответь мне, – нетерпеливо, Лада взглянула ему в глаза. – Может быть, он меня перепутал? Скажи ему об этом.
- Ты просто ничего не помнишь. Такое случается, ...как правило, ...при переносе всех составляющих энергетического тела.
Лада возмущённо прыснула: «Перенос энергетического тела? – мысленно повторила она. - …Этого ещё не хватало!»
- Слушать этого не хочу! – запротестовала она.
- Ладно, – невозмутимо прокомментировал Мах. – Я должен возвращаться. Раз ты сама сюда пришла так рано, …значит мне не нужно ждать до вечера.
- А, Мах... – Лада остановила уже открывшего индиговый полог бога. Он остановился и обернулся к ней. – Тата сказала, что между вами, на корабле... - Лада смущённо отвела глаза. – А… Это правда?
- Да – со странной, хладнокровной невинностью, ответил Мах.
Царица оторвала взгляд от своих сандалий и поняла, что он как-то особенно, выжидающе и заинтриговано наблюдает за ней. И снова, что-то внутри всколыхнулось. Пришлось применить излюбленный Татой метод отрицания... Подавить эту настойчивую глупость становилось делом чести.
- И что дальше будет между вами? – так же холодно, спросила она.
- А для кого это имеет значение? Для неё или для тебя? – приподняв подбородок и смотря на царицу со своей высоты, с лёгкой игривостью спросил Мах.
- Для неё, – это был не честный ответ. Но разумно понять свои чувства она ещё не могла. И это уже нервировало.
- Значит не ты должна об этом спрашивать, - дингир резко отдёрнул штору у входа.
- Я знаю, - опять остановила его Лада .- Но, ты любишь её? Ты вернёшься к ней?
Мах вздохнул, будто не дождавшись того, чего хотел увидеть или услышать...
- Я не думаю, - сказал он, уже без какого-либо намёка на равенство с Ладой, - что та связь обязывает нас к чему-то. Мне нужно уходить.
Мах ушёл. Лада осталась в библиотеке, одолеваемая всё теми же, какими-то странными, терзающими её чувствами. Поднимающиеся из глубин подсознания, неразрешённые вопросы... – Лада боялась даже подумать о том, что бы спросить об этом у Ра или же... у самого Маха...
Хорошо было бы сообщить Тате, что Мах был здесь. И, может быть, она сможет его ещё застать... Но, с обуревавшими её новыми эмоциями... - что она могла ей внятного сказать? Она отложила встречу с Татой и вернулась домой.

глава 39.
- Хенсу! - Тата выглянула из кухни, где готовила ужин.
Дни наступили прохладные. Уже семь дней лил дождь. Он то прекращался ненадолго, то мелко моросил, то лил так сильно, что по улицам начинали бежать бурные реки. В такие дни некуда было идти и уж совсем не хотелось.
Хозяина дома не было. Ещё недавно Верховный эвен, вместе с фараоном, уехал на пару дней в провинциальный городок, где закончилось строительство одного из небольших храмов.
Тата утомлённо слонялась по дому. Не было никакой возможности отправиться в храм Изиды, в который она уже ходила почти через день, в надежде на встречу с любимым Махом.
- Хенсу! - опять позвала она, но мальчик не отвечал. Хозяйка закрыла за собой дверь и стала подыматься по лестнице, ведущей на второй этаж дома.
- Госпожа! - окликнула её служанка, выбежавшая из соседней с кухней комнаты. Тата остановилась и заглянула через перила вниз. - Госпожа, Хенсу уже давно ушёл в храм… – рабыня указала рукой в сторону главного храма. - Разве вы… не знаете?
- Как это... он ушёл? - встревожилась мать. - Когда!?
- ...Хенсу сказал, что вы отправили его в храм с поручением... Я поверила... Ведь нам всем известно, как сильно он боится грозы. Он ушёл уверенно. ...Вы не посылали? – горестно догадалась служанка.
- Да как же можно! Я для чего поставила тебя следить за ребёнком!? - Тата сбежала вниз. - Почему ты не спросила прежде у меня? Отпустить ребёнка, в такую погоду... – молния сверкнула за окном, осветив сумерки приближающегося вечера. Тата накинула на себя плащ и выбежала под проливной дождь.
- Я пойду с вами! – заламывая руки, умоляюще крикнула ей в след служанка.
- Да какой от тебя толк! - сгоряча ответила ей хозяйка и побежала по улице к храму.
А в храме было тепло и сухо. Молодая женщина остановилась на террасе у входа. Вода, стекавшая по её одежде сразу образовала лужицу. Не долго думая, она стала заглядывать во все комнаты храма, выискивая сына.
Комнаты пустовали. Жрецы вне службы жили в доме при храме. Как и всегда в будние дни - курились тончайшие благовония, в каминах горел огонь... И всего один дежурный-служитель... который был довольно удивлён, увидев такую гостью в столь поздний час и в на столько ненастную погоду.
- Я ищу своего сына, - пояснила ему супруга верховного жреца. – Он должен быть здесь.
- Да, он был здесь, - обрадовал её служитель. – Но днём. Ждал, когда стихнет дождь. Сказал, что хочет побороть свой страх, который есть небесная молния.
- О, святые небеса! А потом? – нетерпеливо воскликнула Тата.
- Я отошёл по делам… – припомнил служитель. - Он сидел на террасе, даже в храм не входил. А когда я вернулся - … его не было. ...Решил, что он ушёл домой, по дождю. Ведь ливень ещё не скоро стихнет...
- Но он не вернулся, – жалобно сообщила Тата. - ...Прошу вас, давайте поищем в храме, может вы не заметили его?
Служитель жестом пригласил к действию. Обошли все комнаты – Хенсу нигде не было. Тате ничего не оставалось делать, как поблагодарить сторожа-жреца и покинуть Дом Бога.
"А в запретной комнате мы не посмотрели! - Осенило её, когда она была уже на ступенях. - ...Служитель не пойдёт, он из рядовых. И меня не пустит... - Тата живо свернула в сад у храма и затерялась среди деревьев. Убедившись, что жрец её не высматривает, она проскользнула опять вверх по высоким, отполированным, скользким от дождя ступеням и скрылась в коридорах. Без проблем она добралась до нужного места, - Дверь, …как всегда - не заперта»
Она вошла, - всё её существо затрепетало и напряглось - кристалл был активирован и ярко светил в темноте. Она подбежала к нему, к зеркалам... Одно из зеркал демонстрировало бескрайнюю пустыню в черноте сверкающей ночи...
"Как на Луне, - вспомнила Тата когда-то виденную картинку в журнале. – Что если это Хенсу туда попал? ...А я не могу этой машиной управлять!.."
В растерянности, она выбежала на улицу, обежала все окрестности храма и, так и не найдя сына, вернулась домой. Рыдать было без толку. Хеб далеко. Нужно что-то делать…
Ребёнок не вернулся и к утру. Собранные слуги искали по городу, но… безуспешно.

@темы: "Атум".36-39

23:51 

"Атум".(32-35)

Глава 32.
Воспою Атирис, Запада Госпожу,
что царит в Та-Тасре; зоркое око Ра;
стук в его груди; владычицу; Аменте.
О Прекрасный Лик в ладье миллионов лет,
ты — обитель Мира, где обретает свет созидатель Правды.
Дивны черты твои. Ты плывешь, Атирис, в легкой Ладье Любви.
(«Хвала Атирис, Владычице Аменте».)

"Система Сириус - тройная звёздная система… Находится в созвездии Большого Пса. Их планеты богаты водой и растительностью..." - мысленно повторила Лада только что прочтённый материал и медленно закрыла книгу. Достала обширную карту космического пространства и стала рассматривать систему Сириус, – «Я без схемы не пойму…» - она опять достала только что закрытую книгу, раскрыла на закладке и прочла - «Существует гармоничная связь между массами Сириуса и Солнца. Они входят в упорядоченную систему и занимают одну и ту же ячейку космического пространства. В таких ячейках наличествует эффект мгновенных связей. Оба небесных тела находятся в состоянии взаимного созвучия.»
Лада вновь закрыла книгу, встала из-за стола и, подойдя к нему с другой, вытянула из стопки увесистых книг самую большую. Открыла на начальной странице и ещё раз подумала, что вселенские тетраэдры и прочее, скорее всего, ей не по зубам... Но отказаться от изучения после того, как она сама так настойчиво просила о подобном дозволении... - стыдно. Она постояла ещё над этой книгой и решив, что лучше заняться ею завтра - закрыла и направилась в холл. Однако, в дверях столкнулась с Татой.
- Я пришла с важным разговором для тебя, – заинтересованно и со всей серьёзностью сообщила она, насильно возвращая Ладу в библиотеку.
- Что случилось? – настроение у Лады было хорошее и серьёзные разговоры не прельщали.
- Я кое-что хочу сказать о твоей учёбе. ...Давай, сядем, – Тата странно суетилась.
- Давай...
- Мой муж вчера говорил с Великим Ра.
- О моей учёбе? - с усмешкой высказала свою догадку Лада. - И почему ж не Хеб об этом мне сообщает?
- Лада, подожди, - одёрнула её Тата, - дай сказать.
- Продолжай...
- Ра желает открыть тебе кое-какие знания, подарить опыт, что ли… – заметив удивление Лады, Тата добавила, – практические знания.
- Но...
- Подожди! Ра сегодня возьмёт тебя на корабль. И я тебя об этом осведомляю, по настоянию Хеба.
- Что? Я тогда должна предупредить Рамзеса...
- Да подожди ты! – опять возмущённо одёрнула Тата и, помолчав, продолжила. – С тобой должен был полететь Хеб. Но я не хочу этого. А потому, полечу я.
- Стой, - серьёзно остановила её Лада. - Подробнее расскажи. Почему должен лететь Хеб, но полетишь ты?
- Ну, во-первых, я не хочу, что бы... Хеб летел с тобой.
- ...Это, это что ещё за поворот? За кого ты меня принимаешь?
- Всякое может случиться, – Тата пожала плечами. - Ты популярна и... ни сколько не изменилась...
- Ты тоже популярна! – не дослушав её, возмутилась царица. - И не я соблазняла чужого мужа!
- Хорошо, хорошо... Твоей спутницей буду я ещё и потому, что Хеб хочет сам поговорить с Рамзесом о твоём путешествии. А ещё, мне тоже очень интересно.
- Если Ра согласен, то и я не против, - обиженно согласилась Лада.
- Он согласен.
- Что?
- Всё уже договорено.
- Да что такое!? Почему всё решается без меня!? ...Я не против, чтобы летела ты, мне это нравится. Но то, что решают за моей спиной... Это возмутительно!
Тата молчала, с трудом скрывая досаду. Не хотелось даже отвечать.
- ... Когда мы летим? – немного успокоившись, спросила Лада.
- Уже сегодня.
- Когда??
- Через час...
- Тогда… я успею сказать Рамзесу об этом.
- Да он тебя не пустит! Потому всё и спланировано сейчас. Хеб сам скажет! - возмутилась тугодумию подруги Тата и отвернулась от неё. - А вообще, не хочешь лететь – так и скажи, – добавила она.
- Ты что? Я хочу лететь!..
Тогда… скажи об этом мужу… И ты никуда не полетишь.

За городом уже их ожидал большой дисковидный корабль. Сопровождавшие жрецы остановились вдалеке и подруги пошли к кораблю сами.
Их встретил Ра в окружении двух спутников. Все были необычно высоки, но красивы, а потому располагали к себе.
Ра коротко поприветствовал подруг, представив им своих спутников - Мах, Эаг. Оба поприветствовали женщин лёгким, почти незаметным кивком головы и тут же скрылись внутри корабля. Лада не смогла не заметить того, что пристально рассматривал её Мах. Ра довольно взглянул на подруг и скрылся следом.
Лада тоже, в свою очередь, успела окинуть их мимолётным взглядом - "всё в песочного цвета комбинезонах, с длинными волосами... ...Мах... - что-то дрогнуло в груди от его пронзительного взгляда. – Почему он так посмотрел на неё... - в памяти всплыла некая картина... сон... - её чувство к нему, стыд, его чувства и её побег... от себя... побег в пустоту..." Она поплелась за Татой. Но, задумавшись, остановилась на трапе корабля.
- Можете пройти, - предложил Ра. Тата остановилась и теперь, с лёгким негодованием, смотрела на неё. Лада опомнилась, стряхнула с себя это наваждение.
"Что за... ерунда... Неужели это воспоминание?.. Боже, нужно выкинуть эту глупость из головы", - думала она, входя внутрь корабля.
Прошли через тёмный коридор и вошли в небольшую комнату-отсек с большим овальным окном и парой кресел по обе стороны от него.
- Они красивы... - шепнула Тата, когда уже расселись. Лада согласно улыбнулась.
- Что сейчас будет? - недоверчиво обратилась Лада к Ра. Он, что-то в это время мудривший с голографическими кнопками на откуда-то взявшейся посреди комнаты прозрачной панели, сразу развернулся на её оклик.
- Мы поднимемся в космос, – обратился он к Ладе и добавил как-то неуверенно, – это твой первый опыт...
Божественный владыка вышел, оставив женщин совсем одних.
Окно закрылось и подруги почувствовали легкое движение, которое довольно скоро прекратилось. Окно опять открылось и им предстал космос, во всей красе.
Опять вошёл Ра. Вкратце он рассказал о строении планет, о том, какие препятствия могут возникнуть при выходе в космос. Тем не менее, всё это поверхностное объяснение заняло немало времени.
Раскрылся пол. Там оказалось ещё одно окно. Теперь Ра, Лада и Тата находились будто в стеклянном пузыре, который плыл в космическом пространстве.
- А если стекло треснет? – испугалась Тата.
Это не стекло, - предположила Лада.
Это было захватывающее зрелище - бездна вверху, бездна внизу, слева и справа! Корабль висел неподвижно, по крайней мере так казалось, где-то за орбитой Луны. Марс... не такой, как прежде она видела… почти такой же, как Земля…
Но, окно вновь закрылись. Ра пояснил, что сейчас корабль полетит с огромной скорость в место, где они смогут увидеть несколько галактик сразу.
Когда Ра опять вернулся, окно уже раскрылось, но теперь оно стало другим, каким-то затемнённым, словно гигантский экран. Заинтересовало подруг совершенно невероятное зрелище - огни галактик! Разве можно такое увидеть с земли!? Голубой, зелёный, красный, белый, жёлтый... - всё сверкало камнями самоцветными! Все они закручивались в спирали, невероятные рукава, рассыпались вуалями, переходили друг в друга - переливались далеко-далеко...
- Потрясающе... - не менее потрясённо проговорила Тата, - Спасибо, Ра, это так красиво!
- И это ещё не всё... - не отрываясь от зачаровывающих картин Вселенной, Лада услышала голос Ра позади себя. - Сейчас вы узнаете кое-что о пространстве и времени, - подруги оторвались от окна и уставились на Ра. Он опять пригласил их усесться в кресла, а сам снова ушёл.
Окна закрылись. Не прошло и нескольких минут, как они вновь появились уже в своём привычном виде. И опять подруги не поверили своим глазам. В окно корабля они увидели то место, откуда всё и началось – место их исчезновения... - пустыня, пирамиды, сфинкс...
- Но… Ра, мы же напугаем людей… - опешила Лада.
- Они нас не видят.
- Да как же нас не увидеть? Корабль-то не маленький… - озадаченно воскликнула Тата.
- Это не важно. Теперь, идите за мной, - приказал им бог.
Подруги вышли в коридор. Ра провёл их в соседнюю комнату, где находился Мах у голографической панели. Он пригласил их стать на широкий диск, чуть возвышавшийся над полом.
Женщин охватил свет, а когда погас, то они уже были у подножия пирамиды Хеопса, в точности откуда исчезли в самом начале.
Взглянув вверх, Лада увидела большое белое облако, которое плавно уплывало вдаль и прочь от них.
- В чём дело!? - испуганно воскликнула Тата, наблюдая за той же картиной.

глава 33.

- Как ты посмел! Как ты мог не сказать мне? Ты, моя правая рука, ...как я могу доверять тебе!? - кричал Рамзес. Он гневно расхаживал и его слова эхом отзывались во всём зале.
- А что ты от меня хотел!? Я не могу угодить сразу двум! – не выдержал обвинения Хеб и так же повысил голос.
- ...Ра и она - …одни, - Рамзес провёл рукой по разгорячённому лбу. – Да что там… - отвёл прямо за руку! – он поднял глаза к потолку в горькой усмешке.
- Не одни, - попытался разрядить напряжение Хеб, - ...с ними Тата, - Рамзес иронично усмехнулся. - Лада захотела получить знания. Это её решение и право.
- Всё так. Но …Ра.
- Рамзес, послушай, ты преувеличиваешь чувства Ра к своей жене. То, что у вас одна душа, не делает вас одним и тем же. Вы разные личности.
- О своих намерениях он чётко заявил. Могу напомнить. И не в одной общей душе тут дело. Ты знаешь это.
Да. Но остальное зависит не от него. Он не может повлиять на её чувства. И... Лада могла не подниматься сегодня на его корабль... Но царица недолго думала, прежде чем согласилась.
...Я тебе этого не прощу, - опустошённый фараон тяжело опёрся на перила открытого балкона. - Не прощу!
Она дингирсаль! - потерял терпение эвен, - ...Я должен тебе это напомнить?
- ...Почему вместо Таты не пошёл ты?
- Ра забирал их не на один день, как я понял... А я не могу надолго оставить свой пост, – оправдался Хеб.
- Что? Они улетели надолго?! ...Замечательно! Оставь меня... - Рамзес обречённо завалился на резного дерева кресло и Хеб, переполненный досадой и возмущением, оставил его одного.

Путешественницы ошарашенно смотрели в след давно ускользнувшего корабля-облака.
- Это что ещё за новость? – выдавила из себя Тата.
- Постараемся не паниковать…
Тут же послышались голоса людей и скоро вышли и они сами.
- О, Аллах! Вы здесь! – облегчённо воскликнул гид. Подруги его очень даже узнали. Именно он проводил экскурсию в тот день, когда они перенеслись назад во времени. - Не смейте больше уходить! Никто не обязан вас ждать, есть правила! Мы все ищем вас уже... час, наверное? Нам это нужно? – гид окинул их оценивающим взглядом, - ...И где вы взяли эти наряды?
Группа окружила их. Они сочли это театральным розыгрышем. Все то и дело восхищались мастерски сшитыми платьями и тончайшей работой мастеров, сделавших столь изысканные украшения.
Подруги молчали. Радость и огорчение смешались странным коктейлем... Весь путь, пока ехали в отель, они не отвечали на многочисленные вопросы. Что, якобы, придавало таинственность представлению.
В комнате, где они остановились несколько лет назад, всё осталось как прежде. Они вынуждены были признать, что Ра вернул их назад, в то самое время, когда их приключение только могло начаться. Но зачем? Что за странная шутка - вернуть их теперь, когда с тем миром у них стало столько связано.
Шли дни, женщины скучали по своим оставленным в Древнем Египте детям. Эта тоска давала о себе знать с каждым днём всё больше. Но ни мысленные призывы к Ра и его спутникам, ни ожидания у пирамид - не дали результата.
Подошло время отъезда. Дни на курорте закончились. И подруги вернулись домой, на родину.
К счастью, дома никто не заметил изменений. Лишь грусть, которую списали на усталость с дороги.
Дни летели. Прежняя жизнь шла своим чередом. Обычные и очень привычные будни, без интриг и волнений. Пришлось, как ни в чём не бывало, идти на работу, заниматься насущными домашними делами, дачами и огородами...
Через три месяца Лада не выдержала и поведала свою историю маме. Но, разумеется, восторга не последовало. Она посоветовала написать ей книгу, взяв за основу сюжет - это необычное сновидение. ...И попить каких-нибудь каплей.
Тата, узнав о попытке исповеди Лады, решилась на это дело и сама. На что её отец предложил предоставить ему доказательства.
- Это то, что осталась, - платье, её будничное платье жены Верховного жреца. - А подлинные доказательства вы увидите, когда вернётся Ра. А я уверена, что он, рано или поздно, вернётся.
- Тогда и поговорим, - ответил отец и исповедь закончилась.
И Ра вернулся. Через год.

глава 34.
Обычные выходные, деревня и всё те же дела... Утром Лада почувствовала настойчивое желание прогуляться в летнем лесу.
"От чего и нет? - подумала она, - Погода отличная... Соберу землянику..."
Она прошла через лес и вышла на степной холм. Там, как она и ожидала было множество земляничных полян, которых всё ещё никто не тронул. Лада только съела несколько ароматных ягод, как трава рядом зашелестела. Она подняла голову... и увидела Его.
- Бог мой! Я… испугалась... – подымаясь с колен, воскликнула она.
- Рад, что ты услышала моё предложение прогуляться здесь, - приветливо ответил Ра.
- Почему ты так... надолго оставил нас? - спросила Лада. При этом заметив, что Ра выглядит в точности так, как тогда, год назад, когда он вернул её с Татой к родным. Будто он оставил их только несколько часов назад. - Зачем нужно было оставлять нас на целый год?..
- Чтобы ты повидалась с родными.
- Но целый год!
- Временной переход становится проще, если брать за отсчёт один оборот... – Ра замолчал, заметив, что Лада не понимает. - Меньше затрачивается энергии. ...Узнаешь об этом со временем. Разве ты не рада, быть с родными?
- Ты ведь хочешь нас вернуть в Та-Мери, правда? - с надеждой поинтересовалась Лада. - ...Тата знает?
- Да, если желаешь, – без особого желания в голосе, ответил дингир.
- Конечно, конечно - я очень хочу! – Лада так обрадовалась, что чуть не бросилась на шею этому могущественному богу. И тогда заметила, что от этого её порыва в его глазах, на мгновение, промелькнула ...особая нежность. - ...Когда?
- Приходи через три дня. Вечером. ...Но я буду ждать тебя здесь, каждый вечер.
Эти слова более чем смущали. И Лада не нашла ничего лучшего, как кокетливо подхватить свою новенькую пустую корзинку и, помахав рукой Ра - торопливо побежала по пологому склону, пока не скрылась в лесу.
Эти несколько дней пролетели очень быстро. Нужно было объяснить всё родным, которые не собирались ничего понимать и слушать – недоумевая возмущались, видя её сборы. Родные Таты вели себя похожим образом.
Настало время отлёта и Лада, попрощавшись с близкими, пошла в лес. По началу, родные её не пускали, даже подсмеивались над редким видом помешательства. Потом… стали опасаться всерьёз... Изменило ситуацию лишь то, что Лада увидела над опушкой леса, который был отлично виден из их сельского двора, больное летящее облако в виде эллипса. Указав на него семье, она наказала следить за ним. Облако остановилось на вершине холма и опустилось, скрывшись за верхушками деревьев.
Наконец, Лада вошла в лес. В одиночестве.
Она шла по лесной тропинке и старалась справиться со своими эмоциями, которые доверху переполняли её. Сумерки ещё не спустились, но в лесу было сумрачно, пенье соловья доносилось из самой чащи.
Она никогда не бывала в лесу так поздно и одна. Озираясь по сторонам, она не заметила, как на её тропинке возникли трое подвыпивших парней.
- Лесная баба!.. - обрадованно протянул один из них.
- И что же она ищет одна, в такое время?
- Она же лесная - дикая! Значит - ищет приключений.
- И мы! – все трое расхохотались.
Лада постаралась побыстрее пройти мимо, но они уже успели окружить её.
- Пропустите меня! - возмущённо, воскликнула она.
- Да посиди с нами! - приобнял её один, с сухими листьями во взъерошенной шевелюре.
- Отстань! - Лада отцепила от себя его липкую руку.
- Какие мы гордые…
- А нам без разницы.
- Пропустите меня! – Лада бросилась в кустарник, намереваясь прорваться хотя бы так, поскольку разгильдяи заняли всю тропинку. Но её опять схватил всё тот же, с листьями в волосах, и поволок в самую лесную чащу. Лада закричала, с силой оттолкнув его в сторону. Однако, это только разозлило его.
- Ты ещё брыкаться будешь!? А ну, иди сюда! – презрительно выдал парень. Он опять схватил её за руку и потянул ещё дальше в заросли. Лада усиленно вырывалась, слыша доносившийся смех оставшихся пьянчуг.
И тут, сумерки осветило пламя, возникшее прямо на голове обидчика. Почувствовав жар, он схватился за голову. А обнаружив огонь, завизжал как дикий поросёнок. Бросился бежать, на ходу проклиная ведьму, с которой связался на этой дороге.
Он пробежал не далеко. Очень скоро наткнулся на человека, возвышавшегося над ним как отец над нашкодившим ребёнком. Негодяй и сам был не маленького роста, а новый встречный удивил его до онемения. С криком - " Что за чёрт!?"- теперь уже он попытался оттолкнуть преграду. Но "чёрт" схватил его за шиворот и вернул назад к проклятой ведьме. Где незадачливый упал плашмя.
Листоволосый чётко понял намёк. Сильно осипшим голосом - стал просить прощения.
- Уходи, - поспешно ответила Лада, очень желая прекратить это безобразное недоразумение. Листопадный со товарищи, просить себя не заставили и мигом сбежали.
- Я вовремя? - спросил Ра, когда шум от ломаемых веток стих в дали. - Я стал искать тебя сразу, как...
- Да, да... всё в порядке, – Лада вдруг почувствовала, что боится возможных признаний в чувствах Ра. Но тут же опомнилась и ей стало невероятно неловко от этой неожиданно возникшей мысли.
- ...Тогда, пойдём.
Они шли молча, рядом. Лада чувствовала себя нелепо, и всё время думала, о чём бы заговорить. Но ни один нормальный вопрос не посещал сейчас её голову. Когда поднялись на середину холма, Ра остановился.
- Я ждал тебя каждый вечер. Но ты не пришла, – словно почувствовав её желание поговорить, сказал он. Именно этого Лада и боялась.
- Зачем?
- Я уверен, ты знаешь.
«Да что же это такое!? – в душах терзалась Лада, – С чего это пришельцу влюбиться в меня?»
- О, мой дингир, Ра... ты такой умный, красивый и сильный... Я очень, очень дорожу тобой. Но… я не могу тебе ответить, у меня есть муж.
- Я тоже твой муж, – Ра пристально смотрел на неё, отступив немного ниже на склоне холма, поросшего высоким кустарником.
- Нет, нет... Я ничего этого не хочу знать… Зачем тебе меня обманывать? Я же не представляю никакой ценности… - она замолчала, остановленная долгим поцелуем. Когда Ра отпустил её, Лада тактично отошла от него. Но… для себя признала, что Ра вовсе не безразличен ей.
Дингир не удерживал и стал подыматься дальше. Лада молча шла за ним, теперь даже не пытаясь о чём-либо думать.

глава 35.
Было совсем темно, когда Ра и Лада поднялись на гору и подошли к кораблю.
Корабль расположился во впадине среди холмов, скрытый сумерками и высокими терновыми кустарниками, растущими тут повсюду на склонах. Лада подумала, что из хутора, который просматривался внизу со склонов, их можно отлично видеть. Интересно, видит ли их кто-нибудь? За что примут, когда увидят? …Галлюцинация, или упавший метеозонд, или супер-навороченная машина? От этой мысли она хихикнула и быстро прикрыла свой рот. Ра её смешка не заметил и она, сделав серьёзное лицо поспешила следом. Как ни странно, но сейчас она была по-настоящему радостно взволнована.
Тата встречала у входа - её забрали раньше. Чувствовала она себя на корабле очень даже как дома. От чего Лада, не желая того, испытала в эту минуту странную ревность к ней. ...Она совершенно не понимала себя! Тата обняла прибывшую подругу, испытывая искреннюю радость от встречи.
Задерживаться не стали. Подруги уселись по своим местам и сидели тихо, пока Ра не ушёл в кабину пилотов.
- Что у тебя с ним? – еле слышным шёпотом, спросила Тата.
- С кем? – почти так же спросила Лада и почувствовала, как сильно сжался у неё живот.
- С богом Ра, – достаточно свободно уточнила подруга.
- Ничего.
- ...Не хочешь говорить? Думаешь не видно, что между вами что-то случилось? Ты на себя посмотри — словно монашка в первую брачную ночь.
Лада подалась вперёд, думая о том, как сказать о желаниях Ра.
- Ра признался тебе в любви? - помогла ей Тата.
Лада прилипла к спинке кресла и усиленно улыбнулась - не подтвердила, но и отрицать не стала.
- И... у вас был...
- Нет! - испугалась «монашка» и ещё сильнее прижавшись спиной к креслу, она бросила беглый взгляд на светящийся голубым светом коридор, ведущий в кабину пилотов. Вовремя отвела взгляд, поскольку там показался Ра. Но, услышав их беседу, входить не стал...
- Не хочешь мне говорить об этом?
- В любви он мне не признавался. И вряд ли признается. Что до… - Лада не стала говорить полным текстом, – то этого совсем быть не может. Это возмутительно! Да я и не думаю, что он меня ...любит. ...Он хотел, чтобы я пришла к нему. Сказал, что ждал меня три дня, каждый вечер...
- Зачем он тебя ждал?- нетерпеливо спросила Тата.
- Тата... – Лада нервно царапнула свою руку. - ...Но может, я ошибаюсь.
- Так ты, значит, и Его не хочешь? – с сомнением ответила Тата. - А мне показалось, что ты ревнуешь...
- Я не могу тебе ничего ответить, - Лада наклонилась к своей истязательнице, чтоб она лучше слышала её шёпот, - ...потому, что мне нечего говорить. Я что-то чувствую, во мне возникают какие-то сильные эмоции, когда я вижу кого-то из них …или что-то связанное с ними. Это противоречит моему сознанию. Я не понимаю себя...
- ...Я думаю, ты просто не хочешь себя понять. А в целом, заглушаешь свои желания. Вот и вся проблема, – так же наклонившись к ней, просто рассудила Тата.
Лада хотела возразить, сказать о том, что говорил Ра о Бастет... о чувствах, которые всплыли при встрече с Махом - будто она очень, очень хорошо знает его... о мимолётном, но явном понимании, что она бежит от себя... Но передумала и, опять откинувшись назад.
Надеюсь, что нет, – лишь ответила она. Ра продолжал стоять в тени незамеченным и внимательно слушал беседу. Если бы Лада знала, что он слушает их - увидела бы в его глазах большое разочарование. - Не думаю, что такие как я, нужны богам всерьёз. Это для них как игра. Развлеклись, потешили самолюбие – отлично… дальше хоть трава не расти. Что ты, вздрогнула так?
- Не обращай внимания.
- Я бы не стала ради мимолётного увлечения одного из богов, брать грех на душу и терять то счастье, которое уже имею, - горячо проговорила Лада.
- А вот я… взяла грех на душу! - неожиданно возмутилась Тата и вскочила с места. Лада недоумённо следила за ней, – Его зовут Мах! - Тата постаралась угомониться, сообразив, что слишком повысила голос, - Их здесь двое, только он и Ра. Ты заметила? ...Не так, как в прошлый раз. А я его ещё тогда приметила. ...А неделю назад, когда Ра был у меня, чтоб сообщить о возвращении... Мах сопровождал его... и я поняла... что просто без ума от него! - Тата выразительно прижала ладонь к груди. - ...Сегодня, когда мы прилетели за тобой, Ра сразу ушёл. А Мах остался. И, когда мы остались одни... Мах… он тут скучал... в общем... - Тата многозначительно умолкла.
- ...Неужели, - монотонно произнесла Лада уловив намёк и опять почувствовала ревность. – Не может быть…
- Я умею ладить с мужчинами, – Тата с облегчением села опять в кресло. - Ведь я — не ты.
- …Да, это точно. ...Ерунда какая-то, - заторможено проговорила Лада, – …Почему?
- И мне это понравилось, – с вызовом сообщила Тата.
- Но почему!? ...Как же Хеб? Это... ужасно.
- Что случилось, то случилось.
Ты что, совсем не владеешь собой? Ты же станешь только лукур - походной наложницей, ...если только удостоишься, – Лада не просто не понимала поступка Таты, она чувствовала себя задетой. Это было так неприятно, что от былого вдохновения не осталось и следа, - Этого хочешь??
Что значит, удостоишься? Мы были вместе. Как видишь, я удостоилась.
Они блюдут чистоту своей расы. Они другие. И не только чистота расы им нужна. Их пренебрежительный, царственный до мозга костей менталитет... Я не знаю, как объяснить, - Лада и впрямь не знала, но что-то точно помнила, она внутренне была абсолютно в этом уверена, - ...он даже не захочет от тебя детей, ...если не полюбит.
Что же Ра от тебя захотел!? - громким шёпотом негодовала Тата, она с трудом сдерживала своё возмущение реакцией подруги.
Тата, это другое!! - Лада в не меньшем негодовании, прижала ладони ко лбу, стараясь успокоиться.
С чего ты взяла, что я меньше тебя достойна любви!?
Я даже не думала об этом, прости...
...Мах любил меня сегодня. Если он меня заметил...
...Он должен уж слишком сильно полюбить тебя. Иначе ты будешь никем. Мах забудет тебя, ты для него даже не энтум. Не унижайся так.
Правда!? ...А вот кое-кто из смертным, может быть не так к этому отнесётся.
Это низко, привлекать к себе внимание таким образом.
- Что ж, может, конечно, я и ничтожество, - с вызовом заключила Тата. - Но, да – я такая.
Лада собралась возразить, но окна корабля открылись и стало ясно, что они вернулись в Древний Египет.
Вошли Ра и Мах, который на ходу завязывал распустившиеся длинные белокурые волосы. Пришлось подойти к ним. Но распалённая разговором Лада, с розовыми от волнения щеками, не могла смотреть на них — стыд и унижение за Тату почему-то переполняли её.
Ра осведомил их о том, что здесь время прошло без изменений и с момента их отбытия прошёл год.
- Но нельзя ли всё вернуть, как вы сделали прежде? – преодолев себя, спросила Лада, подумав, что за год маленькая дочка могла её забыть. Ведь она оставила её совсем маленькой...
- Нет, - коротко ответил Ра и пригласил их к выходу.
- Но, Ра... Рамзес... – позволила себе возражать Лада. Тата украдкой взглянула в сторону Маха. Тот стоял поодаль и неотрывно смотрел на её подругу. Будто почувствовав на себе взгляд, он посмотрел на Тату и улыбнулся ей.
Он переживёт это событие, – Ра не хотел слушать просьбы и в его тоне прозвучали такие нотки, которые бывают у давно живущих в браке супругов, когда они спорят, - Рамзес отлично знает, где ты была.
Подруги вышли из корабля. Их никто не встречал. Тата оглянулась, жестом пригласила Маха отойти в сторону. Уж очень ей хотелось договориться о следующей встрече. Ра вернулся в корабль. И Мах, одарив Тату благодарным взглядом, ушёл за ним.
Посмотрев в след Ра и Маху, которые скрылись в глубине корабля, подруги отошли подальше. И когда корабль скрылся в тёмном вечернем небе, пошли в город пешком. Одни.

@темы: "Атум".32-35

23:49 

"Атум".(28-31)

глава 28.
Ещё накануне, Рамзес приказал никого не выпускать из дворца. А сегодня, с рассветом, на дворцовой площади, воины согнали всех рабов и слуг на суд.
Фараон восседал на троне, на широких ступенях дворца. Хеб стоял рядом в окружении солдат.
Вид фараона не предвещал ничего хорошего для слуг. Он даже не смотрел ни на кого из них – молча глядел в пространство перед собой. Лицо его было сосредоточенно, на лбу пролегла глубокая морщинка...
Уже сегодня я должен знать убийцу моей жены, - его низкий голос эхом отразился от стен. И тут же всякий шепот смолк, - Того, кто посягнул на неприкосновенность царской семьи. ...Убийца этот среди вас. И вы мне его сейчас выдадите.
Правитель Та-Мери встал, окинул толпу взглядом и, расхаживая из стороны в сторону, продолжил.
- Срок вам даю… - он взглянул вверх, - не много-не мало, но только до того момента, как солнце станет в зените. ...Если к этому времени желание моё не будет исполнено… - я буду убивать. В начале, каждого третьего из вас. Потом, каждого второго… До тех пор, пока не истреблю всех, – Рамзес остановился и опять воззрился на рабов. Вряд ли у кого-нибудь из них вызвали сомнения его слова. Предыдущие правители могли запросто и без особых размышлений совершить подобную расправу. Рамзес вернулся к своему трону и опять погрузился в прострацию.
По толпе покатились волны беспокойства, страха и негодования.
- Начнём с того, что царица была отравлена напитком, – выждав время, тихо обратился Рамзес к Хебу. - Мне нужен тот, кто этот напиток принёс.
- Пусть выйдет тот, кто вчера, ранним утром, принёс сок царице! – скомандовал верховный жрец Та-Мери.
Какая-то из рабынь тут же указала на новенькую кухарку. Несколько других шумно подтвердили.
Несчастную рабыню выволокли вперёд. Она, отмахиваясь от пленителей, с рыданием кинулась в ноги Рамзесу.
- О, господин! Клянусь, что у меня и в мыслях не было такого кощунства, такого ужаса! – она упала на колени и вся тряслась от страха, белая как мел.
- Рассказывай, как было... - тихо, но твёрдо сказал фараон.
- Утром, я с... - несчастная осеклась, будто осенённая, - со своим женихом... пришла на кухню...
- Громче, - приказал верховный жрец.
Рабыня совсем растерялась от страха, но под грозным взглядом фараона была вынуждена взять себя в руки и продолжить свой рассказ.
- У… утром, я и мой жених пришли на кухню. ...Моя работа начинается очень рано, ...а он мог ещё побыть …со мной. Только мы пришли, как мне сразу поручили приготовить напиток и отнести в покои царицы. Что я и сделала с радостью.
- Всё? - уточнил Хеб, – Значит, виновата ты.
- Когда приготовила сок, ты отлучалась из кухни? - задал вопрос фараон.
- ...Да - рабыня прикрыла рукой рот и обернулась назад, будто желая кого-то найти среди толпы слуг.
- Мы слушаем, – насторожился Хеб. – И так, кто остался с напитком наедине.
- ...М-мой жених, – сжав лицо руками, простонала рабыня. – Когда я вернулась… он чего-то испугался. Он сказал, что он устал… и почти заснул...
- Где этот раб? Сюда его! – крикнул стражам эвен.
- Укажи на него!- приказал фараон. Рабыня неуверенно встала и прошла к толпе. - Все мужчины пусть станут передо мной! - продолжал фараон.
Мужчины вереницей поплелись к порогу, подталкиваемые воинами. Рабыня быстро пробежалась по ним взглядом и, мотая головой, повернулась к Рамзесу и Хебу.
- Его среди них нет, - пролепетала она.
- Он из чернорабочих? – спросил Рамзес.
- Да, господин.
- Он раб?
- Он наёмный, – покачав опущенной головой, ответила кухарка.
- Стража! - обратился Рамзес к охране, – Выходил кто-нибудь за дворцовые предела с того момента, как я дал приказ держать ворота закрытыми? Узнайте и сейчас доложите.
Двое стражников бросились исполнять приказ и скоро вернулись, сообщив, что никто не выходил.
- Обыскать все углы! – скомандовал фараон.
Группа воинов бросились исполнять приказ и уже через час, было найдено три человека. Одна из них - няня дочери фараона, которую тут же отпустили, сильно опьяневший конюх и тот самый служка-жрец...
План Урани не удался по той причине, что жреца не вовремя заставил работать распорядитель. А после, Рамзес приказал затворить все входы и выходы. Ему оставалось лишь спрятаться до времени на месте с кухаркой и с нею бежать. Но эта девушка, сразу, как начался переполох, старалась быть среди людей. Её никак нельзя было увести, ...а сама она к нему не стремилась.
Солнце поднялось в зенит и безжалостно жгло истерзанных страхом рабов и слуг.
- Он среди них? – спросил кухарку Хеб.
- Да, - еле слышно произнесла она и указала на своего любовника.
- Я обвиняю тебя и твою подругу в убийстве моей жены и царицы Та-Мери, – чётко произнёс Рамзес, глядя в глаза пойманному служке.
- Клянусь, господин, я не виновата! – в мольбе вскричала рабыня.
Рамзес перевёл с неё взгляд, опять на пленённого.
- Я... я не виновен! Зачем мне нужно было совершать такое? - постарался возмутиться пойманный жрец. – Зачем мне это? - он обернулся к толпе, надеясь встретить понимание среди людей. Но, не встретив сочувствия, он опять обратился к фараону, - Она относила напиток, она и виновата! - неестественно тонким голосом закричал пленник, указывая на подругу, от чего та согнулась, будто под тяжестью ноши и ещё больше разрыдалась.
- Понимаешь, раб, ...я всё равно тебя казню, в назидание остальным, –поведал тихо пленнику фараон, с видом уставшим и достаточно иссякшим терпением. Откинувшись на спинку трона, он исподлобья глянул на этого слабого сейчас в своей безысходности человека. - ...Я бы хотел, чтоб всё случилось справедливо. Но, если нет… - то нет.
Наступила тишина. Кухарка по-прежнему сидела согнувшись пополам, качаясь взад и вперёд, обхватив колени. Кажется, она была в забытьи. По лицу служки, от ужаса и мыслей, пробегали мелкие судороги. Рамзес поднялся в намерении уйти – взмахнув рукой, дал приказ воинам приступать к расправе.
Толпа с шумом сжалась, став в мгновение меньше в размерах. Каждый пытался спрятаться за спину соседа.
- Нет! Стойте! Стойте... – остановил их монастырский служитель, у которого, в последнюю минуту, взыграла совесть. – Я всё расскажу. ...Ваша жена подговорила меня.
- Моя жена? - фараон напрягся и подошёл к пленнику.
- Госпожа Урани! ...Стала моей любовницей и подговорила на это. Обещала возвысить меня …потом, когда вернёт своё законное место, …принадлежащее ей по праву.
Рамзес сел на свой трон и внимательно вгляделся в пленённого служку.
- Урани? ...Кем был ты до того, как стал здесь служить?
- Я мелкий монашеский служащий... При монастыре, в который вы сослали принцессу Урани.
- Сознательно пошёл на это убийство? – спокойно поинтересовался фараон. Глаза жреца нервно забегали. Этого было достаточно, чтобы понять, что жрец сейчас соврёт.
Резким движением руки, фараон приказал казнить жреца. Разбираться больше он не мог. Не дожидаясь окончания казни, Рамзес покинул это собрание.
На ходу он приказал части воинов собираться в поход к монастырю, где числилась сосланной бывшая царица.
- Господин! - к его ногам опять кинулась кухарка, - Не оставляйте меня! Я ни в чём не виновата! – стража тут же оттащила её в сторону и поволокла на площадь.
- Эту рабыню продать, – тихо обратился Рамзес к распорядителю и тот бросился освобождать невинную жертву.
Вместе с Хебом, они отправились прямиком в храм Единого Бога, чтобы сообщить Ладе о свершившейся казни преступника. И так же о том, что во всём случившемся опять постаралась первая жена Рамзеса – принцесса Урани.

Глава 29.

На следующий день Лада чувствовала себя достаточно хорошо и ей принесли маленькую дочь.
Няня и Нуит были рядом постоянно, а Менкаура то и дело прибегал навестить их.
Тата принесла новости о расправе учинённой Хебом и Рамзесом первой, так же и то, что они собрались разобраться и с Урани. Об этом было ужасно подумать. И Ладе почувствовалось, что она не хочет сейчас видеться с мужем. Она считала себя виноватой за эту казнь, заставив Рамзеса проявить жестокость. В то же время она понимала, что иначе он поступить не мог... Но если бы она, в самом начале, улетела на Родину – всех бы этих казней не случилось…
Словно чувствуя смятение жены, Рамзес не спешил к ней… Расспросив прежде у Таты о самочувствии царицы и поняв, что сейчас не время для утешений - сразу отбыл в монастырь, оставив Хеба вместо себя следить за порядком.

День прошёл без вестей и, укачав малышку, Лада сидела в одиночестве и без дела. Она размышляла о том, что может сделать Рамзес с Урани. Неужели, он будет с ней так же жесток? Нет, она этого не хочет! Она не может этого допустить. …Что же делать? Он уехал, не оповестив её прежде... уехал, не спросив её мнения...
Лада вскочила из-за низенького столика, за которым сидела и стала расхаживать из угла в угол. В это время в комнату заглянула Тата.
- Привет, - улыбнулась она. – Мне можно войти?
- Конечно, зачем ты спрашиваешь? – не взглянув на подругу, ответила Лада.
- Ну, ты вроде как... озабоченна чем-то... – пояснила Тата.
- Я очень переживаю за Урани, – Лада остановилась и сосредоточенно посмотрела на дверь этой комнаты, ведущей в большой зал. – Что если Ра, может всё исправить? – выразила она свою надежду.
Тата прошла к ней и усадила её рядом с собой за столик.
- Не будем влезать в эти дела. Ты же всё сама прекрасно понимаешь.
- Понимаю? …Как же тут понять – столько всего напутано.
- Ничего не напутано. Не сочиняй лишнего, – успокоила подруга. - Тебе нужно научиться относиться к этому правильно. Нужно принять.
- Принять естественную смерть человека я вполне способна… Но казнь… убийство… Умом я принимаю, но душой... Я не могу.
Тата потянулась к Ладе и крепко обняла её.
- …Я тоже, – шепнула она ей.
- О, Тата, я так рада, что ты со мной. Я очень привязана к тебе, - обняла её в ответ Лада. Но Тата задумалась, отстранилась... Она подумала о своих намерениях и о Рамзесе. - Что... Что-то тебя беспокоит?
Тата нервно откашлялась.
- Пожалуй, я бы не так стала тебе дорога, если бы ты кое-что узнала... Но мне лучше тебе признаться, - Тата поддалась временному раскаянию. - ...С некоторых пор ...это меня сильно …угнетает.
Лада внимательно слушала её не произнося ни слова. Убедившись, что она не собирается её перебивать, Тата продолжила.
- Я соблазняла Рамзеса, - призналась она.
- Что? – Ладе показалось, что она не поняла смысла сказанного.
- Я соблазняла Рамзеса.
- ...Почему?
- Просто, я сошла с ума! - вскрикнула Тата и, отойдя в сторону, отвернулась.
- И... соблазнила? - тихо спросила Лада. Тата отрицательно покачала головой.
- Да или нет? - более твёрдо спросила подруга.
- Нет.
- Передумала?
- Он мне отказал. Он не хочет меня.
- Отказал? – удивилась Лада и усмехнулась.
- Ты простишь меня? – Тата умоляюще сложила руки.
- А если бы он тебе не отказал... Нужно тебе было бы тогда моё прощение? – укоризненно, Лада смотрела на подругу. Тата будто испугалась и задумалась. - ...Ты мне про такое больше не говори. Я знаю, что Рамзес мне изменяет ...понимаю его. Ведь я не испытываю… частой потребности... - Лада смущённо потупилась. Помолчав, продолжила. - Но мне лучше не знать, с кем он... Об этом не хочу знать.
- Прости меня, - сказала Тата и выбежала из комнаты. Лада не успела её остановить и лишь всплеснула руками.
Она подошла к маленькой дочери, спящей в мягкой колыбели. Тихо, чтобы не разбудить, наклонилась и легонько поцеловала её. ...Ребёнок пах молоком, таким нежным и особенным, каким пахнут только младенцы. Девочка крепко спала.
Лада позвала няню, что бы та присмотрела за ребёнком. А сама отправилась прогуляться по вечернему саду.

Глава 30.

Утром Рамзес с отрядом солдат, вошёл в закрытый монастырь с решительным намерением разобраться с сосланной, но всё ещё своей женой, Урани.
Урани бездельничала в своей келье. Так или иначе, ожидала вестей из дворца. С некоторых пор её охватило мучительное волнение, опасение за то, что план, может, не удался. И что тогда предпринять? За мыслями о мести она не предусмотрела возможности к отступлению… Сейчас она уже сомневалась в том, что достаточно хорошо обдумала свой ход...
Услышав шум во дворе, она высунулась в окно. Под окном пробежала одна из послушниц.
- Эй! - окликнула её Урани. Она злилась на своё положение затворницы и не церемонилась, обращаясь с монастырским окружением довольно пренебрежительно, чем не особо смущала жриц. С ней никто не общался без надобности. – Что там за шум? В закрытом монастыре должна быть тишина …Я отдыхаю.
- Тебя работа заждалась, – лишь сказала ей в ответ, пробежавшая мимо послушница. – Поработаешь, так спать непробудно будешь.
- Поговори мне, мерзавка…
- К нам прибыл фараон, – остановившись, сообщила издали послушница-уабу, когда Урани надменно убралась из окна. – В сопровождении солдат. Без сомнений по твою душу, госпожа, - заключила жрица, гордо продолжив свой путь.
- Прибыл фараон!? - до Урани мигом дошла причина его появления тут и она вновь выглянула в окно. Послушницы давно убежала и она опять нырнула внутрь. - О, нет...
Принцесса хотела скрыться где-нибудь до поры - до времени и побежала к выходу, но в холле уже слышался шум шагов. Урани нервно окинула взглядом комнату, инстинктивно ища защиты... - распахнутое окно и... царский нож в ларце - подарок сестры. Она достала его и спрятала за пояс в складках платья.
С шумом открылась дверь и вошёл фараон, оставив двух стражей тут же, у входа в келью.
- Ах! - Урани явно испугалась, но тут же совладала с собой,.- ...Могла ли я надеяться на встречу с тобой? - лилейно пропела она.
- Почему же нет?.. Похоже, я чудовищно поступил с тобой и виноват до конца жизни... - с порога изобразил раскаяние Рамзес.
- Зачем ты пришёл ко мне, ...муж!?
- Ах, дорогая, простишь ли ты меня? - с видом обречённым, растрогался фараон. - …Все эти красивые женщины ...они сбивают меня с толку!
- Вот как?..
- Именно. Когда рядом много красивых цветов… - перестаёшь замечать лучшие.
- ...Чем плоха я тебе была? - Урани почувствовала наплывающее и никогда доселе не сдерживаемое возмущение.
- Знаешь ли ты, - певуче продолжал Рамзес, – что жена моя Лада, отправилась к праотцам? Мне стало так одиноко... Но мне напомнили, что у меня есть лучший цветок, который я несправедливо перестал замечать. И я тут же отправился за тобой, что бы вернуть на законное место. О, несравненная! Поверь, я никогда... никогда более не заменю тебя… Ни кем!
- Я не знала ...про твою жену, – невинно сожалея, промолвила Урани.
- Не знала? – столь же наивно удивился Рамзес.
- Нет.
- Неужели? Но некий жрец поведал мне, что ты в этом постаралась... Как жаль… А я-то думал, что хоть кто-то меня любит так, что готов совершенно на всё!
- Клевета! - воскликнула Урани. Сомнения терзали её - честен или врёт?
Тихо... - заметив её сомнение, нежным голосом сказал Рамзес ,- Тебе нечего беспокоиться. Сказать по-правде, так я слишком устал от неё - ...плебейка... - ухмыльнулся он.
Как плебейка? Ведь она же необычна! Мне постоянно твердили, что прелестная Лада послана богами, если только сама не богиня. И ты говорил! И женился на ней!
Всё было жестокой ошибкой... Выяснилось, что боги не причастны к ней. ...А я плотью слаб — желал обманщицу. ...А всё же не было видимых причин сослать её. А тут ты, такая… красивая... мне помогла...
Что? – Урани не могла понять, чего муж добивается. Был бы это её мелкий монастырский служащий – она бы поверила. Но Рамзес… С другой стороны, она прожила в браке не так долго, чтобы хорошо узнать душу своего мужа…
Не знал, что в тебе столько страсти, – между тем, Рамзес крепко обхватил тонкий стан Урани.
- ...Не знал?
- Мне так это нравится! - он страстно прижал её к себе, глаза его загорелись и он прильнул к её устам. – Не могу поверить, что это ты сделала, - продолжая её целовать, говорил Рамзес. – Но это ничего, теперь мы будем вместе.
- Может быть, попросишь стражу оставить нас? - отвечая ему взаимностью, жеманно предложила Урани. Рамзес слегка отстранился от неё и махнул рукой стражникам. Те покорно удалились.
- Нет, - ухмыльнулся Рамзес и оценивающе окинул взглядом Урани с ног до головы, – не могу поверь. Ты не могла такое сделать. Ты, такая нежная... такая хрупкая... – он опять страстно обнял Урани.
- Не я, но по моему приказу, - гордо ответила Урани. И тут же раскаялась. Глаза Рамзеса стали холодными, взгляд суровым, все его мышцы нервно напряглись. Он уже не нежно держал её за талию, а сжимал как тисками.
- Отпусти! - в испуге закричала несчастная.
- Стража! - стражники вернулись.
- Вы всё слышали?
- Да, властелин, – в голос подтвердили оба.
- Увести и казнить, – отчеканил фараон и толкнул принцессу Ура к ним.
- Нет! – Урани выхватила спрятанный нож. Стражники остановились. - Я - принцесса Урани, жена фараона Та-Мери! Я не позволю убить себя каким-то рабам! – глаза её сверкали яростью и отчаянием. - Но, я рада, что всё ж покончила с ней! – обратилась она к Рамзесу.
- Она жива.
- Мерзавец!!! – прокричала девушка и, как сорванный ветром лист, вылетела в окно. Она побежала в лес, что отделял монастырь от внешнего мира.
Фараон молчаливым жестом приказал её догнать.
Стражники выпрыгнули в то же окно и не выпуская Урани из виду, побежали за ней. Рамзес последовал за ними через обычный путь. Он был не в силах спешить.
Бежать Урани долго не могла. Путаясь в складках платья, цепляясь за ветви и высокую траву, она скоро выбилась из сил. И уже не представляла, куда она может убежать, где скрыться… она готова была сражаться с этими воинами, ведь у неё был нож… Но, принцесса не останавливалась… Погоня её выматывала всё больше и когда она поняла, что её настигли, Урани остановилась, занесла над собой нож.
Подоспел и Рамзес с ещё двумя солдатами.
- Стража! – окликнул он их, - Ко мне!
Воины подчинились и оставили истерзанную, озадаченную, но с яростно-гордым взглядом практически пленённую Урани. Сопровождавшие фараона солдаты не спускали с неё глаз.
- Я отпускаю тебя, принцесса Ура, – Рамзес передумал. Он не хотел ещё одной казни, - ...Ты жестока от глупости. Я не могу тебя казнить. С этого момента ты - никто. Ни один монастырь тебя не примет. Ты свободна. Живи, как знаешь. Можешь вернуться к родичам, ...если они примут.
Рамзес скомандовал солдатам возвращаться и они отправились в монастырь, оставляя Урани в совершенной свободе.
- Нет! Я не позволю тебе так поступить со мной! Ты - трус!!!
Рамзес в гневе остановился и повернулся к ней. Одним движением Урани вонзила себе в грудь нож и... упала замертво.
Вернувшись в монастырь, Рамзес приказал жрецам погрести Урани по всем правилам. И не медля ни минуты, покинул это место.

глава 31.

Фараон вернулся во дворец. О своём прибытии царице сообщать не стал. Вовсе другие нужды заботили его сейчас. Нужно было заняться всевозможными дворцовыми распоряжениями, правилами и прочими теперь необходимыми нововведениями.
Пришлось известить правителя Урани о гибели его дочери. Послы немедля прибыли в Та-Мери. Будучи вынужденными признать глупость и невменяемость принцессы, они, всё же, были крайне возмущены и подавлены таким вопиющим событием, что грозило перерасти в конфликт. Его не возникло лишь по той причине, что Та-Мери был на много сильнее маленькой империи Урани.
От посланника Лада знала о самоубийстве бывшей царицы. Это казалось ужасающим, ведь она вполне могла её простить. Однако, великодушие Рамзеса привело её в восхищение собственным мужем. Это было замечательно. Огромное облегчение для её израненной души. До этого она сомневалась и боялась того, что в дальнейшем, не сможет выносить своего мужа из-за его жесткости. ...Даже если это жестокость - в её же защиту, ибо возлагала слишком тяжёлый груз ответственность за смерть Урани, к чему царица не была готова.
Сегодня должен был прийти Рамзес. Лада, теперь непривычно, после многих лет совместной жизни, волновалась перед их встречей. Она укачала дочь и вышла к саду. Солнце уже садилось, но Рамзеса всё не было. Рассматривая садовые цветы в свете заходящего солнца, она сидела на тёплых ступенях храма - задумалась и не заметила, как он пришёл.
- Я так соскучилась!.. - Лада бросилась в объятья и крепко обхватила его. Улыбнувшись, Рамзес ничего не ответил, выражая свои чувства лишь долгим поцелуем. Красные глаза и синева век, не красили его - последние события оставили на нём свой след.
- ...Как ты себя чувствуешь? - Лада всмотрелась в лицо мужа. В приближающихся сумерках он выглядел совершенно измученным. – ...Я очень рада, что ты простил Урани. ...Но, мне не по себе от той мысли, что ты казнил монастырского служителя, – Лада не сводила с мужа глаз.
- И это может сказаться на твоих чувствах ко мне? - Рамзес сел на гладкие, отсвечивающие светом заходящего солнца ступени. Ладе стало ясно, что от усталости он валится с ног. И только из любви к ней, разбирается со всеми её угрызениями совести.
- О, нет, нет. ...Конечно, нет, – Лада опустилась перед мужем на колени и прижала его голову к своей груди, желая успокоить и защитить любимого от всего...
- Если я не стану наказывать – не будет порядка... - отойдя душой сказал Рамзес. - Тогда, мне лучше передать правление другому, более сильному правителю.
- А… если бы ты не нашёл так быстро виновных, ты бы убил всех дворцовых слуг? - нерешительно спросила Лада.
- Достаточно и нескольких, - совсем придя в себя и вновь став повелителем, твёрдо ответил фараон. Лада молчала. Встала и отошла в сторону.
- Во дворце всё готово к твоему возвращению. Надеюсь, ты вернёшься, – Рамзес решил закончить этот разговор. Не дожидаясь рассуждений Лады, он поднялся со ступеней и пошёл в храм.
- Да! - громко ответила Лада и повернулась к мужу. Она испугалась, вдруг он решил, что она теперь любит его не как прежде, что теперь он не тот в её газах…
Тогда вернёмся уже сейчас, – Рамзес обернулся к ней и протянул в ожидании руку.
Во дворце царило полное раболепие. Была проведена хорошая кампания. Слуги старались как можно лучше услужить венценосной паре. Еду теперь пробовал сам повар или один из его помощников за столом фараона, чем создавал неудобства царице, не привыкшей к таким условиям.
Отдав малышку няне и отправляясь спать, Лада попросила Рамзеса ночевать у неё.
- Тебе ничего не угрожает, – заверил он.
- Всё равно, – упрашивала Лада. – Мне очень хочется, чтобы ты был рядом. ...Хотя бы несколько дней.
Не смотря на невообразимую усталость и желание поскорее забыться благодатным сном без снов, Рамзес всё же смог издать саркастический смешок. Такого не было никогда — любимая просит его сама остаться у неё. А оказалось, что для того, чтобы спать в постели собственной жены, нужно всего лишь хорошенько её напугать… И Рамзес смиренно принял эту ношу.

Тата же страдала от того, что решилась признаться в своём поступке давней подруге. Погружённая в свои раздумья, она стала рассеянной, нервной и раздражительной.
Хеб не мог больше сдерживать своё беспокойство и прочёл её мысли. ...Желания, Рамзес, раскаяние, Лада, обида, месть, долг, Хеб, любовь, сын... - то что он узнал, повергло его в шок. Измена жены с его самым близким другом... К этому примешивалось ещё одно, а именно дилемма. Он не знал, что более было бы оскорбительнее, то что Рамзес отверг Тату, презрев его выбор женщины или если бы он всё же соблазнился ею? ...Если бы не события прошедших дней, которые вымотали его не меньше, чем внезапно объявившегося обидчика...
...Было решено не показывать Тате свою осведомлённость. Оставалась надежда, что она изменится, ведь она всё же его любила.

@темы: "Атум".28-31

23:47 

"Атум".(24-27)

глава 24.
Семь дней я не видал любимой.
Болезнь одолела меня.
Наполнилось тяжестью тело.
Я словно в беспамятство впал.
Ученые лекари ходят -
Что пользы больному в их зелье?
В тупик заклинатели стали:
Нельзя распознать мою хворь.
(«Начало прекрасных и радостных песен».)

На порог дома главного эвена поднялась молодая женщина и постучала в дверь. Ей отворил слуга-старик и впустил без расспросов как частую гостью. Сказав коротко приветствие этому слуге, она поинтересовалась, где сейчас находится его хозяйка. После чего уверенно прошествовала к ней.
Это была смуглая изящная женщина, со своеобразной красотой. Красота её не бросалась в глаза, но забыть её уже было невозможно. Густые чёрные волосы заплетённые в две длинные косы спадали на грудь немного ниже талии. Одета она была скромно, в тонкое облегающее платье белого цвета, плетёные сандалии на маленьком каблучке и лишь массивный золотой браслет высоко на руке с выгравированным знаком в виде лесенки, точно указывал на её принадлежность к жрицам Изиды.
- Тейе! - воскликнула Тата, встретившись с ней в приёмной комнате. - Мы чуть с тобой не разминулись. Я иду в ваш храм, чтобы помолиться богине Изиде.
- Неужели? - протянула Тейе, - Мы с тобой дружны уже не менее полугода, но ни разу ты не желала даже взглянуть на этот храм. А тут, вдруг, помолиться…
- Не правда. Один раз я ходила.
- Да, была. Ну что с этого?
- Ну вот, теперь я решила проникнуться более глубоко...
Тейе внимательно посмотрела на Тату.
- Раз так, то пойдём... - ответила она.
Они вышли на узкую мощёную дорожку и быстро пошли среди городских домиков. День обещал быть очень жарким, утреннее солнце уже нещадно обжигало. Подруги очень спешили в храм. Тата надеялась, по возможности, пробыть там до вечера. Очень ей хотелось выпросить у верховной жрицы диковинный цветок для своего сада, который рос в прекрасных садах храма Изиды.
- Скажи, ты была у нашей царицы после того, как Ра помог в войне? - поспевая за Татой, поинтересовалась Тейе. - Ходят слухи, что наш бог особо благосклонен к ней.
- Ты о Ладе?
- Да. Вчера она была у нас. Она родила. Ты знаешь?
- Да... Хеб сказал. Я, конечно же, навещу её, - быстро ответила Тата. - После тех событий я была у неё однажды. Потом она уехала в загородный дворец и там жила без мужа всё это время. О том, что она вернулась, Хеб упомянул лишь в связи с рождением дочери Рамзеса...
- Тата, что за обида? – заинтересовалась жрица.
- Какая обида?
- Мне показалось...
- Я навещу её завтра.
- Передай моё почтение.
- Передам. ...А как себя чувствует фараон? Что он чувствует к ребёнку, не знаешь?
Тейе показалась, что Тата больше нужного встревожена этим вопросом и она, украдкой, внимательно стала следить за ней. Тейе больше всего на свете любила интриги, не могла и дня прожить без этого удовольствия. Если ничего подобного не происходило, она словно таяла, лишённая этой живительной для неё силы.
- Об этом я не знаю. Но разве можно не любить своё дитя? – спросила Тейе.
- Ребёнок неизвестно от кого... - Тата не смотрела на жрицу, будто стыдилась того, что только что выдала.
- О, Тата... – рассмеялась Тейе. - Ну что ты говоришь?
- Я говорю о Ра, – сказала, как отрезала Тата.
- Послушай, Тата, - Тейе стала очень серьёзной, - я не стану обсуждать чувства Ра, нашего бога, к царице. И тебе не советую.
- Это почему же? Я имела возможность узнать тебя. Ты же вся пищишь, когда речь идёт о любви богов!
- …Просто бог Ра, это не все боги. Тут нужно быть немного… тише, - тихим голосом проговорила Тейе.
- И всё же, я думаю, Рамзес не любит теперь её. Он не может стерпеть такую обиду, – понижая голос до уровня Тейе, сказала Тата.
- Какая же здесь обида? - ахнула Тейе. - ...Да это честь для всех нас, - с еле сдерживаемым смешком, прошептала Тейе.
- Рамзес не может любить Ладу, она даже жила отдельно от него. Это о чём-то говорит, – что-то так возмущало Тату, что она сказала это открыто и громко.
- Ты злишься и что-то скрываешь. Я это поняла, – Тейе остановилась под тенью платанов и остановила Тату. – Вся эта любовная история, нас, конечно... возбудила... Но многое верховный жрец от нас скрывает, судить не можем. ...А я тебе скажу, что если ты так печёшься о Рамзесе, то могла сама сто раз узнать об этом, если бы по-чаще навещала свою подругу. Но ты обижена и злишься, - Тейе отвернулась и зашагала дальше.
- Она могла бы и сама ко мне прийти, но не пришла, - спеша за ней оправдалась Тата, вдруг почувствовав упрёк совести.
- Она была в особом положении, если помнишь... Ну вот, мы и пришли.
Тата ступила на сверкающую ступень храма и остановилась.
- Входи! - подтолкнула её Тейе.

Лада пребывала в отличном расположении духа. Она только что покормила малютку-дочь, когда на пороге показалась давняя подруга. После восторженных возгласов и взаимных упрёков с комплиментами, они остались наедине, решив в одиночестве прогуляться по саду.
- Я только на днях узнала, что ты вернулась. ...И не одна, - оправдывалась Тата.
- Это не страшно. Мне всё равно раньше было не до встреч...
- ...Так, что тебя заставило уединиться в том дворце? Нет, я понимаю, там очень зелено и красиво – как ты любишь. Но всё же...
- Тата, - Лада посмотрела на чистое голубое небо, видневшееся сквозь кроны деревьев, – после всех тех ...передряг, я хотела очиститься, привести себя в порядок. И в спокойствии родить. …Знаешь, там по утрам, когда ещё роса, повсюду запах мяты... такое великолепие! Она растёт там повсеместно. Просто чудо!
- А как же Рамзес? Ты не боялась, что он, прости, найдёт себе кого-то... - Тату очень, с недавних пор, волновал Рамзес. Она просто не могла не затеять эту беседу.
- Нет... - пожала плечами Лада. - Если тебя волнует именно интимная часть. Я знаю, что он посещает наложниц. В остальном, мы часто виделись. Он ведь бывал у меня. Мне не на что жаловаться.
Лада ошибалась. Рамзес был на столько поглощён своими делами, заключением соглашений с атлантами и прочими нуждами подвластной ему земли после нападения, что стал настоящим аскетом. Да и ревность к Ра играла роль не меньшую...
Однако, совесть Таты, после того как она узнала о свободе фараона, стала сдерживать её меньше.
"Какая разница, наложница это будет или я? Если Ладе всё равно, с кем её муж возлежит, то почему я должна переживать? Кому это может повредить? …Если только …Хеб", - поразмыслила она, и её визиты во дворец стали чаще...
Несколько дней спустя она уговорила Ладу сходить на строительство, где почти постоянно можно было застать Рамзеса.
С неохотой, опасаясь на долго отлучатся от маленькой Анукет, царица согласилась. В самом деле, Тата была права и было бы не плохо, хоть изредка вникать в дела своего мужа.
Носильщики остановились недалеко от Пирамиды.
- Ох, похоже, сегодня нет никаких работ… - огорчилась Тата. Она осмотрелась. Впереди виднелся большой котлован, выложенный камнем и напоминавший бункер. В глубь его вела каменная лестница. Изваяние Сфинкса, недавно привезённое, располагалось поодаль… Рядом находились двое мужчин. Один был человеком, но другой, повыше – несомненно дингир. Они проводили замеры.
- Тут кто-то из богов, – всматриваясь из далека в тех работников, сделала вывод Лада.
- Ты уверена? – с восторженным благоговением, переспросила Тата.
Да. Тот, очень высокий...
Нужно поприветствовать его! - Тата подалась вперёд, желая немедленно осуществить намерение. Но тут же была остановлена уверенной рукой и встретилась со взглядом подруги.
Нет, - Лада не понимала толком, почему они не должны выполнить столь простой этикет. Ей только от чего-то совсем уж не хотелось как-либо соприкасаться с богами.
Ты что?! ...Я совсем не понимаю тебя, - но объект внимания скрылся в строении Пирамиды и это спасло положение.
Постучим в бункер? – предложила Лада. Подруги нерешительно предстали пред ступенями. Тата спустилась первой. Она всегда была первой и брала на себя инициативу. За ней Лада. И они очутились перед закрытой каменной стеной.
- Что дальше? – растерялась Тата и тут же постучала о стену. Почти в тот же момент стена зашумела мягким монотонным гулом и отъехала в сторону, образовав проём.
Стражник, открывший эту дверь, признал царицу и отошёл в сторону, дабы пропустить её внутрь. Подруги прошествовали вперёд и остановились, не понимая, куда они попали.
Помещение явно освещалось электричеством, было довольно светло. По сторонам расходились комнаты-отсеки, сейчас они все были открыты. Посреди комнаты, где они стояли, располагался каменный алтарь, на котором были навалены свитки, какая-то аппаратура, планшеты…
- Я надеюсь, фараон сейчас здесь? – обратившись к стражнику, спросила царица.
- Да, госпожа, – ответил он и посмотрел прямо за ней. Лада развернулась.
- Не ожидал, – удивился Рамзес, который только что вышел из соседнего отсека. Он подошёл к столу и положил не него ещё один развёрнутый свиток, который держал в руках.
- Да, - Лада слегка смутилась, - я тоже не ожидала попасть сюда. Тут тихо. Я думала, будет шумно.
- В ближайшие дни шума не будет, если вам именно это интересно, – ответил ей Рамзес, смутно догадываясь, зачем к нему пожаловали дамы.
- Мы хотели посмотреть на стройку, – сообщила царица.
- А… Я тебе скажу, когда вновь начнётся бурная деятельность.
- Так… что это будет? – вступила в разговор Тата.
- Наследие для потомков. Мы хотим оставить, на будущее, все знания, которые мы сейчас имеем, – сказал ей фараон.
- А зачем? – поинтересовалась Тата.
- …В недалёком будущем, нашу землю ждут большие бедствия, – Рамзес подошёл к одному из отсеков и стал оценивающе смотреть внутрь. Там рабочий выкладывал ниши. И, не отрываясь от дела, продолжил, - Многие не уцелеют. Многое будет уничтожено. Совершенно очевидно, что человечество придёт в упадок... Придётся развиваться заново. А о нашей истории нужно что-то оставить...
- Какой кошмар… - пролепетала Тата, – Но когда это будет?
- Не сейчас, – успокоил фараон и опять подошёл к алтарю, заинтересовавшись своим свитком.
- Рамзес, а разве боги не станут потом помогать? – подойдя к мужу, спросила Лада.
- Наверное будут… но, по-другому. Не уверен, что они станут строить здесь что-то вновь. А если у них не будет здесь своих центров, то это будет говорить лишь о том, что все вернутся на Сотис. Людям придётся постигать все знания самим.
- Не будут спасать людей от катастрофы? – вмешалась Тата. Рамзес усмехнулся.
- Людей стало очень много, всех спасти не удастся.
- А почему выбрали изваяние человека-льва, для этого тайника?.. – грустно спросила Тата и подошла к алтарю со свитками.
Это не человеко-лев, – Рамзес открыто улыбнулся.
Лада решила пройтись по комнате и теперь заглядывала в каждый из отсеков, рассматривая пока пустые полки и ниши.
– Это Анпу, - будто между прочим сказала она.
- Собака? – удивилась Тата.
- Созвездие Собаки, – Лада вернулась к ним.
- А почему именно созвездие собаки? – попыталась уточнить Тата.
Рамзес взял один из планшетов и, нажав пару из знаков сбоку, включил экран на котором вспыхнула карта части звёздного неба. Он протянул планшет Тате.
Наша Пирамида означает одну из самых ярких звёзд Пастуха, – фараон указал на одну из звёзд пояса Ориона.
Ага, это я знаю, - проявила чудеса познания Тата, - ещё две звезды-пирамиды будут достроены позже. Они имеются в нашем времени.
А рядом, - Рамзес указал на звезду ниже и кивком в сторону каменного Анпу, – Собака. Там находится система Сотис. Анпу имеет не одно значение, он очень важен, поскольку определяет границу влияния второй звезды этой системы. В этой системе наше начало.
- Вы думаете, люди будущего поймут? – неуверенно поинтересовалась Тата.
- Поймут, но не сразу. Для начала им нужно будет подняться ввысь, чтобы увидеть то, что мы оставим на земле. И сравнить со знаками на небе. Мы намерены оставить нерушимую карту звёздного неба на этой земле.
- Значит, будет весь Орион, Пёс, Млечный Путь… - Лада внимательно рассматривала светящуюся карту на планшете и водила над ней пальцем, указывая на звёзды. – Значит всё правильно! Я читала некоторые исследования энтузиастов. Нил – это Млечный Путь. Три пирамиды - Пояс Ориона… развалины в Абу-Руваш – это нога Ориона… Здесь тоже что-то нашли, там, где плечо… Пирамиды Дашур, определяют как созвездие Тельца… - медленно рассуждала Лада. Рамзес с Татой внимательно следили за ней.
- Это ты где узнала? – Тата несколько расстроенно посмотрела на подругу.
- Из книг, которые читала дома.
М-да… Пирамиды только карта и больше ничего?
Нет, конечно, нет, - Рамзес хотел закончить на этом разговор, но Тата не сводила с него глаз, ожидая продолжения с особым интересом. - Это станция дальней космической связи. И маяк, безошибочно направляющий даже беспилотный корабль на космопорт.
Космопорт? - Лада опять взяла из рук мужа планшет, на котором он только что вывел схематичный путь на карте, - По меридиану... наши пирамиды, потом ориентиры в Африке?.. - она даже попыталась указать на этой карте, как именно будет заходить корабль.
Не так, - улыбнулся Рамзес, - корабль, выходит на орбиту вокруг Земли, по зафиксированному относительно Солнца меридиану. Начнет действовать гироскопический эффект, который и вынесет корабль в пустыню.
В Южной Америке, - утвердительно добавила Лада, - а рядом Перу с Наска и космопортом.
- Всё поняла, - одобрил Рамзес и серьёзно добавил, - а теперь возвращайтесь в город. Я должен продолжить свою работу.
Хорошо, – погружённая в размышления, сказала Лада и без возражений направилась к выходу, предварительно потянувшись к Рамзесу, чтобы он её поцеловал. Стражник отворил перед ними выход и гостьи поднялись наверх.
Это что, единственный космодром на Земле? - после молчаливых размышлений, спросила Тата.
Нет, конечно... - стала вспоминать Лада. - На территории, где реки Тигр и Евфрат, должен быть ещё Сиппар. Там тоже космопорт. Как минимум...

глава 25
Дверь в маленькую уютную комнатку отворилась. В ней показался молодой жрец-служка, часто помогавший живущим здесь затворницам по хозяйству. Он разносил по комнатам лампы, которые весь день стояли на крыше, заряжаясь от Солнца.
Был вечер. Его встретила Урани. Она грациозно подошла к нему. Уже несколько лет Урани томилась в этом, хоть и красивом месте, но совершенно в одиночестве. Изгнанница взяла одной рукой один светильник, а взмахом другой - пригласила жреца пройти в комнату, как хорошему другу.
- На заре ты отправишься ко дворцу. Я всё устрою - никто ничего не заподозрит, – сообщила она.
- Урани, мне не хочется участвовать в этом, – устало ответил жрец.
- Ты мне обещал, клялся! - блеснула глазами бывшая царица, - ...Сама бы всё сделала. ...Но, меня не выпускают из этого заточения. Тебе напомнить, что ты должен сделать?
- Хватит, дорогая, – служка был рад воспользоваться благосклонностью красавицы, но играть под её дудку…
- Это бесчестно! – вскричала девушка. И далее, продолжила тише. – Я сама тебя убью, если ты не исполнишь свою клятву.
- Хорошо-хорошо… - успокоил её жрец. Хотя уверенности в нём не наблюдалось. - Последние несколько дней ты только и говоришь мне об этом, – занервничал служка и развернулся чтобы уйти.
- Нет, ты дослушай до конца, - огрызнулась Урани и опять, более спокойно, продолжила. - Будешь жить рядом с дворцом....
- Я это отлично помню. И как только там понадобятся дополнительные слуги - пойду на любую работу. И как только там освоюсь... дам ту дрянь царице, – завершил её рассказ о придуманной мести жрец.
- Только так я смогу спокойно вернуться на своё, по праву принадлежащее, место рядом с Рамзесом.
- Точно? – безлико спросил служка.
- Точно! – Урани со всей мочи шлёпнула ладонью по увесистой тумбе.
- А может быть лучше быть вдовствующей царицей?.. – ехидно предложил ей друг.
- Отлично! А ты займёшь достойное место рядом со мной. ...Думай, что говоришь!
- Тогда, зачем ты мне? - будто размышляя, жрец подкатил глаза под лоб. - А-а-а, вспомнил! Ты меня возвеличишь... и будешь выполнять все мои прихоти.
- Ты в своём уме?
- Не думай, что я тебе помогу за твои мелкие услуги... - жрец окинул её презрительным взглядом. Урани отошла в дальний угол и закусила палец. Она напряжённо думала. - Придётся согласиться, – вкрадчиво произнёс жрец. - Иначе, ты станешь каркиддой прежде, чем найдёшь того, кто бескорыстно пойдёт на это дело. И поверь, каркиддой превосходной… - он чуть-чуть не расхохотался.
Наконец Урани повернулась к всё ещё наблюдавшему за её мытарствами жрецу.
- Хорошо... - протянула она и губы её нервно дрогнули. - Я согласна.
Мужчина поклонился ей и тут же ушёл.

Тата ждала за высокими кустами роз у дворцовых ворот. Ей пришлось выйти из дому сразу, как только муж вернулся в свой храм. Она предполагала, что возвратится домой раньше Хеба и он не заподозрит её отсутствия.
Послышался разговор стражников и шум открывающихся ворот. В них показалась Лада со своей служанкой Нуит. Видимо, она пошла тоже в храм, к сыну.
"Какая удача... - ободрилась Тата, - Однако, нужно спешить… - вечереет."
Немного выждав, Тата вышла из своей засады и постучала в ворота. Стражники впустили её сразу, зная кем является для царствующей семьи супруга верховного жреца всей Та-Мери.
- Царица Лада недавно ушла в храм, - чинно сообщил один из стражников.
- Ах, какая жалость... - соврала Тата. - Ну что ж, не страшно. Я подожду здесь её возвращения.
Войдя во дворец, она сразу же отправилась к фараону. Сама не зная о чём говорить и какой предлог найти для встречи, она просто хотела видеть его, без смущения от присутствия холодной Лады - только побыть с ним рядом.
Узнать где он, не составило труда. Стоило только спросить кого-нибудь из слуг.
Узнав, таким образом, что светлейший фараон сейчас пребывает в своём излюбленном кабинете на нижнем ярусе, прямо по холлу и что беспокоить его не рекомендуется, она пошла дальше - прямиком к нему.
Она прошла террасу увитую плетущимися растениями, мимо колышущихся от лёгкого ветерка прозрачных занавесей, за которыми плескался от лёгкого ветерка чистейший прудик и вскоре наткнулась на комнату с открытыми дверями. Она заглянула в них. Бордово-бирюзовые шторы не давали ей возможности осмотреться. А потому, она тихо пробралась за ширму примостившуюся тут же.
Рамзес стоял рядом с излюбленным удобным плетёным креслом и изучал очередной обширный свиток, держа его раскрытым в руках.
Тата, невидимая, остановилась в нерешительности. ...Может быть только посмотреть на него и уйти незаметно? Но вот он, совсем один, так рядом — загорелое сильное, грациозное тело, прикрытые глаза на столь притягательном и усталом лице. Столь открытый, столь собранный... От волнения ноги Таты подкосились, но она опомнилась, только лишь щёлкнув о пол каблучком.
- Почему ты не заходишь? - обратился к ней Рамзес, отстранившись наконец от своего занятия.
Тата очень изящно показалась из-за шторы.
Ты... Прости, я не хотела мешать.
У тебя что-то есть ко мне?
Она не находила что сказать. И, поколебавшись в затянувшемся мгновении, скользнула навстречу. Рамзес хмуро посмотрел на неё. Но удивления не выразил.
- Лада недавно ушла, – всё ещё с сосредоточенным видом сказал он. - Странно, что вы не встретились.
- А... я не к ней, – елейно пропела Тата.
- Ко мне? - бровь фараона, от удивления очаровательно, подпрыгнула вверх. Тата слегка наклонилась, плавно расправила платье, тем самым осмотрев свою привлекательность и, приподнявшись на носочках - выпрыгнула из сандалий... Очутилась с желанным мужчиной невероятно близко.
Странное поведение Таты застало Рамзеса врасплох. Он не успел вымолвить и слова, даже тогда, когда Тата сжала его ладони в своих руках.
- Чего же ты хочешь? – наконец, оторопело, спросил он.
- Тебя… – как шелест ветерка, ответила Тата.
- Что? - голос Рамзеса от волнения сел.
Она не стала более ничего говорить, а только лишь, одним движением, спустила со своих плеч платье, представ перед ним во всей своей природной красоте ...
Этого Рамзес не ожидал, от верной подруги своей жены… Он обвёл её взглядом... Его глаза невольно затуманились. Цепко приметив это, Тата прижалась к нему всем телом, обнимая за плечи и целуя его губы. Воздержание не прошло для Рамзеса бесследно… Почти не осознавая себя, он обнял обворожительную Тату... но, тут же опомнился.
- Нет, Тата… Оденься, - совершенно твёрдо приказал он.
О, Рамзес... - прошептала красивая в своей зрелости женщина и обвела свою ногу вокруг его бедра. Рамзес прикоснулся к её гибкому стану. В голове его застучала кровь... Он мог получить сейчас то, чего не позволял себе уж далеко не один месяц, от нежной, обворожительной женщины. Кровь стучала и стучала всё сильнее… Сердце билось так сильно, что отзывалось по всему телу глухими толчками… Это становилось неудержимым... Только стук скоро стал перекликаться со стуком каблуков, эхом отдававшихся в его, почти опустевшей, голове... Лада… Неужели вернулась она!
В одно мгновение придя в себя, он поднял с пола платье Таты и, вручив его ей, выпроводил не случившуюся любовницу за ширму среди цветных занавесей.
- Больше этого не будет, – заверил он, оставляя её одну. – Оставайся тут и выйдешь так, чтобы никто не заметил тебя.
Тата умоляюще смотрела на фараона, прикрываясь скомканным платьем. Его взгляд не располагал к возражениям. Она второпях накинула на себя свою одежду и хотела уже уйти, но было поздно. Будто специально, Лада показалась на пороге у этой самой комнаты.
- Извини, дорогой, что помешала, - без церемоний сказала она, уверенно проходя внутрь. – Мы встретили по пути посланника от Хеба. Потому мы и вернулись... Я хочу только сообщить, что наш сын завтра будет здесь, на отдыхе, - Лада выглядела очень довольной. …Разгорячённый вид мужа, навёл на неловкие мысли. И она интуитивно оглянулась по сторонам, - Всё, я ухожу, - Лада порозовела, спеша удалиться.
- У тебя красивые волосы...
- Вчера вечером я их покрасила. Хной, – от чего-то, она очень обрадовалась комплименту и обернулась к мужу. Волосы у неё теперь были огненно-рыжие. И от них веяло полевыми цветами разогретыми солнцем. Рамзес подошёл ближе и вдохнул их аромат.
- Ты сводишь меня с ума... Ты так редко бываешь со мной нежна, что я никогда не смогу вдоволь насладиться твоей любовью… - Рамзес в порыве привлёк её к себе.
- Ты взволнован. Что случилось? – Лада недоумённо вгляделась в его лицо. Но ей всё и так было понятно. – Определённо, что-то случилось… Отвечай! - игриво приказала она. Рамзес, без слов, подхватил её на руки.
Я очень по тебе скучал… – ответил он и опустился на постель, скрытую прозрачным пологом.
Наблюдавшая за происходящим Тата всхлипнула.
Ты зря мне врёшь... – посерьёзнела Лада, от которой не ускользнул этот вздох. – Ты совсем не меня ждал. И давно дождался… Я вам помешала. Отпусти меня... и делай здесь что хочешь.
Ты не знаешь, что говоришь... - Рамзес припал к каплям молока выступившим на груди любимой, не желая оправдываться в том, к чему он почти не имел отношения.
Знаю. Обманщик, - Лада резко оттолкнула его. На что Рамзес, трепещущий от страсти, простонал и вновь приник к ней.
Не дожидаясь продолжения ласк возлюбленных пары, Тата промелькнула между складками штор. И скрывшись, выбежала за дверь незамеченной, в спешке поправлял наскоро наброшенное платье...
- Я так люблю тебя, но ты этого не понимаешь...
- Не понимаю твоих дел с наложницами?
Нет, - Рамзес не мог ничего говорить. Если бы она только знала, сколь верен ей он всё это время...
Да. И я очень смущена от того, что так не вовремя оказалась тут.
- Если тебе так совестно, то почему ты так бесцеремонно появилась тут? –обнажая грудь Лады, поинтересовался Рамзес. - Ведь ты всё обо мне знаешь... И помешала...
- Прости, – мягко ответила Лада, прикрывая глаза длинными ресницами.
- Возможно… прощу... - прошептал Рамзес, сжимая белые бёдра любимой с удовольствием убеждаясь, что сопротивлений уже не последует.

глава 26.
- Госпожа, я привёл новых слуг. Взамен тем, что в силу своих преклонных лет, уже не могут выполнять хозяйственные работы, - сообщил шарат почтенного вида, слишком опрятный и очень чистоплотный, по чему сразу можно было определить, что он не обыкновенный прислужник.
Лада присела на трон фараона в малом приёмном зале. Сейчас она разбиралась с хозяйственными делами дворца. Этими делами Рамзес предоставил полное право заниматься именно ей.
Изволите ли вы взглянуть на них? - поинтересовался почтенный чиновник. Получив согласие и поклонившись госпоже, слуга хлопнул в ладоши и в зал поспешно вошли три человека - две молодые женщины и мужчина.
- Какую работу они станут выполнять? – поинтересовалась у слуги Лада, окинув внимательным взглядом каждого из прибывших.
- Одна женщина - прачка, другая - кухарка… - объяснил почтенный шарат. В то же время передав царице свиток пергамента, который она тут же раскрыла. - И, мужчина, будет на подхвате при грязной кухонной работе. В этом свитке я всё указал: кто, вместо кого и кем станет работать.
- Обе женщины рабыни, – читая отчёт, спросила Лада. - Ты купил их?
- Да. Я позволил себе купить их, без вашего ведома. Но они молоды и сильны, а вы говорили, что в покупке рабов полностью доверяете мне.
- Да-да. Я совсем не против, - успокоила разволновавшегося слугу царица. - ...Но мужчина не раб.
- Он попросил меня о работе... и я согласился показать его вам. Желаете вы оставить его?
- ...Ты знаешь, какую работу будешь выполнять? - обратилась Лада к мужчине, который стоял будто на парадном смотре войск.
- Да, госпожа, - отчеканил он.
- Знаешь ли, сколько платить тебе будут? - продолжила царица.
- Да, госпожа.
- Устраивает?
- Да, госпожа.
- В таком случае, они в твоём распоряжении, - завершила Лада, обратившись к тут же благочестиво раскланявшемуся почтенному слуге. Он махнул рукой и увёл их всех за собой.
У самых дверей молодой мужчина искоса бросил на царицу взгляд, какой она видела у провинившихся рабов, когда они оправдывались в провинности перед дворцовыми распорядителями. В то же время, девушка-кухарка, довольно невзрачная на вид, но ничуть этим не смущавшаяся, по всему - была довольно тем, что ей предстояло работать с этим новым красивым слугой. Лада заметила, что она даже подпрыгнула, обернувшись к нему в тот момент, когда закрывали двери.

Тата, охваченная стыдом, теперь гуляла только во дворе своей усадьбы. Прошло полмесяца, а она занималась теперь исключительно сыном. Чтобы пойти во дворец, она и думать не смела...
После отказа Рамзеса, с ней случилась истерика. О которой, к счастью, знала лишь Тейе. Она нашла самым лучшим для себя в тот вечер, прийти именно в храм Изиды, чем оказаться дома, перед читающим мысли мужем. Однако, Тата боялась вовсе не упрёков с его стороны, а его осведомлённости об унизительно отказе. Такое ущемление достоинства ей было бы трудно перенести.
Ни что не радовало её. И в голове была лишь одна мысль - добиться любви Рамзеса и, тем самым, отомстить ему. Как — она ещё не знала. Быть может внимание к ней одного из богов, могло бы заставить его иначе посмотреть на неё... Тата готова была на многое прямо теперь! Но нужно было успокоиться и всё обдумать. Она понимала, что обладая телепатией, Хеб всегда мог узнать её мысли. А если он заметит, что его жена больше не общается со своей верной подругой... Это её пугало. Стыд и страх - вот, что постоянно чувствовала она. Нужно восстановить хорошие отношения с царской семьёй, пока не возникли толки.
А потому Тата пришла во дворец и, всё ещё колеблясь, попросила опять об аудиенции. Ей казалось, что абсолютно все знают о её невменяемом проступке... Но тем не менее, держала себя достойно.
Фараон оказался не занят и пригласил её войти. Взглянув на него, Тата совершенно забыла всё, что заучила наизусть желая объясниться.
- Ты хотела о чём-то поговорить? – напомнил фараон.
- Да, - опомнилась она, – я пришла, чтоб извиниться ...за своё поведение. ...Мне очень …стыдно. …Это было какое-то …умопомрачение. - почувствовав, что лицо её горит, она отвернулась от Рамзеса.
- …Пожалуй, – ободрил её он, – мне это знакомо.
- Наверное, – улыбнулась Тата, вспомнив про экстракт магнолии.
- …Я выглядела ужасно …в этом состоянии. Ты мне всегда нравился. Больше чем друг, прости, - Тата сильно зажмурилась, не имея сил смотреть на Рамзеса прямо. - Я выглядела …ужасно.
- Я бы сказал – ужасно восхитительно, – честно признался Рамзес.
- Ужасно стыдно… - не могла не сказать опять Тата. Но сердце её затрепетало не от стыда, а от надежды.
- Что ж... значит, всё улажено, - ответил он и провёл рукой по её волосам.
- Ты постарайся забыть о том, что я сделала, - вытирая проступившие слёзы, попросила Тата.
- Разумеется, я забуду. Ты можешь спокойно бывать тут. Я ничем не напомню о том недоразумении.
- Спасибо. ...Тогда я пойду? - она смущённо улыбнулась. Выжидать было нечего. Не обнаружив его протеста, Тата ушла.
Да, она почувствовала огромное облегчение. И даже прогулялась по городу, наслаждаясь хорошим днём, запахом цветов и пеньем птиц, которые она перестала уже замечать совершенно.
«Он находит меня восхитительной, а значит далеко не всё потеряно...» - наслаждалась Тата этой мыслью.

глава 27.

- Ах, госпожа, вы уже не спите? – Нуит тихо пробралась в покои царицы, что бы заранее приготовить ей одежду. - Вы хорошо себя чувствуете?
- Пожалуй, да, - улыбнулась царица. – Сегодня с утра я хочу высадить цветы, которые мне вчера вечером доставили. Это лучше всего делать самым ранним утром. Потому что вечером, я уйду к Менкауре.
- ...Подать завтрак сейчас? – заботливо поинтересовалась Нуит.
- Нет... завтракать я не буду. Но принеси мне какой-нибудь сок.
Служанка поклонилась и спустившись на кухню, приказала доставить царице сок - вернулась к своей госпоже опять.
В это время на кухне кипела работа, все повара давно суетились в заботах. Двор фараона был не малым - всех следовало обслужить.
Недавно принятая рабыня выполняла мелкие поручения, но сейчас ей позволили отнести царице сок. И от этого она испытывала большую гордость.
Как и рабыня, новый работник тоже хорошо освоился и они стали хорошими друзьями. Сейчас он сидел за столом у двери в кладовую.
- Тебе придётся немного подождать. Мне поручили отнести сок царице, – вдохновенно объяснила ему рабыня. - Я вернусь и найду тебе чего-нибудь вкусненькое...
Дружок привлёк её к себе.
- ...Несёшь сок для царицы? Какая честь! Кто знает, может быть, со временем, ты станешь её личной служанкой, – бодро заявил он.
- Да… - горделиво молвила кухарка. - Но, я пойду. Скоро вернусь... - томно добавила она. – …Не уходи.
- Может быть... - он подумал, что верно именно сейчас он должен исполнить придуманный Урани заговор. Рабыня насторожилась, - ...Если ты дашь мне огромный, сладкий апельсин, то… я, наверняка, дождусь тебя.
- Сейчас, - согласилась рабыня и полезла в кладовую. Вскоре она там затихла, выбирая самый лучший...
Жрец, недолго думая, вынул из-за пояса амфорку, данную ему Урани и, вылил всё её содержимое в кувшин с уже готовым напитком. В эту же самую секунду захлопнулась дверь. Рабыня вернулась с огромным, почти красным апельсином. Жрец был напряжён следя за тем, чтоб его дело никто не заметил, а потому, от стука двери вздрогнул и только чудом успел спрятать флакон.
- Чего ты так испугался? - деловито подошла к нему рабыня, – Тебя никто отсюда не погонит.
- Я устал, - ответил любовник выходя из-за стола. – Мне пора идти, много работы на сегодня, - он бегло поцеловал любовницу. Рабыня обидчиво фыркнула, подхватила поднос с кувшином и мигом скрылась.
Служка вовсе не собирался идти работать. Теперь ему следовало как можно быстрее убраться из дворца. Но тут его окликнул низкий бас. Жрец обернулся. Им оказался распорядитель. И, как на зло, он приказал следовать за ним – работник должен был выполнять свои прямые обязанности, а не веяться без дела с самого утра.
Ослушаться и бежать сейчас - значит привлечь к себе слишком много внимания. Нужно сделать всё поскорее и убираться прочь – решил он и пошёл за своим губителем.
Забрав поднос у рабыни, Нуит поставила его на столик и налив немного сока в бокал, принялась застилать постель своей госпожи. Царица же сделала лишь один глоток и больше пить не стала.
- Странный привкус у этого сока, - заключила она, выглядывая в окно. На улице прохладно и свежо, солнце ещё было очень нежным, - Застилай скорее и идём со мной в сад. Я пока пойду к малышке. Няня ничего не говорила?
- Нет, всё в порядке, - не отрываясь от дела, ответила Нуит. Но проходя по комнате, царица остановилась, закрыв лицо руками. - Госпожа?.. - окликнула её Нуит.
- ...Голова кружится, – невнятно пояснила царица.
- Приляг, госпожа, – служанка подбежала к ней и усадила на постель.
Лада улеглась, но облегчения не почувствовала. Напротив, ей казалось, что она слабеет, во рту неприятно пересохло...
- Дай мне сок, я хочу пить...
Служанка потянулась за бокалом, но тут отшатнулась от него.
- Госпожа, вы это почувствовали после того, как испили сок?.. – испуганно спросила Нуит. Лада кивнула.
Нуит, ничего не объясняя, выбежала из комнаты и приказала первому из встреченных стражей бежать за лекарем, а другому – привести верховного жреца. Сама же бросилась к фараону.
Когда распалённой Рамзес прибежал, в комнате уже находились лекари с помощниками.
- Что с ней!? – Рамзес в порыве опустился у постели своей любимой.
- Я думаю, это яд, - лекарь указал на бокал с соком.
- Яд! – прогремел Рамзес, вскакивая на ноги и теряясь в желании припасть к жене или кинуться искать предателя. – Что же вы ничего не делаете!?
- ...Господин, нам нужно сейчас отнести царицу в храм, там больше возможностей. Мы не знаем свойства этого состава... По нашим предположениям... Признаки размыты и неясны… Она просто слабеет на глазах и всё…
- Так несите! – не дожидаясь носилок, Рамзес поднял на руки царицу и понёс её вниз.
Хеб был уже готов отправиться во дворец, когда фараон с царицей и несколькими лекарями прибыли в его храм, в сопровождении отряда воинов.
Лада выглядела ужасно бледной, на лице выступил холодный пот. На Рамзеса было тяжело глядеть. Хеб приказал своим жрецам забрать Ладу и внести её в лабораторию этого большого дома Единого Бога.
Выявив противоядие, они ввели его в кровь царицы. ...Но, Лада таяла на глазах.
- Ты должна бороться, …не оставляй меня, - Рамзес стоял рядом с ней на коленях, сжимая в своих ладонях её холодную руку.
- ...Я …не могу, - услышал он слабеющий шёпот.
Нет... нет... Что я без тебя?.. - простонал Рамзес в отчаянии. Он убрал прядь волос с её ледяного влажного лба и приник к ней губами. Его неудержимые слёзы капали на её лицо... Никто не заметил отсутствия главного эвена...
Когда же дверь распахнулась и вошёл Верховный Жрец, все бывшие здесь благоговейно расступились. Хеб сопровождал их Владыку — Дингира Ра.
Рамзес в сердцах вскочил на ноги. Ра, не останавливаясь, прошёл к Ладе, лишь пронизывающе взглянув в глаза фараона.
Ты должен оставить нас, на время, - с состраданием попросил Хеб, подойдя к Рамзесу. - Никто не поможет ей - только он. Не нужно мешать.
Я хочу остаться.
Мы теряем время. Пойдём, – жрец силой увёл фараона из зала и закрыл за ними двери.
Дворец казался опустошённым неведомой силой. Конечно, все слуги уже знали о случившемся и старались быть незаметными. Кое-кто всерьёз занялся розыском возможных заговорщиков, предчувствуя, какую расправу учинит фараон.
День уже близился к концу. Рамзес всё это время не выходил со двора храма. Хеб, видя насколько он яростен и неприступен, даже не пытался подойти и утешить.
Наконец Хеб почувствовал, что ему можно войти. Он вошёл и, вернувшись лишь через час, молча пригласил Рамзеса идти с ним.
Проходя по храму, они минули лабораторию, но Лады там не было.
- Что с ней? – остановил жреца Рамзес.
- Ра сказал, что она теперь совершенно здорова, – спокойно ответил Хеб не останавливаясь, - всё в порядке. ...Но тебе нужно что-то делать с толпой. Я же тебе говорил - ты слишком добр. ...В следующий раз они могут придумать более хитрый способ. ...Рамзес, рабы не должны тебя любить. Вполне достаточно того, что они будут тебя бояться.
Они вошли в чистую комнату рядом с большим залом, где отдыхал, когда навещал Та-Мери, только Ра. Это были его покои, очень чистые — словно стерильные и уютные без излишеств. Лада спала на постели, заботливо укутанная одеялом из мягкой шерсти.
Она должна как можно дольше поспать. Чтобы вернулись силы, - Хеб подтолкнул друга к его любимой. Рамзес осторожно присел с ней рядом и нежно поцеловал. Её руки были тёплые, как всегда, дыхание ровным и спокойным.
Думаю, Лада поживёт пока здесь, - сказал он. – Я пришлю Нуит. ...Но, мне понадобится ещё твоя помощь, - Рамзес взглянул на Хеба со всей решительностью. - Не говори никому о ней - ничего. Пусть будут в неведении, пусть ходят слухи...
- Сделаю, как говоришь, – улыбнувшись уголком рта, охотно согласился жрец.
А пока что, я приму меры, - фараон резко поднялся и почти вылетел из комнаты. Понимая, что он примет, наконец, меры крайне серьёзные, Хеб и не подумал останавливать его. Верховный жрец был полностью с ним солидарен.

@темы: "Атум".24-27

23:44 

"Атум".(20-23)

глава 20.
Царица готовилась ко сну. Днём она приказала принести ей розы. Теперь они стояли во всех частях спальни живописными букетами, наполняя воздух нежным сладковатым ароматом. Огонь, горевший на медном треножнике в небольшой чаше, только усиливал этот запах.
Тихо вошла служанка и предупредила, что к ней направляется фараон. Лада, растерявшись, засуетилась. Нет, она не хотела сейчас быть с ним. Уже несколько месяцев Рамзес не тревожил её, а после разговора с Хебом Лада намеренно избегала мужа. В самом деле – можно ли шутить с Ра?
- Ты уверена? - переспросила она Нуит.
- Да. Я видела его только что... - не успела Нуит договорить, как дверь отворилась и в ней предстал Рамзес. Движением головы он указал служанке на дверь и та опрометью скрылась.
Лада успокоила себя тем, что муж выглядит относительно уравновешенно и приветливо улыбнулась ему. Он подошёл к ней и нежно поцеловал.
- Рамзес, не нужно... - она отстранилась от мужа, когда он попытался её обнять. - Ты же знаешь, что скоро я должна быть у Ра.
- Ты не будешь с ним, - спокойно ответил Рамзес.
- Правда? - с наивно-удивлённым видом, переспросила Лада, - Если я нужна богу, то так и будет. Хеб мне кое-что поведал… и я всё сделаю, что от меня требуется. Поскольку не хочу сейчас возвращаться на Родину… у меня ведь маленький сын.
- Я никаких измен не потерплю, – уже строго отчеканил фараон.
- Я тоже, - просто ответила Лада. - Но ты же изменяешь мне с наложницами. А может и не только с ними, - ей припомнились гомосексуальные похождения древних богов, от которых вёл свой род её муж, - ...Ничего, …я не возражаю.
Рамзес ухмыльнулся. На самом деле, после испытания магнолиевым напитком, он стал предельно сдержан.
- Иногда, посещаю. Но ты же этого и хочешь! – заявил он.
- Что? - Лада возмущённо ахнула. Не имея слов от мигом переполнивших её эмоций, она схватила тонкий вязаный палантин и хотела выйти, но Рамзес удержал её.
- Этого бы не случалось, если бы ты была более нежной со мной. ...Если бы ты думала не только о себе, то знала, как сильно я люблю тебя, - он сжал её плечи. Но Лада вырвалась, возмущённая его словами о её эгоизме.
- Рамзес, - с улыбкой в голосе воскликнула она, - это ты мне говоришь об эгоизме? Почему ты пришёл ко мне сегодня? А? Не потому ли, что завтра меня ждёт Ра?.. До этого, ты особо не настаивал на нашей с тобой близости. Не правда ли?
- Я уважал твои чувства! - остановил поток её претензий фараон, - Не хотел использовать тебя! Не желал, что б ты шла против своей сути! - Рамзес отвернулся, его грудь вздымалась от переполнявших его чувств.
- ...Прости, - не нашлась более ничего сказать Лада. – Но, прошу тебя, Рамзес, не сегодня. ...Ты можешь спокойно бывать у наложниц, ...у кого хочешь. Сколько угодно, правда, - она подошла к мужу и сжала его руку. Рамзес резко развернулся к ней. Её лицо обожгло его горячее дыхание, а сильные руки теперь не позволили ей вырываться...

Поутру Лада вернулась в храм. С тех пор, как Хеб разрешил ей изучать книги, она проводила тут дни напролёт.
Она вошла в библиотеку. Верховный жрец уже ожидал её.
- Я пришёл напомнить тебе, Лада, что сегодня, с заходом солнца, ты должна быть в центральном зале храма. Ра будет ждать тебя там. Поэтому, возвращайся назад во дворец и посвяти день приготовлению к этой встрече, – жрец поклонился и вышел прочь.
Лада осталась полностью ошарашенной. Она почувствовала, что ноги её стали ватными и она опустилась на скамью у книжного стола. Испытывая стыд и неуверенность, она сидела так, не решаясь выйти из храма. ...Но, всё-таки решилась… и ушла.

Опустился вечер.
Красивая и простая, она выглядела как свежий цветок пиона. Помедлив в нерешительности, Лада всё же собралась сообщить Рамзесу, что уходит в храм. Это явилось поступком опрометчивым…
- И ты сообщаешь мне об этом!? - Рамзес навис над ней как скала, – За что ты это делаешь со мной!?
Рамзес... я не хочу тебе вреда, - почти прошептала Лада. - Не по своей воле я собираюсь быть с ним... И я уверена, что Он испытывает покорность. Зачем я ему? Посмотри на меня, во мне нет ничего примечательного.
Это не так.
Я не верю, что Он заинтересован во мне как в женщине.
- Ты останешься во дворце. И ни на шаг не будешь отходить от меня, - грозно приказал фараон. - Сейчас, возвращайся в свои покои! Я твой муж и фараон!
- Фараон, - подтвердила Лада. - Но ты уверен, что останешься им? Ты идёшь против воли Ра. Ты его наместник и управляешь Его землёй. ...Он и убить тебя может.
- Убить себя? - рассмеялся фараон, - Помнишь, я - это он.
Лада была уверена, что это такое упорное образное выражение. А потому не приняла слова Рамзеса всерьёз.
- Может ты и причину знаешь, почему он выбрал именно меня? – возмущённая упорством мужа, вопросила Лада.
Рамзес молча взял царицу за руку и силой увёл в её покои.
- Стражу над тобой поставить? - обернулся он к ней, закрывая двери.
- Не надо.
- Обманешь, и я тебе этого не прощу, – Рамзес закрыл за собой дверь.
Послышались удаляющиеся шаги - он ушёл.
Но скоро послышались другие и остановились у её спальни. Муж ей не поверил и поставил у дверей стражника.
А между тем, солнце уже совсем скрылось за горизонтом. Нужно давно быть в храме.
"Скоро позовут к ужину. И тогда не выбраться…" - подумала Лада и на цыпочках подошла к двери.
Стражник не дремал.
- У меня к тебе просьба, - зная, что воин не осведомлён о причине его надзора за ней, тихим голосом обратилась к нему царица. – Раз меня нужно охранять... то мне лучше будет и поужинать у себя... Найди служанку Нуит и скажи ей, чтоб принесла ужин сюда.
Стражник с сомнением поклонился, но всё же покинул пост.
Лада вышла. И, через чёрный ход, почти беспрепятственно, выбралась из дворца.

глава 21.
- Хеб, пожалуйста, расскажи мне всё снова, – Тата уже пару раз выслушала сие повествование, от озадаченного, задумчивого и растерянного мужа. Такого поворота она не могла даже вообразить себе. Да, Лада слыла очень обаятельной, можно было сказать, что она необычна, но... уж сильно асексуальна. Рамзес влюбился в неё, пусть – глазами они были даже похожи. Но, Ра! Что она будет делать?
- Ты всё и так поняла, Тата, – отмахнулся от неё Хеб. Молодая женщина поднялась с низкого бежевого топчана и аккуратно расправила складки широкого платья. - Ра, Рамзес, Лада… - с ума сойти можно! Ты утверждаешь, что именно Ра инициировал перемещение Лады в прошлое? Но почему? Неужели там было плохо? ...Она и так пришельцами грезила. Почему? Ты ответишь мне или нет?!
- Тебя это не должно так волновать, - остановил её Хеб.
- ...Как!? Что же выходит, мы здесь не случайно? - сокрушалась Тата. Хеб не без интереса начал следить за развитием мысли своей половины. - Я здесь потому, что Лада должна была встретиться с Ра… или с божеством Та-Мери? Я... я здесь потому, что просто тогда была рядом с ней?
Хеб отвернулся от жены и задумавшись, отошёл в сторону, оперся о мраморный стол украшенный самоцветами.
- У тебя был шанс вернуться, - резко ответил он и направился к выходу.
- Хеб, Хеб, подожди! ...Прости меня, - опомнилась Тата.
Хеб, не обращая внимания на просьбы любимой, вышел из дому. Тата бежала за ним, изощряясь в извинениях. Вышагивая в гневе, он задел рукою горшок с оранжевыми цветами, которые стояли на перилах и были приготовлены Татой к пересаживанию в новую кадку. Цветочник сильно покачнулся и чуть было не разбился вдребезги. Тата успела его подхватить и стала бережно устанавливать его на место.
Хеб повернулся к ней. Тата молчала.
- ...Не думал, что ты такое скажешь. ...Зачем же ты вернулась?
- Ты прав, прав... я сказала сгоряча.
- Почему ты не подумала, что здесь для того, чтоб встретиться со мной? Почему?
Тата открыла рот, вникнув в эту идею.
- Я сделал всё, чтобы обеспечить тебе хорошую жизнь, - между тем продолжал Хеб. – Я дал тебе влияние, деньги... и заботу! ...Ты хотела домой и я тебе и это устроил, - Тата подалась вперёд, надеясь прекратить его упрёки, - Ты не способна на любовь. ...Вы Обе не способны любить.
- Я способна! Я люблю тебя, - уверила мужа Тата. – И Лада тоже!
- Я больше чем уверен - она встретится с Ра. Она предаст Рамзеса, – положение было на столько неопределённым, что Хеб терялся в желаниях.
- Ладно, бог с ней! Ты считаешь, что я глупая дура, не способная любить?
- Только телом. Но этого мало. Поэтому ты видишь только встречу Лады с Рамзесом и Ра.
- Ты не прав! - воскликнула Тата.
- Почему?
- Ты тоже любишь телом. Разве ты любил меня, когда женился на мне? Разве не надеялся от этого получить выгоду? Ты не лучше меня, что бы судить о моей способности любить! И если... если ты хочешь, если тебе не нужна моя любовь тела, то я предлагаю расстаться! - Тата выдохлась от продолжительной тирады и умолкла.
- ...Я надеюсь, что в нашем браке есть большее... – подумав, ответил Хеб. Он был тронут. Тата всхлипывала, закрыв лицо руками. - Тата, не плач. Я люблю тебя, - сказал он, попытавшись её обнять. Тата не противилась... и он поцеловал её. Сквозь слёзы она тоже несколько раз поцеловала его губы.
- У нас много общего, правда? - заключила она.
- Да... - и Хеб опять поцеловал её.
- ...И что же Лада намерена делать? ...Ты мне не сказал, - утирая глаза, спросила она опять.
- …Она, похоже, не желает встречи с Великим Дингиром. И если она не придёт... – неуверенно ответил Хеб. – Мне нужно идти. Надеюсь, ты хорошо проведёшь время. Если что-то понадобится, пришли служанку в храм.
- А... Ра красив? – не удержалась Тата.
- Я не женщина, чтоб правильно оценить мужчину, - с досадой ответствовал ей муж.
- Так значит, он выглядит как мужчина? И ...никаких отличий? – поспешила вдогонку Тата.
- Отличия есть...
- Какие? - встрепенулась она и вся обратилась в слух.
- ...Я должен идти в храм. Я потом тебе всё расскажу.
А намекнуть? - не желала уняться Тата. Жрец поцеловал свою жену и пошёл вниз по ступеням. - А что сказал Рамзес?! – опять крикнула она мужу в след. Но Хеб, улыбаясь, махнул ей рукой и продолжил свой путь. Тате ничего не оставалось, как вернуться в дом и продолжать терзаться вопросами в неведении.

Храм предстал убранным до блеска, по всему холлу курились тончайшего запаха благовония … Было сумеречно и гулко. Кое-где горели вечные лампы, освещая холлы бело-голубым светом. Видимо все жрецы, на время, покинули храм. Те же кто остались, находились в скрытой его части. Лада не стала никого из них искать, а пошла в центральный зал.
Тихо… В каждом углу горел природный огонь. В центре стоял каменный алтарь, расписанный узорчатой вязью. Он был усыпан лепестками цветов. Лада посмотрела вокруг - зал пуст и это принесло ей радость. Ей подумалось, что теперь она может спокойно уйти, сославшись потом на то, что она приходила, но никого не нашла.
Удовлетворившись таким положением и вовремя нагрянувшему обману, она с замиранием сердца, поспешила уйти. Однако, сделав несколько шагов по направлению к выходу, Лада остановилась. Волна горячего воздуха охватила её со спины. Она оглянулась и громко вскрикнула.
Зал окутало золотисто-жёлтое лучистое сияние, центр которого находился у алтаря. С каждым моментом этот свет устремлялся к центру и вот уже, собравшись, образовал контуры человека. Ещё мгновение и на месте сияния появился Он. Без сомнений, перед ней предстал Великий Ра.
Это был красивый мужчина, очень высокий, хорошо сложённый. Его чёрные волосы спускались далеко ниже плеч и собирались сзади в конский хвост. Он был одет лишь в длинный коричневый калазирис из ткани, похожей на блестящий шёлк. Но более всего Ладу поразили его глаза - миндальные и, совершенно, полностью чёрные... От куда-то Лада его знала. Она абсолютно точно его знала...
Но откуда?.. Она вдруг разом вспомнила те давние сны. Когда-то, она написала о нём статью в журнал… «Боже... какая это была глупость!» - едва на шёпот не сорвалась её мысль. Вспомнив ту глупейшую статью, она сильно зарделась.
- Приветствую тебя, Бастет, – обратился к ней Ра, окинув её взглядом с ног до головы. Лада ничего не могла понять.
- ...Нет, вы ошибаетесь. Я не Бастет. Моё имя - Лада, – поспешила поправить эту ошибку.
- Я знаю, как тебя сейчас зовут, - уверенно продолжил Ра.
- Тогда, почему вы называете меня другим именем?
- Неужели ты совсем ничего не помнишь?.. - вопросом на вопрос ответил Ра. Лада отрицательно покачала головой. - …Ты - моя возлюбленная.
- Нет, – возразила Лада, неуверенно улыбнувшись. – Это не так. Я не могу быть вашей возлюбленной.
- Когда-то, мы были вместе, – Ра снисходительно, но приятно улыбнулся в ответ.
- Мне тридцать лет и я всё помню, что было в моей жизни, - сообщила царица.
- Не всё. И тебе не тридцать лет… - значительно больше.
- Нет, – испугалась Лада и машинально окинула себя взглядом. «Неужели, я выгляжу старше...» - в испуге подумала она.
- Ты прекрасна,- сказал Ра. Лада откровенно испугалась и, вздрогнув, устремила на божество сосредоточенный взгляд. - Я напомню тебе. ...Мы способны продлевать наши годы бесконечно долго... И ты захотела испытать что-то ещё... нечто особенное, имеющее большой смысл. Оставив своё тело на попечение нашим учёным на Сотис, тебе выбрали земную пару. И ты стала их дочерью. По известной только тебе причине, ты убежала далеко в будущее, где мне не легко было опекать тебя. И я перенёс тебя поближе.
Лада слушала внимательно и в её голове то и дело мелькали какие-то далёкие, но очень знакомые образы. Ра не всё сказал, он намеренно что-то скрывал – это была странная уверенность…
- ...А Рамзес?.. – будто очнувшись, неуверенно спросила она.
- Да, Рамзес… - без желания отозвался Ра. - С Рамзесом вышла непростая история, - Ра, наконец, сдвинулся с места и зашёл за алтарь, сбросив рукой нежные розовые лепестки. - …Как ты знаешь, ничто не вечно. Но душа живёт всегда, с каждой новой жизнью воплощаясь в новом теле. В будущем и мне это суждено. ...Но случилось так, что моя душа была непреодолимо привязана к моему творению – Та-Мери. Её неотвратимо привлекло ни в будущее, ни в настоящее, ...а в прошлое, где в это время правил я сам. Моя душа стала новым человеком, а именно Рамзесом. И теперь нас двое - он и я. Одна душа в двух личностях, в одном времени.
Лада не знала что сказать, не в состоянии как-то перечить могущественному пришельцу на этот, по её мнению, абсурд. Она попыталась всё осознать и, главное, поверить этой повести.
- ...Ты хотела уйти, – Ра вдруг перевёл разговор на главную тему.
- Да, - шёпотом ответила она.
- Посмотри на меня, - Ра подошёл к ней и обхватил её ладони. Лада заглянула в его глаза и, вот теперь, она почувствовала то, что чувствовала глядя в глаза своему мужу. Растерянность ещё больше овладела её сознанием. Она отвернулась от взиравшего на неё бога.
- Ты не хочешь меня? - тихо и спокойно спросил он.
- Разве... э-это... имеет значение?
- Имеет. Я не пойду против твоих желаний.
- И это плохо скажется на Рамзесе?
Ра усмехнулся и отпустил её руки.
- Я не стану причинять себе вред, - ответил он.
- Тогда зачем я здесь?..
- Я хотел ...видеть тебя, - казалось Ра не знал, как лучше выразиться словами, а потому ограничился самым простым. Но в этих словах прозвучало столь глубокое чувство... на которое невозможно было что-то возражать. И зал наполнился звенящей тишиной.
Признание в любви самого Ра, для Лады стало делом не простым. Как ни странно, она совсем не боялась его. Не зная что сказать, она посмотрела на алтарь усыпанный цветами и, взглянув тут же на Ра, увидела на его лице улыбку. Она хотела спросить, нужно ли ей лечь на этот алтарь… Но он предупредил её.
- Ты носишь ребёнка Рамзеса. Между нами ничего не будет, – он умолк, резко, словно не желал сказать то, что сказал. - ...Кроме этого.
Ра, одним движением, привлёк к себе царицу и крепко прижал к себе её живот. Тут же, Лада почувствовала томную негу и расслабленность, которая уносила её куда-то очень-очень далеко. Она, как в тумане, наклонила голову чтобы посмотреть, что происходит между ним и ею… И увидела розовый сияющий свет, окутывавший её бёдра и сливавшийся с телом Ра... Ноги её обмякли, глаза закрылись и Лада погрузилась в пленительный, приятный сон.

глава 22.

Когда царица очнулась и приоткрыла глаза, приятное ощущение ещё наполняло тело, но от прохлады камней она всё быстрее приходила в чувство. Лада приподнялась и поняла, что лежит на том самом алтаре с лепестками. Вокруг не видно ни души.
Окончательно придя в себя, она спустилась на пол, при том сбросив часть лепестков, и постаралась как можно быстрее и незамеченной скрыться.
В храме ничего не изменилось, всё так же курились благовония в чисто прибранных комнатах, приятный полумрак и такая тишина, что её шаги довольно звонко шуршали, пока она не оказалась на улице. Даже оставшиеся служки, а они должны были быть где-то поблизости, не давали о себе знать. Как и жрец-сау, никогда не покидавший храм. Должно быть прошло совсем не много времени с того приятного момента, когда она погрузилась в сон. Луна сегодня была необычайна и занимала собой невероятно огромную часть неба.
«Ещё не так поздно, - подумала она. - Возможно, Рамзес не заметил моего отсутствия...»
Предположение отдавало наивностью, но очень хотелось в это верить. Уверенность ещё более слабела по мере того, как бежало время, пока царица возвращалась во дворец.
С этой уверенно покидающей надеждой, она подошла к своим покоям. Стражника у дверей не оказалось. Нет сомнений - её обман раскрыт. Собравшись с духом, она легонько подтолкнула дверь и вошла...
Рамзес ждал.
Он вольно сидел на кресле, подперев рукой голову. Его закрытые глаза и складка между бровей говорили о том, что он всё это время сосредоточенно размышлял. Фараон открыл глаза и посмотрел на жену так, что она невольно пошатнулась. Царице захотелось вот сейчас же убежать и спрятаться далеко и на долго. Лишь бы не объясняться с любимым.
Понимая, какая это глупейшая выходка, она, в итоге, тихо прикрыла за собой дверь и остановилась, в нерешительности глядя на неподвижно сидящего Рамзеса. Это было невыносимо. Лада бросилась к его ногам и обняла.
Пошли секунды, а Лада по-прежнему стояла на коленях, обнимая мужа. Он не отстранял её и ничего не предпринимал.
-Ты помнишь, что я тебе говорил? - наконец спросил он.
- Помню. Да, - прошептала Лада, отпуская мужа из объятий. - Но всё было не так, как ты думаешь. Между мной и Ра не было близости. Мы только говорили... Без моего желания он... И тебе он вреда не причинит. И ещё, я Его вспомнила! Когда я была в своём времени… Он приходил ко мне… в странных снах. Я узнала Его. ...О, Рамзес, можешь ли ты понять, что я чувствую сейчас? - Лада поднялась на ноги и отошла в сторону заламывая руки. Рамзес внимательно её слушал, следя за ней взглядом.
- Ты меня обманула, – будто её объяснения не были интересны, сказал фараон.
- Да... – опомнившись, виновато согласилась она. И Рамзес поднялся с кресла в намерении уйти.
- Я жду ребёнка... от тебя, – выпалила Лада, стараясь удержать мужа. - В нём, я уверена, будет ваша общая сила.
- Меня было мало? - не отрываясь от двери, сказал Рамзес и не услышав ответа, открыл её. Какое-то отчаяние охватило Ладу и она схватила мужа за руку.
- О, нет-нет... не уходи! - взмолилась царица. Но он только свысока посмотрел на неё. Лада отпустила его и, отойдя назад, упала ниц на постель — расплакалась. - Я игрушка в ваших руках... - сквозь слёзы сказала она. - И ты и он... пользуетесь мною, – чувствуя всю унизительность своего положения, она поднялась с постели и выбежала прочь из комнаты, едва не зацепив неприступного Рамзеса.
Лада прибежала в садик. К своему любимому фонтану. Ночь была в самом разгаре. Дав волю чувствам, она проплакала до утра. Она не представляла, что теперь ей делать дальше...
Выплакав всё что можно, женщина наклонилась к воде и умылась. Ей значительно полегчало. Сознание прояснилось и она даже почувствовала некое безразличие к выводам своего мужа...
Рамзес переживал не меньше. Он прекрасно осознавал, что на самом деле, и он и Ра воспользовались ею ради своих целей. Но так же понимал и то, что Лада всё же пошла против него.
«И её заявление о том, что она Его знает. Они связаны давно… Самое подлое то, что Ра никогда бы не потребовал её для себя, если бы она была лишь человеком. …А теперь ему всё равно, когда он разбивает мою жизнь», - мучительно осознавал Рамзес.
Обойдя несколько комнат и не найдя там возлюбленную, он пришёл в сад. Видя как горько плачет там Лада, он не посмел подойти к ней и прождал неподалёку до самого рассвета.
Только после того, как Лада умылась и успокоилась, Рамзес решился выйти к ней.
- Прости меня, - теперь уже он опустился у её ног. - ...Я так ...сильно …тебя люблю, - Лада спокойно поцеловала его в щёку. Солнце уже поднималось из-за горизонта. - Позволь, я отнесу тебя в твои покои, – предложил Рамзес. Лада согласилась.
Служанка уже проснулась и испугалась, когда Рамзес внёс её хозяку с розовым лицом от слёз и положил на постель.
- Я хочу принять ванну, - обратилась она к Нуит.
Нуит смотрела на господина, вопрошая всем видом, так ли нужно поступить? Он согласно кивнул ей и девушка бросилась исполнять приказание.
Рамзес сел рядом с ещё недавно отвергаемой им отступницей и прикоснулся к её губам. Лада ответила взаимностью, но не более того.
- Иди к себе, уже утро, - проводя рукой по груди мужа, сказала она.
- Ты простила меня?
- Да, - улыбнулась она в ответ.
Рамзес ещё раз поцеловал её и ушёл к себе. Отдыхать ему уже было некогда.

глава 23.
Проснулась царица уже далеко за полдень. Комната наливалась солнечным светом, а розы благоухали всё тем же ароматом. Но что-то изменилось.
Гдё-то со двора доносились шум и голоса множества мужчин... Лада поспешно поднялась и выглянула в окно.
Во внутреннем дворе группами стояли настоящие солдаты и что-то оживлённо обсуждали. Такого она ещё никогда не видела. Нет, конечно она знала, что в Та-Мери есть армия, но никогда ею не интересовалась и понятия не имела, как выглядят египетские воины.
Все мужчины были одеты в коричневые комбинезоны. У каждого на груди была большая золотая эмблема в виде раскрытых крыльев птицы, которая, вполне могла бы выполнять и роль щита. Точно такой же золотой пояс широко обтягивал их торсы. Закрытая удобная обувь, которую не носили в Та-Мери повседневно. На запястьях золотые же наручи. В руках каждый держал нечто, похожее на посох-копьё. Но это было куда более сильное оружие. То и дело они регулировали эти копья и из их наконечников вылетали синие электрические искры, вырывались некие огненные сгустки...
- Синг-нгига... и у каждого шарур!.. Что всё это значит? - Лада поспешно оделась и спустилась вниз.
Во дворце движение было не меньшее. В большом приёмном зале она нашла Рамзеса. Он ни чем не отличался от своих солдат, за исключением шлема Ра, который лежал на лазуритовом троне.
Тут был жрец в своей неизменной одежде и, видимо, рэддем - командующие войсками – каждый в золотом шлеме с непонятными ей знаками.
- Что случилось, лалум?.. – встревоженно глядя по сторонам, спросила Лада, приблизившись к мужу.
- Атланты. Им нужна новая территория.
- Что? Зачем?
- Их земля уходит под воду. Они стремятся завоевать новые места для своей жизни. Подданными быть не хотят, - кратко пояснил Рамзес. – Поэтому война для них - самый приемлемы выход.
- Но мы же можем им противостоять?
- Можем. Но они сильнее... - Рамзес озадаченно вздохнул. - ...Собирайся и иди в храм, к Хебу. Пока будешь жить там.
- Рамзес... Нужно попросить помощи у Ра! – Лада не на шутку испугалась, - Война – это ужасно!
- Собирайся, – фараон не стал слушать и пошёл к группе рэддемов, ожидавших его в стороне. Лада последовала его приказу, но развернувшись тут же, подбежала к нему и с надеждой спросила.
- Ра знает?
- Разумеется. Иди.

Царица и молодая жена верховного жреца с её маленьким сыном, который родился несколько дней назад, теперь жили в храме. Как узнала Тата со слов Хеба, это нужно для того, что если им будет грозить неминуемая опасность, то они смогут воспользоваться порталом, переместившись на время в безопасное место.
Уже неделю шли бои. Армия атлантов оказалась подготовленной и особо оснащённой. Та-Мерийцы терпели постоянные потери...
По городу с мягким гулом то и дело сновали машины. Они были всё же не привычны для восприятия Лады. Эта техника по виду отдалённо походила на оранжевые надувные лодки, прочные, с прозрачной округлой кабиной. По городу они перемещались всегда медленно, паря будто на упругом воздухе в полуметре от земли. Но за городом они подымались очень высоко и набирали огромные скорости.
Лечебницы наполнили раненные. Многие жрецы немедля ушли на помощь лекарям. Лада не смогла оставаться в стороне и присоединившись к ним, много времени теперь посвящала уходу за пострадавшими.
В город стекались беженцы из деревень, оказавшихся близко от мест сражений. Их размещали на торговых площадях города, вместе с приведённой ими живностью.
Почти непрестанный гул и взрывы доносились далеко из-за окраин. Неведомые лучи и вспышки освещали даже дневное небо.
Иногда пролетали изящные самолёты, что давало надежду на защиту со стороны Ра. Но Великий Дингир ничего не предпринимал, об этом они знали со слов Рамзеса, который пару раз навещал их.
Если Хеб был в городе постоянно, то Рамзес почти не покидал поля боя. Это очень тревожило Ладу и держало её в постоянном напряжении.

Царица только что отвела Менкаура обратно к жрецам и вернулась в комнату к Тате.
Молодая мать неотлучно сидела с младенцем, совершенно не желая выходить из храма. Больше всего на свете она теперь боялась, что пострадает её малыш Хенсу.
- Если их территорию затопляет море... это же, наверное, глобальный процесс, Тата... - присаживаясь напротив, рассудила Лада.
- Нет, - отозвалась подруга, - Хеб говорит, что они там что-то взорвали и вызвали раскол острова...
- Агрессивные создания!
- Почему Ра медлит? – необычно взвизгнула Тата.
- Я не знаю… Это довольно странно... не защищать свой народ. Я так надеялась, что он поможет и всё быстро закончится. Но, чем дальше, тем больше я сомневаюсь… Почему он так поступает?! – Ладу опять обуял страх и она закрыла лицо руками, вытирая слёзы.
- Хеб мне сказал... - через минуту, еле слышно продолжила Тата, - что ты отказала Ра, – Тата повернулась к подруге и Лада увидела упрёк в её глазах.
- Так ты... знаешь... - щёки царицы порозовели.
- О том, что Ра возжелал тебя, а ты не смогла... - Тата осеклась и отвернулась от неё. - Да, я знаю.
- Так ты самого главного не знаешь! - возмутилась Лада.
- Чего же я не знаю?.. - Саркастично произнесла Тата. Но тут, где-то вдали, прогремел взрыв.
- Ах, не важно... конечно, ты всё про меня знаешь. - Лада встала и, подойдя к окну, стала смотреть на багряно-золотое зарево заходящего солнца. Не выдержав затянувшегося напряжённого молчания, она вышла из комнаты и стала бесцельно бродить по залам храма.
В раздумьях - от чего же Ра не помогает - Лада забрела в зал, где совсем недавно он её встречал и, подойдя к алтарю, задумалась о своём отказе создателю Египта. Мелькнула мысль, что это из-за неё Ра не стремится на помощь своему народу. Что Тата права… Возмутительная мысль, но что если виновата она?..
От этих её размышлений отвлекли звуки шагов приближающихся к залу и она поспешила его покинуть. Но у дверей она почти столкнулась с Хебом. За ним возвышался Ра.
Разинув от неожиданности рот, Лада остановилась как вкопанная. Всё что она хотела бы спросить и сказать ему - разом улетучилось. Хеб прошёл мимо. Ра прошествовал следом, наградив царицу полным проницательности взглядом совершенно чёрных глаз.
Нет, теперь Лада не могла просто так уйти. Ра здесь и она должна с ним поговорить, обязана... Она спряталась за угол и стала ждать.
Ждать пришлось не долго. Скоро Ра вышел из зала и направился по направлению той части, где, как она знала, находилась комната трансгрессий. Лада так и не решилась догнать его. А потом, вернулась в их с Татой комнату.
Малыш спал. Тата сидела рядом и неподвижно смотрела на противоположную стену. Лада молча села на свою постель.
- Ра здесь... - сказала она. – Я видела его сейчас.
Тата с надеждой взглянула на неё, но Лада не продолжила беседу. Подруга вздохнула и вновь стала рассматривать стену, пока к ним не вошёл Хеб. Он сразу присел рядом с сыном, ласково поцеловав спящее дитя.
- Лада говорит... Ра был здесь... - неуверенно обратилась Тата к мужу. – Почему он ничего не предпринимает?
- Тата, там, среди богов, серьёзные баталии... - ответил Хеб и многозначительно посмотрел на Ладу.
Хеб уже знал про неё и Бастет, но Лада совершенно ничего не помнила из той жизни, а потому его слова не произвели на неё должного эффекта.
- А что же мы? – возмущённо спросила она.
- Ра готов помочь. ...Скоро всё станет как прежде, - Хеб встал, поцеловался с Татой и опять ушёл.
Да, конечно же, Ра, видя такое положение вещей, тянуть не стал. Уже на следующий день его авиация сделала всего один марш над армией противника на лучезарных малых кораблях. Это кардинально ослабило силы противника и скоро война окончилась.

@темы: "Атум".20-23

23:42 

"Атум".(16-19)

Глава 16.
Пошло три месяца с тех неприятных событий. Рамзес полностью поправился. Ладе не на что было жаловаться - внимательный муж, заботливый отец. ...Ни разу не был замечен у наложниц. Но и в своих покоях Лада его так же не замечала. В общем, это было объяснимо и, в целом, устраивало прохладную Ладу.
Рамзес много времени проводил в храме, который, как известно, являлся лишь отправной точкой в его перемещениях. А когда от богов был получен план строительства собакоголового Сфинкса с неким хранилищем, то совсем редко стал появляться во дворце.
Всё чаще Лада вспоминала родных и свою единственную подругу, задаваясь нерешаемым вопросом – правильно ли она поступила. Справедливость восторжествовала и жаловаться было не на что, но… она по прежнему чувствовала себя невероятно одинокой. Не редко посещали депрессии, пора было с ними начинать бороться.
Прошел ещё месяц, а Рамзес всё так же казался отстранённым от неё. И Лада решила разобраться, что же беспокоит его и помочь, если сможет. Однако, на разговоры он не шёл. Это могло объясняться усталостью, что Рамзес и делал, ведь со строительных работ он приходил не лучше самих рабочих. А потому, Лада решила избрать более простой путь. Впрочем, она давно думала об этом.
Вечером, убедившись что муж свободен и уединён, она приняла ванну из цветочного отвара и, легко одевшись, отправилась к нему.
Рамзес уже лежал в постели, но ещё не спал. За занавесями, окружавшими ложе, виднелся его силуэт. Лада неслышно подошла и отодвинула полог. От её неожиданного появления, Рамзес вздрогнул и привстал. Что-то смешное было в этом движении — словно невинная девушка в первую брачную ночь. Лада готова была рассмеяться от этого. Но он не сводил с неё глаз и молчал.
Видя его нерешительность, она вскинула руками волосы. Несомненно, Рамзес был в этом заинтересован… Спустив платье с плеч, она стала опускать его всё ниже и ниже… Глаза Рамзеса заблестели как чёрная звёздная ночь. Когда платье, мягкой волной упало на пол, Лада опустилась на постель и легла рядом, приобняв напряжённого мужа.
- Я не нужна тебе? - вкрадчиво спросила она.
- Как ты можешь быть не нужна мне? …Я …люблю тебя, - тихо ответил он, разглядывая её лицо над собою, ощущая нежные пальцы, скользнувшие по его груди.
- Тогда почему ты больше не приходишь ко мне, о лалум?.. – Лада прикоснулась губами к его животу, вызвав спазм сильных мышц.
- ...Я принёс тебе столько страданий, – нерешительно сказал он. - А ты...
- Рамзес, - остановила его Лада и открыто улыбнулась, - ты боишься оскорбить меня своим желанием?
- После того что было - да.
- Но ты был не виноват и боролся сам с собой. Мне это приятно, – Лада прикоснулась губами к его плечу.
- …Что скажет наш сын, если узнает о произошедшем, когда станет взрослым? – сжимая простынь, сдерживая порыв желания, проговорил Рамзес.
- Если он об этом узнает, - рассмеялась Лада, - то только то, что отец так любил его, что не оставил, проявив даже такие пороки. Однако, он не узнает. Разве кто-то тут считает поход к наложницам недостойным делом? - она поцеловала его губы и скользнула пальцами вниз его живота. По телу Рамзеса разливался неудержимый огонь, и он крепко прижал Ладу к себе не желая больше бороться с её игрой.
Расшитые занавески на окнах всколыхнулись, порыв ветерка наполнил комнату ароматом диких роз, растущих в изобилии неподалёку. Гигантская полная Луна заливала белым светом ночное небо, и полуночные птицы чередовали свои нескладные вскрики с таинственными вздохами павлинов.

В этот же вечер, Эвен Храма Единого Бога, занимался своими обычными делами.
Солнце садилось за горизонт, освещая небо багровым заревом.
" Атум... - думал Хеб, смотря из окна храма, – наступает скрытая часть суток".
Сегодня он решил остаться здесь на ночь, что бы свериться с движением планет и сделать некоторые расчёты.
Он поднялся в обсерваторию и опять остановился у окна. Зарево ещё не погасло и придавало пейзажу неземную таинственность. Что-то вспыхнуло золотом и на фоне вечерней зари появился сверкающий диск богов.
Очень быстро диск спустился недалеко от пирамиды на берегу спокойного сейчас моря.
Жрец не ожидал их появления. До сих пор боги заранее сообщали о своём прибытии. А потому Хеб, как можно быстрее, спустился вниз и отправился к месту посадки, дабы вовремя засвидетельствовать своё почтение.
Но не успел он выйти из города, как диск поднялся в небо и тут же исчез. Минуту постояв в недоумении, жрец повернул назад.
- Хеб! - услышал он издали знакомый голос и взволнованно обернулся, не веря своим ушам.
Женщина неслась ему навстречу. Её короткие каштановые волосы растрепались на ветру. Она высоко подняла подол своего платья, чтобы легче было бежать, обнажив свои красивые белые ноги. И этой женщиной была Тата.
- Хеб!
Он бросился ей навстречу. Да, это была она. Оторвав Тату от земли, Хеб в восторге закружил её, сжимая в объятиях.
- Ты вернулась!
- Да, теперь я буду жить с тобой. Я вернулась! – и Тата опять повисла на его груди.
- ...Но, как узнали боги? Ты им сказала, что хочешь вернуться? И они согласились?- не верил себе Хеб. Боги вот так, запросто согласились… После того, как долго не желали выполнить просьбу о возвращении в их время Лады и его жены…
- Пойдём домой, я всё тебе расскажу, - Тата с удовольствием произнесла это слово — "домой", - и крепко поцеловала мужа.

Утром, после бурной ночи, Тата поспешила во дворец, чтобы ошарашить своим появлением любимую подругу.
Лада ещё спала у себя. На заре, проверив малыша, она опять заснула.
Но Тата беспрепятственно пробралась к ней. Улёгшись рядом, она стала смиренно дожидаться, когда царица проснётся. Лада проснулась довольно скоро и тут же удивлённо вскрикнула.
Тата чинно встала с постели и совершила поясной поклон.
- Но… как? – начиная соображать, Лада восторженно подскочила к Тате и сильно обняла подругу.
- Всё было просто, – успокоила её Тата.
- Но, ты была там? В нашем времени? - голос Лады дрогнул, она плавно опустилась на постель.
- Была.
- И... как наши родные?
- Теперь, всё в порядке. Трудно было всё объяснить. Мудрено - в такое поверить… Но фотографии сыграли решающую роль. И то, что я пригласила своих и твоих родителей посмотреть, как я улетаю. Я думаю что вид инопланетного корабля всех убедил основательно. Только это придаст им друге волнение...
- Слава Богу! Пусть. Это уже не то беспокойство. Я так рада! Тата... и я так рада, что ты вернулась, - Лада опять бросилась ей на шею.
- Ты стала более свободной… раскрепощённой, я бы сказала, - удивилась Тата.
- Ну давай же, рассказывай! – взмолилась царица.
- Да, хорошо, я расскажу тебе как всё было в корабле, - вдохновилась Тата, когда прошёл порыв нежности. - В диске я никого не видела, но меня сопровождал чей-то голос. Этот голос предложил мне лечь в подобие кресла. Когда я это сделала, я поняла, что мы поднимаемся. Но только поняла, по слабому нарастающему гулу. Больше я ничего не чувствовала… Дальше я ничего не помню. Только слабый убывающий гул, немного другой. И голос сообщил, что полёт завершён. ...Но если я захочу вернуться, то через сто пятьдесят дней, на заходе солнца, я должна быть на этом же месте. ...И вот, я здесь.
- А Хеб? Он уже видел тебя? Мне кажется, он очень тосковал по тебе...
- Угу... Он не отпускал меня всю ночь... – кокетливо молвила Тата. Лада опять обняла подругу.
- Постой, у меня для тебя кое-что есть, – вспомнила Тата и полезла в свою изящную сумочку. – Вот, возьми. Ответный презент.
Она вручила Ладе её сотовый телефон. Тот, что она отдала ей, с фотографиями для родителей. Лада, со слегка заметным страхом, приняла подарок. Руки её от волнения задрожали.
- Чего ты боишься? – удивилась Тата, – Там новые фотографии и все хорошие, – успокоила она её.
- Да… - включая функцию с фотографиями, благодарно ответила Лада, – Это очень хороший подарок.
Подруга понимающе улыбнулась ей и придвинулась поближе, чтобы вместе смотреть эти фото.
- Кто бы мог подумать, что мы окажемся в такой истории? – когда снимки закончились, сказала Лада.
- Что меня ещё может удивить? – согласилась путешественница.
День уже был в полном разгаре и подруги решили провести его вместе. Поговорить было о чём.

глава 17.

Север и Юг спешат к тебе с почитаньем
и посылают весть о твоем приходе
на небосклон, где ты бирюзовым светом
Обе Земли торжественно озаряешь.
(«Гимн-восхваление Pa».)

Слава тебе, Осирис, Бог
Вечности, царь богов,
чьим именам числа нет, чьи
воплощенья святы.
Ты — сокровенный образ
в храмах; душа-двойник
будет всегда священной для
приходящих смертных.
(«Гимн Осирису».)

Во дворце торжество в честь принца Менкаура – блистательный пир в честь его пятилетия. И это было бы не так примечательно, если бы не ещё один повод.
Чтобы определить наследника, жрецы должны были отправиться искать мальчиков, которые способны, сознательно или нет, выделять из себя энергетических двойников. Таков был закон. Эти мальчики, от восьми до пяти лет могли принадлежать к любому сословию. В течение пятнадцати лет они находились почти в полном уединении в храме Единого Бога, где изучали науки. По истечении этого времени, самый сильный из них, мог, в дальнейшем, занять место фараона или верховного жреца.
Но существующие до этого династии фараонов и жрецов были сильны, ведя своё происхождение от богов. А потому сами имели представителей, обладающих нужными качествами. Если в семье фараона рождался мальчик с такими качествами, а это случалось неизменно, то уже никто не мог оспаривать его право на наследование царства. Если только в царской семье не было ещё мальчиков, равных по возрасту и имеющих активных, тонкоматериальных двойников. Тогда, по истечению времени, просто выбирали лучшего.
Так было с Рамзесом и Хебом. Они являлись двоюродными братьями, с разницей в один год. Но, единственными, со способностями, хотя были и другие братья. В итоге, состоялось полюбовное решение. Поскольку Рамзес являлся единственным сыном фараона, то он и был назначен на наследование царства. Хеб же стал верховным жрецом и вторым по значению в Та-Мери.
Сейчас принцу Менкаура, единственному сыну Рамзеса и Лады, исполнилось пять лет. Более того, никто больше из погодок, на этот момент, не обладал нужными для обучения качествам - не имелось соперников. Это истолковывалось народом как прямое указание воли Бога - никто в этом не сомневался.
Был поздний вечер, но праздник ещё не заканчивался. Лада сочувственно взглянула на заметно погрустневшего сына. Она отлично знала, что не только усталость виной его печали, но, главное - расставание с матерью. Поблагодарив гостей за присутствие на торжестве и извинившись за то, что должна покинуть их, она отправилась с Менкаурай в его покои.
- Почему я должен покинуть вас и уединиться на много лет? - пожаловался Менкаура, не скрывая своего расстройства. В покоях они были одни и теперь он чуть ли не плакал.
- Мой дорогой, - обняла сына Лада, - жрецы считают, что так ты сможешь лучше усвоить науки. Это очень древняя традиция. Так делали все фараоны. И твой отец, и Хеб, – Лада переживала не меньше. Но таков был закон, его установили боги. Если она воспротивится, то жрецы станут искать другого претендента, из более низкого сословия.
- Его нельзя изменить? – всхлипнул мальчик.
- Нет. Но я что-нибудь придумаю. Я договорюсь с Хебом. Мы будем часто видеться, – Лада уложила сына в постель и прилегла рядом. Нежно погладила наголо стриженую голову сына и поцеловала его, - Ты не должен переживать. Ты должен гордиться тем, что в будущем займёшь трон фараона Та-Мери и станешь властвовать над всей этой землёй. Тебе будут поклоняться. Ради этого можно потерпеть пятнадцать лет. А это время ты посвятишь изучению наук, ремёсел и воинского дела. На тебе лежит большая ответственность, теперь и в будущем. Ты знаешь об этом?
- Да, я знаю, - тихо произнёс мальчик. Слова матери вдохновили его. Слёз уже не было. Наоборот, детское личико выражало гордость за себя и свой род. Его взгляд, которым он посмотрел на Ладу, приобрёл решительность.
- И ты не будешь больше скучать? – Лада потрепала сына за подбородок.
- Нет, – чуть смутившись, ответил ребёнок.
- И даже тосковать?
- Ну, разве что чуточку... – Менкаура, улыбаясь, показал на пальцах, прищурив один глаз, сколько значит "чуточку". Лада радостно поцеловала его в щёку.
- Не забывай, если обманешь меня - я всё почувствую и обижусь на тебя.
- Но ты, всё-таки, останься сегодня со мной...
- Конечно. Теперь, засыпай, - Лада укрыла его одеялом и удобней улеглась рядом.
- И не забудь, ты должна навещать меня часто, – напомнил мальчик.
- Не сомневайся, - прошептала Лада и обняла сына.
Утром, фараон, царица и верховный жрец, в окружении свиты, отправились в храм. Принц был передан на попечение жрецам-эвенам, которые торжественно обязались обучать и заботиться о нём - о единственном наследнике, данном богами.
Лада исполнила обещанное сыну и договорилась с Хебом о возможности бывать у сына. Верховный жрец оказался более чем благосклонен и ко всему прочему, согласился каждые три месяца, на десять дней отпускать принца во дворец.
Вечером, отдыхая в уединении после торжества, в открытой комнате с прудом, Лада радостно рассказала об этом мужу. Только он не удивился, чем не мало озадачил её.
- Подобная привилегия, в прошлом, предоставлялась и мне с Хебом. Вполовину реже, но ничего удивительного… - спокойно сообщил Рамзес, укладываясь на софе.
- Ну почему ты мне об этом не сообщил!? - растрогалась Лада, - Я так переживала! А бедный мальчик...
- С Менкаурой будет всё в порядке... Ему это полезно, – не растрогался фараон. Он потянулся за фруктами, лежавшими рядом в золотой чаше.
- Что полезно - переживания? - Лада забрала у него всё, что он себе только что выбрал и, положила обратно в вазу, – Ответь, что мальчику полезно?
- Осознание. Что он не может постоянно крутиться под ногами мамочки.
- Рамзес! – негодовала Лада, – Ты мог бы сообщить, что с мальчиком мы можем видеться, …довольно часто.
- ...Прости. Я... не сообразил, что нужно сообщить. Забыл.
Лада, насупившись, уселась на укрытый лиловым шёлком диван и приказала служанке принести ей чаю. Она намеревалась серьёзно поговорить с мужем обо всех законах и их нюансах.

глава 18.

Прошли дни.
Переживания в связи с разлукой улеглись. Лада и Рамзес часто навещали Менкаура и мальчик уже привыкал к такому образу жизни.
Царица проснулась в хорошем настроении. Она оделась и пошла в покои мужа. Его в спальне не оказалось. Более того, постель была не тронута.
"У наложниц..." - осенила её мысль и она почувствовала щемящую досадную обиду. Тихо прикрыв за собой дверь, она вернулась обратно к себе. Позвала служанку и приказала приготовить ей прохладную ванну.
- Госпожа, - приготовляя всё необходимое, заговорила служанка, - на заре приходил посыльный от жены верховного жреца. Госпожа Тата просила вас прийти сегодня к ней.
- Спасибо, Нуит. …Это хорошая идея, – безынициативно проговорила царица.
В последнее время, Ладе, во дворце, совсем стало нечем заняться. Рамзеса целыми днями не было, он полностью был занят строительством. Она только и ждала вечера, чтобы пройтись до храма и, возможно, лишний раз свидеться с сыном. Скоро у неё появилась идея – изучить библиотеку, которая находилась в храме Единого Бога. Было бы здорово, если б верховный жрец разрешил воспользоваться ею.
Приняв ванну, Лада сразу отправилась в дом верховного жреца. Приглашение подруги оказалось очень кстати.
- Госпожа, я должна что-то сообщить господину, если он вернётся раньше? – вежливо поинтересовалась Нуит.
- Сообщить? – переспросила, раздумывая царица, – Нет… Пожалуй, нет.
«Не служанка, что б отчитываться», - додумала она.

Тата заметила подругу ещё из далека. И сразу выбежала ей навстречу.
Тут же стало очевидно, что произошло нечто хорошее - Тата просто сияла от радости.
- Получила моё послание! - Тата обняла подругу.
- Привет! ...Ну, что случилось?
- Давай, зайдём внутрь. И я всё расскажу, – Тата взяла Ладу за руку и повела за собой. Они вошли в залу и уселись на небольшой, низкий, круглый диванчик. Лада приготовилась слушать. - Я... жду... ребёнка! - сжав Ладе ладони, воскликнула Тата.
- Неужели? - ахнула царица.
Пять лет Тата жила с Хебом и за это время не было и намёка на беременность. Тата очень переживала из-за такой досадной и важной детали их семейной жизни. И уже сомневалась в своей способности хоть однажды родить наследника.
- Да. Я уверена, что беременна. Хеб это подтвердил, …по пульсу, - Тата показала руку, где именно Хеб слушал. - Я на третьем месяце.
- Уже третий месяц? ...И ничего мне не говорила, – улыбаясь, сказала Лада.
- Я сомневалась. Вдруг ошибаюсь?
- О, я так рада за тебя!
Проговорив до обеда, Лада всё ж решила, что пора уже возвращаться во дворец.
- Ты ещё придёшь ко мне?
- Буду приходить к тебе теперь часто, – заверила Лада. - Но прежде, я хочу поговорить с Хебом. ...Об одном деле, - вспомнила она.
- Что за дело?
- Я потом тебе всё расскажу.
- Вот, он идёт... - посмотрев в окно и увидев мужа, Тата указала на него.
Лада выбежала на улицу и догнала жреца. Он поприветствовал её, всем своим видом показав, что царице не пристойно бегать как девочке. Но Ладе было до этого всё равно.
- Хеб, я хочу просить тебя...
- Постараюсь исполнить, – ответил Хеб, чем напомнил царице джинна.
- Ты знаешь, я теперь веду праздную жизнь... – миндальный хем-нечер не сдержал смешок, - Может ли царица заняться изучением библиотечных книг? – заметив эту усмешку, задорно спросила Лада.
Показалось, что жрец растерялся.
- Я не могу… дать ответ сейчас. Там есть очень важные записи, не всем доступные... – Лада смотрела на него с недоверием, - Это серьёзно. Мне придётся поговорить с нашим богом Ра.
- Хорошо… - с надеждой ответила Лада. - Если это такая ценность… А ты не хитришь?
- Никогда, – заверил её Хеб.
- Извини, – виновато попросила Лада, – Я только подумала, что странно… ну, что у Ра нужно спрашивать…
- Это правило, – коротко ответил жрец, с явным нежеланием что-либо ещё пояснять. Видимо, не зная как смягчить своё резкое оправдание, Хеб, поклонившись, распрощался с подругой жены и предложил ей, прямо сейчас, навестить сына. Что она с радостью и сделала.
У входа во дворец Ладу предусмотрительно встретила услужливая служанка Нуит и сообщила, что фараон сердит на неё и приказал прийти к нему сразу, как она покажется на пороге. Не вдаваясь в подробности, Лада так и поступила - памятным было утро.
- Ты отсутствовала целый день! - как и обещала Нуит, Рамзес был недоволен, - Где ты была?! – Он встретил её посреди своей излюбленной комнаты, подперев бока руками.
- Мне запрещено выходить? – Лада за эти годы осмелела и не любила, когда ею начинал командовать кто бы то ни был. Перестала терпеть любые посягательства на свою свободу, что пошло ей только на пользу.
- Не запрещено, – сбавив тон, ответил Рамзес. - Но я, фараон - твой муж. И ты обязана ставить меня в известность о своих намерениях! Если ты не понимаешь этого, то, по крайней мере, пойми слово "обязана".
- Ну, хорошо. Я обязана и знаю об этом. И я собиралась тебе сообщить. Пришла утром, но тебя не нашла… - невинно объяснилась Лада.
- ...Ты была у Хеба? - будто не заметив её претензию, продолжил Рамзес.
- Да, я была у Таты, – просто ответила Лада, – Утром она пригласила меня к себе. У неё есть прекрасная новость. Тата ждёт ребёнка.
- Тата ждёт ребёнка? – Рамзес очень удивился, - О, Хеб, наверное, рад. Он давно хотел, что б это случилось.
- Да, – добродушно подтвердила жена. - И ещё, я говорила с Хебом... о библиотеке в храме Единого Бога. Я хочу прочесть те книги.
- Зачем это тебе? – как-то незадачливо выдал Рамзес.
- Мне всё интересно, – Лада не смогла сдержать удивлённый вид, – Вы что, сговорились? Я прошу позволить мне читать книги, а не научить меня пользоваться порталами!
- ...Что сказал Хеб? – Рамзес, похоже, не обратил внимания на её пояснение.
- Поговорит об этом с Ра, – Лада внимательно следила за мужем. - Как думаешь, Ра согласится? – намеренно спросила она, - Я думаю, он обязан согласиться.
Поговорит с Ра? Спросит у него? - обеспокоился фараон, - ...Это можно решить и так! – по прежнему, думая о чём-то своём, вспылил Рамзес.
И я о том же! - усмехнулась Лада.
Я поговорю с этим глупым эвеном...
- Я не должна читать там? – преградив путь замаячившему по комнате мужу, ещё больше заинтересовалась Лада, - О чём таком неожиданном я могу узнать?
Рамзес нервно взглянул на неё, но отвечать не стал. По всему было видно, что решение Хеба поговорить о ней с богом Ра, не вселило в него никакой радости. Напротив, становилось совершенно ясно, что библиотека тут вовсе не при чём…
- Даже не представляешь… - ответил ей муж и посмотрел на неё так, будто не знал утвердительно или вопросительно закончить предложение.
Пригласили к трапезе. Лада за день ничего не ела и кушанья так вдохновили её, что она решила пока ни о чём не думать и вдоволь насладиться этой насущной радостью. Рамзес, напротив, ел мало — весь ужин прибывая в задумчивости.
Когда вышли из-за стола, Лада всё же не преминула возобновить недавнюю беседу. А потому, побежала по холлу вслед за мужем, который явно не желал ни о чём больше говорить. Настигнуть его удалось только в той комнате, в которой говорили прежде.
Лада решительно уселась в кресло мужа, тем самым демонстрируя, что не уйдёт, пока не наговорится.
- Что ты знаешь о системе Сотис? – неожиданно спросил он и оперся на ручки кресла, в котором сидела жена.
- А… Сотис, это, наверное, Сириус? – неуверенно спросила Лада и, видя отсутствие желаемой реакции, добавила, – Созвездие Анубиса, а… - Малого пса?
- Да, - пристально смотря на неё, подтвердил Рамзес. - Ааху-шета-т Аст-Анпу.
- …Почти ничего. Только то, что читала. А это мало, – честно призналась Лада. Минуту помедлив, Рамзес резко выпрямился.
- Я иду спать, – заключил он. – Устал. С этими словами Рамзес скрылся за дверью, оставив Ладу сидеть в одиночестве.
«Просто невидаль какая-то…» - вздохнула Лада и тоже пошла к себе.

глава 19.
Через день после раздумий Рамзес пригласил к себе Верховного Жреца.
Однако, убедившись, что они одни, Хеб не стал дожидаться вопросов и начал разговор первым.
- Ты хочешь знать решение Ра о просьбе царицы? - для начала поинтересовался он.
- Хочу, - Рамзес стоял на балконе к нему спиной и смотрел на простирающийся внизу город. - И у меня трагическое чувство...
- Это серьёзно, - ответил Хеб. Рамзес в напряжении развернулся к нему и пригласил вернуться в комнату.
- О чём я не знаю? - фараон занял своё место на лазуритовом троне.
- ...Ты ведь знаешь, - Хеб слегка замялся, - что у тебя и Ра одна духовная суть. Что ты - это Ра в будущем… то есть, сейчас. ...Что Лада одна из дингиров.
Разумеется, мне это известно. …Не нужно, большого ума чтобы понять, чем это грозит. Я не желаю их встречи. Я не хочу допустить хоть что-то, что сблизит Великого Дингира с моей женой.
- Было бы логично предположить, что вам понравится одна и та же женщина, - со вздохом констатировал факт жрец. Рамзес сжал пальцами холодный камень своего трона. - Рамзес... их встреча — вопрос времени. И ты понимаешь, что выбор за Ладой. Узнает ли она его, полюбит ли... - жрец осёкся — учитывая, что у вас одна душа. Но личности вы разные. ...А одна ночь с богом, это всего лишь...
Фараон прикрыл лицо сжатой в кулак ладонью и в напряжении мысли, брови его гневно сдвинулись. Через мгновение он вскинул взор и вскочил, весь вскипев от негодования.
- Не будет этого! Я её муж и никто больше.
- Ра тоже её муж, – не двигаясь с места, сообщил Хеб, - Он так сказал...
- Она не будет с ним. Так и передай, - сказав это и не желая более ничего обсуждать, Рамзес оставил Хеба одного.
Жрец не стал долго думать и отправился к царице, чтобы сообщить ей всё, что только что сказал фараону.

Лада вскочила с садовой скамьи, на которой только что сидела с Хебом, продемонстрировав повадки мужа, и поспешно обернулась по сторонам, опасаясь случайных свидетелей.
- Я прошу простить меня, если невольно нанёс тебе оскорбление, - чувствуя себя виноватым, Хеб тоже встал. Лада горько хмыкнула.
- Кто бы мог подумать...
- Лада, как видно, ты здесь неспроста, - Хеб опять сел на скамью и увлёк за собой царицу, – Должен сказать… Ра следит за тобой с самого вашего с Татой появления в Та-Мери… И, признаюсь, он не рад вашим с Рамзесом отношениям.
- …Да, наверное, я виновата. Если бы меня здесь не было, то Рамзес и Урани были бы, наверное, счастливы… - по-своему поняла Лада. – Урани должна быть на моём месте. Так хотел Ра?
- Именно, это и планировалось. Ра уже был намерен вмешаться… но, Рамзес сообщил о том, что ты ждёшь ребёнка. Ра смягчился… и дал тебе возможность взрастить сына.
- Вот как… - опечалено произнесла царица, – Может быть теперь, когда Менкаура отдан жрецам, Он желает что бы я освободила место?
- Не совсем… – Хеб усмехнулся и помотал головой, будто пытаясь выбрать правильную мысль, – Он желает, чтобы ты разделила с ним ложе. Только и всего. Ты ему пришлась по нраву.
- Я что здесь, игрушка!? - не пожелала слушать продолжения Лада.
- Ввиду того, что я узнал о чувствах Ра, я думаю наоборот, – резко напомнил ей жрец.
- Наоборот?! Эти приказания считаются «наоборот»? - Лада говорила тихо и её голос дрожал. - Мне нужен только один мужчина - Рамзес!
Хеб опустил глаза.
- Ра, не просто мужчина... Он тоже твой муж.
- Каким образом!? Я не выходила за него замуж! Я его не выбирала! – царица говорила глядя в пустоту. - Хеб, в моём времени нет никаких богов. И теперь никакой бог мне не указ.
- Ты много не знаешь. И если хочешь что-то понять, то тебе придётся встретиться с Ра и всё выяснить у него, - в глазах Хеба мелькнуло отчаяние.
- Скажи, ради чего я должна принести себя в жертву?
- В этом не может быть жертвы. Он твой муж.
- Я не выходила за него! - вспылила Лада.
- Что ж, ты права. Но Ра был и будет частью Рамзеса, - Хеб осёкся, ведь Лада ещё не знала о связи Ра и её мужа. А распоряжения сообщить ей эту тайну, он не получал.
- ...Но он не Рамзес, – Лада не поняла смысла сказанного, но и не хотела показать виду, что не понимает.
- Он - бог.
- Я верю только в одного Бога... И Ра до него далеко!
- Он наш создатель. А значит, как бог. И если он решил стать твоим мужем, то значит это нужно.
Лада закрыла лицо руками.
- Подумай, если бы не желание Ра и таких как он - были бы мы? Был бы тот мир, который ты знаешь?- стал увещевать царицу жрец.
Она заинтересованно посмотрела на Хеба. В голове мелькнули странные, но знакомые картинки, открылась какая-то тайна, которую она не смогла удержать в мыслях... Что-то далёкое, незнакомое и близкое одновременно...
- ...Для чего они нас создали? Ради рабства?
- В мире действуют и более высокие идеи.
- Я надеюсь, - вымолвила Лада. Верховный жрец замолчал, ожидая её решения. И Лада молчала, чувствуя, как инстинктивный интерес захватывает её.
- А что решил Рамзес? - вдруг поинтересовалась она.
- Он не желает тебя делить,- с нотой обречённости, ответил жрец. – И что я скажу Ра? Не представляю даже, что он сделает со мной… Как меньшее – выгонит из жреческой касты… Теперь, когда у меня есть семья и Тата скоро родит…
- Не желает делить?.. – заинтересовалась Лада, - Наложницы его, надо думать, успокоят. Да и тайн он знает много… чего и мне знать желательно. ...Меня желает бог? - уже изменившись, звонко переспросила она. Хеб слегка напрягся следя за её изменившимся поведением. Он был разрываем противоречиями – содействовать измене жены его близкого друга и брата или обречь свою семью на долгие скитания в бедности…
- А если я не пойду, Ра будет мстить?
- Я не могу сказать, Он — бог, - растерялся Хеб.
- Ты думаешь, он будет мстить? - повторила Лада, встав перед Хебом.
- Ра добр, но властен. И, иногда, жесток, – глядя в никуда, ответил ей Хеб.
- Жесток? Отлично... Но если Рамзес против, то как я пойду?
- Рамзес естественен в своём гневе. И я бы… так же поступил, – последовал ответ.
- Так как же быть? – решение уже было готово. Нужно только подтверждение требования бога Ра.
- Советовать тебе мне нечего. Решай сама. ...Я провожу тебя к дворцу.
- Нет, Хеб, спасибо, – задумчиво ответила царица. - Я ещё побуду тут. В саду мне лучше думается.
- ...Что ж, я думаю, твоё решение будет верным, – выразил пожелание жрец. Лада хитро кивнула в ответ, вспомнив о наложницах Рамзеса. Поклонившись ей, он ушёл. Царица проводила его взглядом и пошла вглубь сада.

@темы: "Атум".16-19

23:40 

"Атум".(12-15)

глава 12.
Прошёл месяц и Лада стала новой женой фараона.
От пиршества Лада отказалась, объяснив своё нежелание тем, что стать младшей женой в её возрасте, при юной первой жене, не делает ей чести.
Это было неслыханно! Знать и народ непрестанно обсуждали это событие, чем приводили Урани в большой гнев. А когда она узнала, что Лада ждёт ребёнка - стала обдумывать план её устранения. И, главное, чтобы Рамзес сам был инициатором этого решения.

Прошло время, и главный эвен получил сообщение от Ра о дне возвращения гостий в своё время.
Он был готов к этому, сам исполнив просьбу жены. Но теперь, Хеб не испытывал ничего кроме пустоты. Именно теперь он понял, как сильно привязан к Тате, как отчаянно хочет, чтоб она осталась с ним... А принуждать её к этому он тоже не мог.
После стольких месяцев проведённых вместе, Хеб решился признаться ей в чувствах. А придя ночью в покои жены - застал её крепко спящей. Он хотел разбудить её, но, вдруг, передумал, вспомнив, как ждала она своего возвращения домой. Всё это время Тата была нежна с ним, но ни разу не сказала что любит. Он всегда мог прочесть её мысли и узнать, что на самом деле жена думает о нём, но... лишать человека внутреннего мира... было ни в его правилах чести.

Ранним утром Хеб и Тата уже ждали богов у великой пирамиды. Вскоре пришли Рамзес с Ладой, чтобы проститься с подругой.
Здесь были только они и необходимая стража. Народ опасался подобных встреч и если кто и наблюдал, то с большого расстояния, стараясь быть незамеченным.
- Мне жаль, что я возвращаюсь домой одна, - Тата уже не первый день старалась убедить подругу вернуться домой вместе.
- В моём положении? Нет, это исключено. Не сейчас, - Лада достала из вышитой розовым жемчугом сумочки свой сотовый телефон, который будучи в её кармане, попал в это время. – Расскажи всё моим близким обо мне, – сказала она. - Скажи, что всё у меня хорошо. Что я навещу их ...когда-нибудь. Отдай им этот телефон. Здесь фотографии.
- Ты всё предусмотрела, – одобрила Тата и засунула телефон в свою сумочку.
- Я надеюсь, что после этого они не будут переживать обо мне. Только бы с ними было всё хорошо, - глаза Лады наполнились слезами. Она поцеловала Тату и пошла к мужу, стоявшему в стороне.
Хеб был подавлен, никогда раньше Тата не видела его таким печальным. Он прижал её к себе.
- Я люблю тебя, - наконец признался Хеб и, не обращая ни на кого внимания, стал страстно целовать жену.
Появился огромный сияющий диск-корабль, накрывший собой большое пространство и часть пирамиды. Диск завис так, что середина его пришлась на стоявших вместе пару.
Тата чувствовала, что с каждым поцелуем её уверенность, в решении вернуться, слабеет… Опасаясь, что это может быть манипуляция Хеба её сознанием, Тата слегка оттолкнула его. И он её отпустил.
- Прощай, – сказал он и отступил к Рамзесу и Ладе.
Тут же, из середины корабля, ударил луч света и поглотил в себе женщину. В один момент он втянулся внутрь корпуса и Тата исчезла. Диск взмыл в небо. Задержавшись секунду на месте - рванул и пропал из виду издав хлопнувший звук.

глава 13.

Вскоре после отлёта единственной подруги, Лада родила сына. Рамзес был счастлив и назвал его Менкаура – «Навеки сохраняющий сущность Великого Ра».
Урани всё ещё беременна не была и вряд ли могла на это надеяться, учитывая то, что Рамзесу не было теперь до неё никакого дела... Это невиданное оскорбления она простить никак не могла. Она придумала, как избавиться от второй жены фараона. И с этой целью она появилась в храме Изиды.
Её встретила главная жрица Анес, всё ещё красивая женщина в возрасте. И поскольку Урани прибыла тайно, - это по всему было заметно - они уединились в зале спокойствия.
- Я несказанно рада видеть вас в полном здравии и в нашем храме! - поприветствовала юную царицу жрица, когда они остались наедине, - Несомненно... у вас есть важное дело...
- Да, - нетерпеливо прервала её царица. Анес внимательно всмотрелась в неё, - Мне нужен эликсир из растения магнолия. Не простой эликсир. ...Видите ли, мой муж, фараон Та-Мери, много времени уделяет своей младшей жене, - Урани саркастично улыбнулась, ведь Лада, будучи младшей, оказалась на много старше её как по возрасту, так, фактически, и по положению.
- Это печально... - посочувствовала жрица, - Но, к сожалению, вы выбрали очень сильное средство для вашей цели. Я могу предложить более простое, но не менее действенное и, главное, безопасное.
- Нет! - выпалила Урани, - Мне нужно именно это!
- ...Если вы не осведомлены, то все средства, способные подавлять волю человека... и используемые как оружие... жестоко караются нашим законом.
Да, я осведомлена. ...Но вы обязаны мне помочь!
...Я не обязана, - мягко заверила Анес.
Иначе... я позабочусь о вашем храме... - с явным презрением проговорила царица. Жрица улыбнулась ей, как маленькому ребёнку.
- Этот эликсир вызывает непреодолимые и постоянные сексуальные желания. Человек начинает плохо понимать даже простые логические ситуации. Поставить в это положения владыку Та-Мери — неслыханное кощунство и унижение для него, - сообщила ей жрица Анес. - Если дать его больше, то можно убить. …Если давать постоянно, но в малых количествах, то лишить воли... Я ни под каким предлогом не дам это средство вам, - жрица поднялась со своего кресла и свысока посмотрела на Урани. – Храм Изиды находится в распоряжении и под покровительством Божественного Дингира Наннар-Сина и матери фараона, ныне здравствующей и полной сил. Вы не имеете тут власти.
- До времени, - угрожающе ответила Урани, так же поднимаясь. После чего она развернулась и с надменным видом покинула храм, уносимая носильщиками под прекрасным балдахином в окружении юных служанок.
Отойдя недалеко от храма, царица остановила слуг и подозвала к себе одну из подруг-фрейлин.
- Оставайся здесь. И тайно, найди какую-нибудь обиженную жрицу... Сыграй на её обиде, - наставляла её Урани. - Заплати ей, – она сняла с себя массивный золотой гребень и протянула его служанке.
- Да, госпожа, - улыбнулась в ответ фрейлина, - я достану вам этот напиток.
- Сделай невозможное, но достань. …И ты не пожалеешь, – убедила её юная царица.
- Я сделаю, – спокойно ответила та опуская сильно подведённые очи.
Ступай.
Носильщики подняли расписной паланкин и возвратились во дворец.

глава 14.

Не прошло и месяца, как Урани всё же удалось заполучить вожделенный эликсир магнолии. Позор, который она чувствовала оставаясь в стороне, подталкивал её к незамедлительному действию.
С каждым днем Рамзес чувствовал эмоциональное возбуждение, сменяющееся подавленностью. И это чувство усиливалось с день ото дня. Лада, и без того почти безразличная к физической близости, после рождения сына стала совсем с ним холодна. Но не от отсутствия любви, а лишь от того, что новое качество оказалось для неё более важным и всепоглощающим. Порывы любимого мужа мало трогали её и это приводило его в тайную ярость.
Он стал посещать Урани. А заодно вспомнил и о имеющихся, но совсем заскучавших, наложницах... Ладу мучала ревность. Ей казалось, что с рождением ребёнка она потеряла свою привлекательность. Но поговорить об этом с мужем ей не позволяла гордость. И Лада приняла решение не мешать и позволить фараону бывать с его юной женой и наложницами. В конце-концов, на то они и имелись.
А между тем, ревность фараона к младшей жене, до этого вносившая романтичность в отношения, стала приобретать уродливые формы. Рамзесу всё труднее становилось владеть собой. Но и этого Лада, полностью занятая сыном, почти не замечала.
И теперь он, к своей мнимой радости, застал её беседующую со стражей как с хорошими друзьями... Да, Лада ко всем относилась хорошо, всегда достойно. И это было только приятно. Но не теперь... Схватив её за руку, он силой увёл её в свои покои.
- Ты же моя жена, а поступаешь как... - Рамзес запнулся, всё ещё стараясь владеть собой, но его вид говорил сам за себя.
- В чём дело? Что... с тобой случилось? - неожиданная реакция мужа испугала Ладу. - Я всегда так поступала... неужели теперь мне ни с кем нельзя говорить? Что за блажь!? Я всего лишь спросила, как у них дела! Я всегда так делала...
- Всегда изменяла мне!- Рамзес яростно взмахнул рукой.
- Что?
- Вот почему ты всё это время не желала со мной... – ноздри Рамзеса расширялись от гнева. - С этого момента, ты мне не жена! Если тебе так нравятся рабы - будешь моей наложницей.
- Да что ты такое говоришь! Опомнись, Рамзес! - Лада не могла поверить услышанному. Это не могло быть правдой. Теперь, когда она здесь одна и некуда бежать.
- Стража! - прогремел фараон. И, подождав пока они войдут, приказал, - Отвести её к наложницам! ...Отныне её место там.
Стражники переглянулись. Лада недвижимо смотрела на мужа, совершенно ничего не понимая. Может быть это шутка? Но фараон был невозмутимо серьёзен. Им не оставалось ничего, как сопроводить бывшую жену их господина и выполнить его приказ.
Прошли недели.
Ладе отвели отдельную комнату из которой она почти не выходила. Она страдала. Претерпев такой удар от своего мужа - человека, которого она так искренне любила, которому доверилась и ради которого не вернулась в своё время, от которого родила сына... Она не желала никого видеть теперь, чувствовала себя совершенно покинутой, одинокой, разбитой и опустошённой.
Менкаура ей часто приносили. Рамзес не собирался отказываться от него и держать с наложницами не желал.
Все три наложницы были в восторге от того, что фараон теперь их посещал. Но Ладу старались не тревожить, не зная почему – опасались этого.
Заботясь о сыне, Лада, в конце-концов, взяла себя в руки. Рамзес не приглашал её к себе и это успокаивало. Врождённое благородство останавливало его от подобного поступка. А кроме того, он интуитивно боялся причинить ещё раз боль изгнанной жене. Каждый раз такие поступки терзали его, он гневился, но от этого ему становилось только хуже. И единственным выходом для него было — позволить Ладе успокоиться...
Шли дни, а настроение фараона оставляло желать лучшего. Желания его тела и разума вошли в конфликт с его душой. Весь его вид говорил об этом, в недолгие минуты просветления после разгула. Все дела, которыми он так тщательно прежде занимался, грозили быть пущенными на самотёк.
Лада не могла этого не замечать. Знала, что должна напомнить. Невыносимо было смотреть, как он растаптывает свою власть, отдавая её в руки советникам, знати и жрецам. И он её отдавал с каким-то наслаждением, словно ненавидел себя.
Улучив момент, когда фараон отдыхал будучи только что оставленный наложницей, а потому спокойный – Лада вошла к нему. Окинув взглядом комнату и оценив всю непристойность растрёпанной постели, лежащего на ней и чуть прикрытого, ещё в недавнем её мужа, она засомневалась, что сможет говорить с ним так просто.
Рамзес дремал. Лада, закрыв от страха глаза, постучала о дерево двери позади себя. Миндалевидные глаза фараона открылись и с интересом устремились на неё.
- Господин, - решительно обратилась к нему Лада, – я хочу говорить с тобой. Я хочу напомнить о ...ваших обязанностях, - Рамзес приподнялся, бегло прикрылся покрывалом и пальцами поманил её к себе.
- ...Обязанности? – вкрадчиво переспросил Рамзес, когда она уже сидела рядом.
- Да, – чётко сказала Лада. – Прямые обязанности владыки этих земель. Вы о них забыли?
- Разве это твоё дело, напоминать мне об обязанностях? – ровно спросил фараон.
Нет.
Ты у нас кем числишься?
...Вашей наложницей, господин.
- О своих обязанностях ты помнишь? – спросил фараон. Лада не подняла головы и не показала виду, что сердце её учащённо забилось.
- Да, – сказала она.
- Ты их выполняешь?
- …Нет, - тихо ответил Лада, залившись румянцем.
- И заметь, я тебя в этом не упрекаю.
- Но это другое! – подавив волнение, выпалила нерадивая наложница.
- Не смей, – блеснул глазами Рамзес, тем не менее, всё так же говоря ровным тоном. – Или забыла, что ты тут из милости? Оказывается, ты даже не способна на простую работу, которую выполняют наложницы. …Я не прав? Тогда, напомни, что ты умеешь?
Лада молчала, виновато глядя на стену.
- Иди к себе, - и Лада, не желая выводить его из равновесия, покорно встала и ушла. После она уже не пыталась с ним говорить, опасаясь, что её лишат возможности растить сына.

В один из похожих спокойных периодов и бессонной ночи, Рамзес решил поплавать в ладье по реке, в сопровождении Хеба.
Солнце только показалось над горизонтом, было прохладно и умиротворённо. Сидя в роскошном кресле и любуясь прибрежными садиками, он вдруг увидел её. Лада тоже не спала и сейчас играла на берегу с его сыном. Душа его сжалась. В какой-то момент Рамзес не смог понять, зачем он так поступил с ней?
Хеб, стоявший всё это время рядом, ясно заметил вспыхнувшую нежность в глазах друга. Поскольку Лада, которая уже заметила ладью фараона, взяла на руки сына и поспешно ушла во дворец, в следующий момент Рамзес уже смотрел с видом оскорблённого величия.
Эвен с самого начала заподозрил в состоянии фараона нечто неладное. Он отлично разбирался в человеческой психике, тем более в психике Рамзеса, с которым рос и которого знал с раннего детства. Нельзя было не заметить разобщённость в сознании, истощавшую его силы. И сейчас Хеб только убедился в своей правоте.
- Рамзес, я вижу, ты страдаешь... - Хеб взял под руку фараона и отвёл его в сторону, не желая, чтоб кто-либо слышал их разговор.
- Я страдаю? - с усмешкой вопросил фараон, - С чего это? ...Она, - Рамзес гневно кивнул в сторону, где недавно сидела Лада, – тоже, представь себе, решилась и сообщила мне о моей несостоятельности как правителя.
- Неужели? – удивился Хеб слушая с явным интересом. Но, тут же, опомнился, - Не обманывай меня, - серьёзно остановил Рамзеса жрец.
- Это ни к чему, - так же твёрдо ответил ему он.
- Послушай! У меня есть серьёзное подозрение, что тобой манипулируют, - не дожидаясь, когда друг начнём "метать громы и молнии", сообщил жрец. Тот уже сурово и почти несдержанно смотрел на него. - Я предлагаю тебе, не есть сегодня и не пить ничего, что тебе подадут. Пей воду только ту, что наберёшь сам, из родника в саду. А завтра сам решишь что делать дальше. Это мой тебе совет.
- Я... проверю, - мужчина порывисто развернулся и ушёл под навес ладьи, где располагались его апартаменты.
Страдая из-за разлуки с Татой, Хеб, тем не менее, не забывал и о долге. Он и Рамзес были прямыми потомками богов. И покушение на жизнь фараона, было делом крайне серьёзным. Ра назначил Хеба следить за исполнением его воли, а подобное вероломство, относительно фараона — потомка самих дингиров - не сойдёт с рук жреца... И поэтому, Хеб лично решил проследить за поварами, подозревая в измене в первую очередь кого-то из них.

Урани, в это время, пребывая в блаженстве от полученного результата. Уже спокойно строила планы, как в дальнейшем, сможет убедить любезного мужа отослать подальше Ладу и отказаться от её сына...
Она никогда не встречала богов в их непосредственном виде. Их династия хоть и вела своё происхождение от них, но связей никаких с ними уже не имелось. Страна Ур, после недолгого расцвета, оказалась заброшенной богами. Развивалась самобытной человеческой землёй. От того примитивной, без участия высокоразвитых основателей. Но ценной в своей территории.
Странные летающие корабли, которые теперь ей иногда приходилось наблюдать - вселяли в царицу страх. Но она предпочитала просто не думать об этом - так легче жить. Так и жила... увлечённая любовными порывами, порхала она как бабочка-однодневка.

глава 15.

Вечером Рамзес вновь, уже по обычаю, навестил женскую половину дома. Полуобнажённые красавицы наперебой предлагали себя. Видеть это, у Лады не было сил...
Как можно реже она старалась подходить к своему господину. И во время ванн с массажами, выполняла только самые второстепенные роли. Она замечала, что Рамзес постоянно следит за ней и до дрожи боялась, что он потребует от неё самого непосредственного участия. А между тем, он делал всё, чтобы заставить её ревновать...
Наконец, поздней ночью, выбрав одну из любовниц, фараон уединился. Ласки полностью поглотили его. Наложница была великолепна и воплощала на практике всё, что когда-либо слышала и совершала в этом деле...
Однако Рамзес, за целый день не съевший и персика, почувствовал давно не посещавшую его голову ясность. Перед его внутренним взором предстала Лада, с её осторожным возмущением о его разнузданности и отстранённости от дел.
Лада... – неосознанно прошептал он, в ответ на ласки сладострастной красавицы. Что-то гнетущее спадало с его существа как ужасная тьма, предоставляя его как есть отрезвевшему рассудку. Обеспокоенная остановкой наложница попыталась ублажить фараона, но он решительно отстранил её.
Рамзес порывисто вскочил на ноги, но тут же остановился, обхватив ладонями голову, в которую внезапно ворвалась боль, затуманившая глаза. Пошатнувшись, он почувствовал тошноту и кинулся в туалетную комнату, а перепуганная наложница бросилась в свои покои. …Нужно было привести себя в порядок, прежде чем бежать за лекарем.
Рамзес нашёл комнату Лады и тихо вошёл. Хозяйка комнаты давно спала. На столе стояла чашка с отваром из сонных трав и кувшин вина. Осушив его одним мигом, он прилёг рядом и обнял спящую.
Он чувствовал себя несказанно уставшим, боль и тошнота приходили и уходили как раскаты грома в период дождей. Все эти мучения дополняли душевные терзания и желание как можно скорее поговорить с возлюбленной.
Уже рассветало, когда Рамзес задремал.
Лада проснулась первая и, к своему ужасу, обнаружила рядом мужа, который спал, обнимая её за талию.
Побелев от возмущения и досады, она бегло осмотрела себя в опасении, что Рамзес всё же воспользовался ею… её сном. И, не заметив ничего плохого, она осторожно сняла с себя его руку и аккуратно положила на постель. От этого движения Рамзес проснулся.
Теперь он был в порядке, хотя и очень слаб. Выражение на лице Лады не требовало слов и желая её успокоить - успел удержать её за руку. Но она вырвалась. Соскочив на пол, выбежала из комнаты.
В это время, наконец, подоспел лекарь с помощником. И суетливо кинувшись к нему, преградил путь устремившемуся за любимой фараону.
Рамзес приказал им оставить его, но лекарь и не подумал исполнять его волю, грудью преградив путь. Лишь когда необходимый, крайне спешный осмотр был сделан и даны указания подмастерью относительно необходимых снадобий – Рамзес был освобождён. Приказав лекарю лишнего не болтать, он ушёл за женой.
Рамзес нашёл её у фонтана, недалеко от бывших её комнат. Лада увидела его и бросилась наутёк, в сад.
- Лада, ...остановись, – догнав её, Рамзес решил рассказать всё без предисловий. - Я не хотел всего этого делать!
Со всей силы Лада ударила его по щеке и на его лице тут же появился алый след от её ладони. Рамзес не сопротивлялся.
Ненавижу тебя! Ненавижу!!! - прокричала она, ударив фараона теперь по груди. Выплеснув одним махом наболевшее, Лада закрыла лицо руками и расплакалась. - Из-за тебя я осталась здесь... Боже, не нужен ты мне...
Рамзес обнял её.
- Меня хотели отравить. Из-за этого во мне просыпались дикие желания, я не понимал что делаю. Я не послушал тебя, прости. Не могу выразить, что сейчас чувствую… - Рамзес сжимал плечи Лады, не позволяя ей ещё раз его ударить. Но этого было и не нужно уже. - …Хеб предположил, что мной манипулируют. У меня хватило сил сделать по его совету лишь от того, что я боялся сойти с ума… Вчера я перестал есть и пил лишь воду из источника в саду, которую брал сам. К утру всё изменилось, и я, кажется, вновь стал самим собой…
Лада смотрела на мужа, не в силах забыть всё то, что он делал. Тем не менее, не смотря на обиду, его слова не могли не взволновать её, не вызвать порыв защитить мужа... Она понимала, что ведь и сама догадывалась о чём-то подобном. Она должна была, несмотря ни на что, ему помочь. Вместо того, чтобы прятаться от того, кого полюбила. …Она почувствовала вину.
- Но кто тебя отравил? - всхлипнув, обеспокоилась Лада.
- …Я не знаю. Это придётся выяснить сегодня.
Хеб явился во дворец ни свет-ни заря. Укрывшись тайно на кухне, он вскоре заметил, что слуга, готовившийся доставить кушанье фараону, вынул припрятанный в хитоне кувшин и смешал его содержимое с приготовленным напитком.
Не долго думая, жрец вышел из своего укрытия и забрал снадобье.
- Что это у тебя? - прошипел он как змей.
И без того струсивший слуга, теперь совершенно потерялся и ничего лучше не смог сказать как то, что лишь выполняет указание царицы, добавляя в питьё целебное средство.
- Целебное средство, говоришь? – не весело рассмеялся жрец. – Не мне ли ты говоришь о том, кто должен заниматься таким искусным делом?
- Господин, - истерично прошептал слуга, – господин, пощадите!
- Стража! - без колебаний позвал жрец. - Сообщите фараону, что ему необходимо быть здесь, – и, секунду помолчав, добавил. - Вместе с младшей женой.
Стража, поспешив исполнить приказание жреца, обнаружили фараона коленопреклонённым перед Ладой.
- Господин, - поклонившись, начал один из них, - верховный жрец просит вас немедленно прибыть на царскую кухню.
Рамзес поднялся с колен и жестом предложил Ладе следовать с ним, уже догадавшись, с чем связано это требование.
Хеб вручил фараону кувшин с прозрачной коричневой жидкостью, одобрительно заметив, что Рамзес вполне в себе.
- Это то, чем меня поили? - тихо произнёс Рамзес.
- Да. Это магнолия, - ответил Хеб, многозначительно взглянув на его спутницу.
Слуга, возложив надежды на помилование, тут же счёл нужным опять напомнить об Урани. …И, теперь – правду. Он ошибся, и был казнён.
Довольно скоро, после долгого разговора с мужем, Урани пришлось сознаться в содеянном.
- Это из-за любви к тебе! - кричала она. - Только лишь из-за любви! Если бы ты хоть немного любил меня, я бы и не подумала привлекать тебя таким средством. Но ты оскорбил, унизил меня и ...весь мой род!
- Долго бы я не протянул с таким привлечением... - усмехнулся фараон. – Но тогда бы ты успокоилась, оставшись единственной царицей Та-Мери. И род бы твой гордился тобой, несомненно.
- Рамзес, - Урани бросилась к нему, опасаясь, что он может спровоцировать конфликт с её империей, - что ты хочешь предпринять?
- Собирайся. Я тебя ссылаю в монастырь, под неусыпный контроль, - спокойно сообщил ей он. - Навсегда. С этого момента, ты больше не царица Та-Мери.
- Не царица!? Позволь узнать, кто же теперь царица? – Урани с дрожащим от гнева подбородком, отступила назад. – Ах, да-да… - милая наложница Лада… Хороший выбор для фараона Та-Мери.
- Иногда, ты бываешь права, – усмехнулся Рамзес. С этими словами он ушёл, сопровождаемый отчаянным и гневным взглядом принцессы Ура.

@темы: "Атум".12-15

23:35 

"Атум".(8-11)

Глава 8.
На следующее утро, как только рассвело, Лада попросила аудиенции. И теперь, следуя за прибывшим к ней придворным она опасалась, что уж слишком рано потревожила фараона. С другой стороны, позже она могла его и не застать во дворце сегодня. ...Мало ли, в какую часть земли или Вселенной он сегодня решит переместиться?
Придворный открыл тяжёлую дверь и сообщил фараону о той, что несмотря на свою скромность, столь свободно просила о встрече с ним. Лада вошла, и двери за ней закрылись.
Рамзес сидел на каменном кресле в виде трона. Лада не без удовольствия заметила, что он напрягся при встрече с ней… это смутило немного.
- Ты встаёшь очень рано... - сказал он.
- Не всегда. Но сегодня я хотела с вами поговорить... - Лада растерялась, не зная как обратиться к фараону в её случае. Прежде она избегала прямых обращений к нему, - Господин...
Бровь Рамзеса взметнулась вверх. Он, прикрыв ладонью улыбку, оперся на локоть. Лада сильно покраснела и опустила голову.
- Наедине, ты можешь обращаться ко мне по имени... - не отрывая ладонь от губ, предложил Рамзес.
- Хорошо, - с облегчением согласилась Лада и подняла на него взгляд.
- Так чего же ты хотела?
- Я думаю, что мне нужна работа, - быстро проговорила Лада. И, обратив внимание на удивлённый вид господина, продолжила, - я должна оправдывать всё то, чем пользуюсь здесь и своё пребывание тут. ...Тата вышла замуж и она теперь при деле. А я, похоже, из милости. Что ни для кого не может быть приятным.
Рамзес явно не ожидал такого заявления и после речи Лады ничего не осилил сказать. Наступило обоюдное смущение, из которого их удачно вывел вновь появившийся глашатай. Он сообщил, что прибыл некий Гормахис, с которым была запланирована встреча на это время. Рамзес тут же стал серьёзен. И заверив что найдёт ей занятие, отпустил её восвояси.

Лада уже час сидела на краю фонтана и размышляла о своей беседе с фараоном, о браке Таты и о том, сколько всё это будет продолжаться. Прошло немало времени с тех пор, как они здесь… - «а воз и ныне там»… И чем дальше, тем всё сложнее становится тянуть этот «воз»… Думать о состоянии родителей становилось невыносимо!
Появление у фонтана Рамзеса оказалось полной неожиданностью и Лада подскочила, что б поклониться.
- Тебя что-то беспокоит? - он сел рядом.
- О, да, – она с улыбкой посмотрела в небо, - Я думала о Тате и о себе... О том, как мы попали сюда... - машинально ответила Лада. Она на столько сейчас обрадовалась его присутствию, что готова была себе сказать - «ну пожалуйста, постарайся вести себя достойно»!
- Ты можешь ходить к ней. Только сообщай мне, что б я дал тебе в сопровождение слуг.
Ходить к Тате в гости - это здорово. Такое обращение с ней Рамзеса - захватывало. Она хотела задать вопрос, но передумала. Тем не менее, он заметил это весёлое замешательство и спросил.
- Рамзес, - помедлив, сказала Лада, - ты в будущем будешь полноправным фараоном, а Хеб - верховный жрец. Он имеет такую же власть, как и ты? Он может забрать твою власть? - она взгляну на Рамзеса как можно собранней.
- Это обоюдная возможность... Верховный жрец - это посредник между Богом, богами и духами. Он имеет возможность общаться с ними и это его обязанность. Но то же самое могу делать и я. Ра назначает наместников и посредников. Никто не вправе идти против его решения. Изначально, это его земля и его люди. Великий Дингир не отличается сентиментальностью, а потому ни Хеб, ни я, не можем ничего сделать против Его воли.
- Он что, так часто бывает здесь?.. – с сомнением спросила Лада.
- Не часто. Но это не имеет значения. Ра тот, кто развивает нас, кто может дать нам возможность сравняться с богами ...когда-нибудь. Но он так же может нас и уничтожить, если посчитает наш род ненадёжным, а потому - бесполезным.
- Это его распоряжение, что бы вы брали в жёны только близких родственниц?
- ...Зачем? На нас не распространяется Закон Чистого Семени.
- В моём времени, - решила пояснить Лада, - считают, что в Древнем Египте, ну, в Та-Мери, практиковалось кровосмешение среди фараонов, - Рамзес не без интереса смотрел на неё. Лада продолжила, - Мужчина может брать себе в жёны не только сестёр и дочерей, но даже и мать...
Рамзес безмолвно окинул взглядом сад, окутанный поднявшимся с земли туманом.
- Любой правитель посвящается в тайну Священного Огня. Он должен соединить свою душу и тело с Землёй - свой матерью, Народом - своей сестрой и Наукой - своей дочерью. ...Ваш мансум неправильно понял — гоните его.
- Это точно — прочь его! - они рассмеялись.
- ...Не думаю, что тебе стоит работать. Но, если ты очень желаешь, то Адара - распорядительница гардероба, даст тебе её, - Рамзес встал. - У меня дела. Я хочу увидеть тебя сегодня за ужином, - он легко поклонился ей и ушёл.

Стояла тёплая ночь. Большие яркие звёзды освещали своим сиянием небо.
Рамзесу не спалось. И что бы хоть как-то утомить себя, он бродил по пустынному двору. Незаметно для себя, он подошёл к покоям Лады, влекомый мыслями о недавнем разговоре.
Неожиданный крик из комнат Лады словно оборвал его сердце и, мигом, он ворвался к ней.
Лада, поджав под себя ноги, сидела на постели, одной рукой придерживая покрывало, плохо прикрывавшее её практически голое тело. Она не привычна была к часто жаркому климату Та-Мери. И готова была, в своих комнатах, без стеснения спать голой. Но, не при посторонних...
Увидав вбежавшего мужчину, она чуть было вновь не закричала. Рамзес опустился перед ней на колени... и она успокоилась, подняв покрывало до подбородка.
- Что произошло? - взволнованно, опасаясь, что могло произойти новое поползновение, спросил он.
- …Страшный …сон. Почему ты здесь?
- Мне не спится. Я тут бродил, недалеко.
- Ну, что же… - Лада слегка прокашлялась и посмотрела в сторону, – думаю… всё в порядке.
- …Почему служанка не с тобой? – всё ещё стоя на коленях перед сидящей Ладой, Рамзес огляделся по сторонам.
- Я её отпустила. Тут ей негде спать.
Рамзес ничего не ответил. Он казался очарован это ситуацией. Не заметить было невозможно. Лада залилась краской, что происходило с ней каждый раз, когда она начинала волноваться…
Покрывало начало спускаться с плеча Лады и она попыталась его поправить. Но от волнения упустила и взору Рамзеса предстала её обнажённая грудь.
Она ахнула... Рамзес решил ей помочь. ...Его руки оказались на её коленях. Подавая покрывало, они скользнули к груди... и испуганные глаза Лады встретились с его загоревшимся истомой взором.
В голове Лады промелькнули упрёки подруги о том, что от неё нет никакого проку, что она должна прилагать усилия… И так хотелось его обнять!..

Рано утром пришла служанка. Она приготовила воду для омовений, но хозяйка не показалась.
Легонько, она отодвинула прозрачный полог в покои и, её изумлённому взору, предстали любовники. Они спали.
Вот это история!.. - прикрыв озарившиеся улыбкой губы, прошептала служанка и, задёрнув занавесь, опять побежала к подругам с занятной новостью.

глава 9.
Лада вынуждена была признать для себя, что необычайно довольна тем, что случилось между ней и Рамзесом. Что-то внутри постоянно требовало рассказать каждому о том, как она счастлива! Но был только единственный человек, которому она могла признаться в этом… И она немедленно навестила Тату.
Дома Таты не оказалось. Пришлось идти в храм, в надежде найти её именно там.
- Странно, что ты здесь? – обнаружив подругу в саду, с ходу вопросила Лада.
- Ничего странного, – ответила Тата. Она отошла в сторону и Лада увидела несколько только что выкопанных травянистых растений. – Я тут выкапываю растения. …Хочу посадить их у нас в саду.
- Хозяйка, – похвалила её подружка.
- О, я так рада тебя видеть, Лада! – Тата вытерла платочком руки и обняла её. - Как ты поживаешь? - Они поцеловались.
- Хорошо. Как ты?
- Ну, я как видишь, живу довольно хорошо, - Тата указала на платье и свой общий холёный вид. - Даже очень. Представь себе. Я богата, меня все чтут и ...я всё больше влюбляюсь в своего мужа... - нотка грусти скользнула в радостной её речи.
- Это же хорошо! - одобрила Лада.
- Да. Только он меня не замечает. Разве что, только по ночам... - Лада пожала плечами, а Тата продолжила, - Я опять просила Хеба о нашем возвращении. …И он сказал, что при удобном случае попросит об этом Ра. ...Это только подтверждает его холодность.
Лада молча слушала её. Она, конечно же, хотела возвратиться в своё время, переживала за родных… Но, вместе с тем - она любила теперь и Рамзеса и не хотела расставаться. Она чувствовала себя счастливой!
- Хеб сказал, что в ближайшее время фараон-отец передаёт свои права Рамзесу. Он станет полновластным фараоном. И тогда же, станет мужем принцессы Урани, из одноимённой страны... - Тата умолкла, заметив, как изменилась в лице подруга.
- ...Я не знала. ...Какая ...радостная новость, - сердце Лады больно упало. Она попытала сделать счастливое лицо, - Что же, наверное... Наверное, я пойду. Прости...
- Почему? Так быстро? - заметив явную перемену в настроении, Тата поняла, что сообщила неприятную новость, да к тому же, нетактично. - ...У тебя что-то с ним есть!? - крикнула она вдогонку поспешно уходящей Ладе.
- Нет... нет, - еле слышно ответила она. - Меня работа ждёт, я ненадолго заходила! – обернувшись, крикнула девушка и скрылась за деревьями.
Постояв в недоумении, Тата побежала следом за ней: "Что она делает? ...Работает?" - вдруг осенило её.
Лада слуг не взяла и разрешения у Рамзеса при этом не спрашивала, а потому, исчезла из виду очень быстро. Тата найти её не смогла и вернулась в храм: "Что-то там не так… Она скрывается от меня... Она влюблена в Рамзеса ...и так понятно. Но она же не думала… что он сделает её царицей? И что между ними было? …Неужели, она решилась? Вот …досада."
Вернувшись во дворец, Лада, так некстати, застала у себя Рамзеса. Он ожидал её. Нуит услужливо суетилась по комнате и, как только появилась хозяйка, оставила их наедине.
Увидев Его, Лада не смогла сдержаться и выбежала в сад. Ведь гнев, обида и гордость не позволяли ей расплакаться при нём. А она вот-вот могла это сделать...
Рамзес выбежал за ней и остановил её у фонтана, успев удержать за руку.
- Где ты была? Что случилось? – не сводя с неё глаз, спросил он.
- У Таты, – смогла, через подкатывающие слёзы, ответить Лада.
- Ты всё …знаешь? - заметив блеснувшие слёзы в её глазах, он не отпускал её рук.
- О чём? - только и всего смогла ответить, отводя взгляд.
- О скором моём браке, – пояснил фараон. Лада согласно кивнула, по-прежнему не смотря на него, - У меня есть обязательства. А этот союз нужен, – Рамзес взял Ладу за плечи и повернул её к себе. Но она отстранилась, - Этот брак не подразумевает моих чувств к ней. Я полюбил тебя с первого взгляда. ...В нашу первую ночь, ты …стала моей женой.
Она повернулась и посмотрела в его глаза, сама не осознавая своих действий. У неё не возникло сомнений, что любимый говорит искренне. Однако, самолюбие не позволило ей ответить. Рамзес тяжко вздохнул.
- Позже, я смогу сделать тебя своей женой. ...Дай своё согласие.
Лада не ожидала от себя такого, но это предложение показалось ей явно оскорбительным.
- Я не стану одной из твоих жён! - возмутилась она, вновь обретя дар речи. - Я не буду твоей наложницей и любовницей тоже! ...По крайней мере, по своей воле, - Рамзес всё ещё держал её руку, и она попыталась высвободиться. - Я уйду от сюда, при первой возможности!
Рамзес продолжал крепко держать её и Лада никак не могла освободиться. Слёзы покатились по её лицу. Рамзес растерялся, она, наконец, смогла вырваться и убежала.
Скрывшись в своих комнатах, Лада закрыла на засов дверь, когда увидела, что Рамзес продолжает стоять всё там же. Он ещё долго там сидел. Лада это видела, но подойти не пожелала...

глава 10.

Через неделю прибыла принцесса Урани. Это была очень юная, шестнадцатилетняя девушка. Повадки её были совершенно девичьи. Тем не менее, тело её было вполне сложившимся - чего нельзя было сказать о её внутреннем состоянии. Не вызывало сомнений с первого взгляда, что будущая царица Египта, по сути - надменный большой ребёнок...
Служанка рассказала Ладе, что фараон и принцесса уже давно были знакомы. И сватовство произошло примерно год назад, когда Рамзес и его флотилия остановились у земли Урани и были приглашены как желанные гости. Где они и погостили. Принцесса с тех пор, была влюблена в него. Очень скоро, после возвращения фараона на родину, в Та-Мери прибыли послы Урани с предложением о заключении союза и подарком от самой принцессы. Это была не плохая кандидатура. И будущий правитель Египта, по настоянию отца, согласился.
Было трудно помогая Адаре с гардеробом не попадаться на глаза Рамзесу или надменной Урани. И Ладе приходилось брать всю волю в кулак, чтобы иметь возможность изображать свою незаинтересованность фараоном. Это становилось более печально по мере того, как она всё чётче осознавала себя полной никчёмностью и совершенной бесполезностью.

Утренняя влага в воздухе уже рассеялась, но, как будто в честь торжества, не было томительной жары.
Весёлая, поющая процессия размеренно двигалась к храму, где уже давно, в ожидании жениха, маялась будущая царица. Пренебрегая скромностью, Урани послала на встречу своему жениху слугу с букетиком маленьких, жёлтых и очень душистых цветов, с прикреплённым к ним пергаментом, где значилось короткое послание.
Рамзес ехал в запряжённой четвёркой белых прекрасных коней колеснице. Золотая сбруя их была усыпана изумрудами и лазурью, а такая же золочёная колесница - алыми рубинами и гранатами, которые играли в лучах солнца как прозрачная вода. Фараон был облачён в белую тунику-калазирис, довольно скромную, не считая богатого украшения на груди в виде пластины, изображающей символ бога Солнца.
Он был грустен.
Весёлые полуобнажённые девушки и девочки, украшенные венками из крупных розовых роз, с поясами из мелких белых розочек - танцевали вокруг него замечательные танцы, сопровождая их песней. Они не могли не радовать!
Все жители, которые вышли увидеть торжество - все, от мала до велика, были прикованы взглядами к этим сказочным девам.
Фараон-отец и царица-мать ехали позади, украшенные богато и со вкусом. За ними ехала вся родня и самые близкие друзья царственных особ. Яркость и богатство красок тут, казалось, не знало предела.
А впереди танцующих дев и по бокам от них ехали, верхом на чёрных жеребцах, вооружённые воины.
К процессии подключился весь город и многие приезжие. В этот день город гудел как улей.
Оглядывая толпу поверх голов и таким образом приветствуя всех, было заметно, что фараон кого-то ищет среди людей. Манёвры приближающегося гонца, ловко обошедшего стражу, с букетом цветов в руках - вызвали в нём улыбку. Он отпустил стражника, преградившего путь посланнику и прочёл письмо. Улыбка, появившаяся на его лице, вновь сменилась грустной сосредоточенность. Послание было получено не от той... Возничий, озадаченный переменой в лице господина, не нарочно потянул за уздцы и лошади сбились с шагу. Одна из них споткнулась и лёгкий ропот прокатился по толпе. Погонщик спохватился и быстро выровнял шаг - скоро все забыли о досаде.
Наконец, приблизились к храму.
Верховный Жрец в багровом облачении расшитом золотом, в окружении жрецов со всех храмов Та-Мери, встречал жениха на белых ступенях у главного входа.
Фараон-отец подошёл к сыну и они вместе направились к верховному жрецу.
Певчие завели монотонную мелодию, под которую уригаллу стал произносить гимн. Служители разожгли "огни жизни" и разместили их у ног Рамзеса.
Гимн закончился, но мелодия продолжалась. Из дверей храма вышел эвен и подал знак Хебу.
Верховный Жрец вручил Рамзесу атрибуты власти и одел на его голову шлем-Ра, знаменовавшего надзирателя над Его народом. Все смолкли.
День превратился в ночь - наступила полная тишина.
Люди стояли с запрокинутыми головами, многие упали ниц. Над храмом завис треугольный корабль богов. Огненный столб света накрыл фараона полностью – народ ахнул. Мгновение спустя столб света исчез и все увидели невредимого, теперь уже провозглашённого, фараона Та-Мери.
Жрецы вновь запели торжествующую песню. Корабль плавно тронулся с места и быстро улетел.
Опять стало светло. Гости ликовали впечатлённые представлением!
- Молодой божественный правитель среди нас! - кричали они.
Из храма Единого Бога вышла Урани, увешанная жемчугом на розовом хитоне. Хеб взял её за руку и отдал Рамзесу.
Народ затих.
- Она здесь? - тихо, почти не открывая рта и не поворачиваясь к другу, спросил правитель Египта.
- Сейчас не время, господин... - так же прошептал ему Хеб. Обратившись к народу, эвен представил им фараона и его жену.
Вновь последовало ликование, лепестки красивых цветов полетели на новобрачных со всех сторон.
Рамзес и Урани спустились вниз. За ними вся процессия отправилась во дворец на пир.
После того, как знать удалилась, жрецы вынесли на ступени храма большие чаши с фруктами, сладостями и мелкими монетами для народа.
Так закончилась торжественная часть празднества...
А во дворце звучала музыка, великолепные танцовщицы, то там, то здесь, исполняли свои па.
Влюблённая Урани оставила на время своего мужа, чтобы переодеться в новый наряд. Что мало расстроило фараона.
Рамзеса сегодня сложно было застать на одном месте более десяти минут. Он казался весел. Выпитые напитки, дурманящий запах благовоний, расслабляли и веселили всех.
Но Лады среди пирующих не было видно. Она упорно не появлялась. Опять Рамзес поднялся на террасу второго этажа, откуда прекрасно можно было видеть окна её комнат.
- А ты не отличаешься разнообразием... - отвлёк его голос Хеба. Он вошёл вскоре за ним, чтобы сообщить о его молодой жене, которая уже ждёт за пиршественным столом. И что желательно бы ему показаться рядом с ней...
Фараон ничего не ответил.
- Не стоит так убиваться, - добавил Хеб. - Урани очень красива — сама хили! Я бы сказал - хили из хили! ...Тата настаивает на своём возвращении домой. И она этого добьётся. Останется ли здесь твоя Лада? ...Они не из нашего мира.
- Она говорила, что их мир труден, - неуверенно и наивно ответил Рамзес.
- Но это их мир. …К тому же, я не уверен, что в каком-то мире может быть легко.
- Пусть так, - Рамзес порывисто оттолкнулся от перил балкона.
- Куда ты? К Урани?
- Нет.
- Оставь её в покое! - Хеб схватил фараона за плечо, - Пусть она примет решение... - глядя в глаза Рамзесу прошипел друг.
- Я помогу ей его принять, – резко пояснил свои намерения фараон.
- Пусть примет наш мир и наши законы!
Наступило молчание, музыка звучала где-то в дали. Рамзес опять подошёл к перилам и стал вглядываться в восходящие звёзды. Хеб молча стоял рядом.
- Нужно идти, - вновь сказал он.
- Мне нужна не Урани…
- Рамзес, очнись! ...У тебя сегодня ночь любви с ней, – Хеб развёл руками и пошёл прочь. Ничего не ответив, Рамзес спустился следом к гостям.
Юная царица, завидев вошедшего мужа, встала со своего кресла за столом. Гости, увидев это, расступились, освободив прямую дорожку Рамзесу к его принцессе. Он подошёл и поцеловал жену в губы. Урани почувствовала себя счастливой и поцелуй затянулся. Гости захлопали в ладоши, выкрикивая пожелания удачи.
Вновь заиграла музыка и все опять расселись за столы, а танцовщицы не без энтузиазма принялись исполнять соблазнительный танец.
В это время в зал вошла Тата и сразу привлекла внимание фараона. Тата уже получила признание Лады и была теперь с ней полностью солидарна. Тем не менее, приличия требовали оказать почтение наместнику Великого Ра.
Она поклонилась ему и его царице и, отыскав взглядом своего мужа, ушла к нему. Лада следом не вошла.
Улучив момент, Рамзес взглядом подозвал к себе спутницу Хеба. Она подошла, когда он вышел из-за стола. Тата вновь поклонилась фараону - этот поклон она долго тренировала, дабы выглядеть изящно и благородно.
- Почему не явилась Лада? - вопросил он, - Выразить почтение, ниже её достоинства?
- Что вы, нет... - растерялась Тата, - Вовсе нет! Просто, она не была приглашена, - Тата ещё раз совершила поклон. Рамзес опустил глаза. Он не подумал об этом факте. Сообразив, что попала в точку, Тата пожелала утвердить это мнение. - Она... она, вроде как, безродная... И не решилась придти ...самовольно. В отличие от меня. Мой муж - верховный жрец, как вам известно, - Тата опять поклонилась, с хитрой улыбкой на губах.
- Так почему же она не пришла с народом!? - почувствовав укор в словах, рассердился Рамзес.
- ...Вам лучше спросить об этом у неё, - еле нашлась что ответить Тата.
- Значит, она у себя... - смягчился Рамзес.Тата не успела ответить - подошёл Верховный Жрец.
- Пришло время покинуть пир, …вместе с Урани, - обратился он к фараону и указал на молодую царицу - она смотрела на них.
Фараон ушёл.
Рамзес и Урани ещё немного посидели за праздничным столом, прежде чем незаметно удалиться на ночь.

- Что Рамзес хотел от тебя? - поинтересовался Хеб у Таты, будучи уже в своём доме.
- ...Почему Лада не выразила своё почтение, - с улыбкой ответила она.
- Тонкая хитрость, - рассмеялся Хеб в ответ. Тата лишь с грустным снисхождением взглянула на него.


Я хочу как можно скорее уйти ...куда-нибудь, подальше отсюда, - Лада очень переживала и часто плакала.
Не нужно так переживать. Просто выбрось его из головы, - Тата старалась как можно чаще быть рядом.
...Жуткая история для меня. Страшный сон...
Как же я не хотела этого чувства! Ты этого даже не знаешь... Но оно вошло в меня против моей воли и сидит внутри меня и мучает меня. Зачем мне это чувство? Я не хочу его. Я хочу избавиться от него, забыть, отпустить и больше никак не соприкасаться даже с воспоминаниями о Рамзесе. Я хочу от этого избавиться и как можно скорее. Я измучена и подавлена, моя жизнь в раз разрушилась, моя душа разорвана в кровь. Мне не решить это самой. Я прошу просто избавить меня от этой любви... Кого? Бога? ...Я несостоявшаяся и я это осознаю и принимаю. Я не хочу бороться за его любовь, потому что не вижу в этом смысла, - Лада уже воспользовалась полученными некогда навыками астролога и составив карту, уверилась в том, что эта любовь была им предопределена. А в особенности Рамзесу, где она выступала для него будто самой важной частью его жизни. ...Но в реальности всё было не так. Любила она. А он теперь её совершенно игнорировал. Единственным близким человеком в этом пустом и незнакомом для неё мире оставалась лишь подруга. Она поила её отварами из трав, данных ей мужем. Эти травы успокаивали, а потому Лада могла держать себя в форме.
Прошёл месяц, а она всё ещё жила во дворце. Не желая показываться на глаза фараону, Лада много времени проводила в доме Хеба, либо выполняла свою работу в гардеробе.
Теперь она уже спокойно относилась к случившемуся. Лишь временами она плакала от набегавших никчёмных и ненужных теперь чувств. Она ожидала дня, когда сможет отравиться домой во времени. Хеб исполнил просьбу своей жены и изложил её богам. Ответ был положительный но, по неизвестной причине, это должно было произойти позже.
- Ты сказал об этом Рамзесу? - как-то спросила мужа Тата.
- Разумеется.
- И, как он к этому отнёсся? К тому, что Лада ... - она осеклась, подбирая слова.
- Сошёл с лица... - подумав, ответил Хеб, - Я не думал, что он может так влюбиться... Похоже, потерял интерес к своему делу, после этого решения Ра. Надеюсь, он смирится с её уходом как можно скоро.
- Он любит? ...Может, сказать об этом Ладе? - известие тронуло Тату. После стольких утешений, которые были не нужны, - Ты же знаешь, как она относится к нему... Мне её жаль. Она паникёрша и много сочиняет... Пусть хотя бы знает, что она небезразлична...
Это не наше дело, интимная жизнь фараона. И давай договоримся, Тата, - Хеб был серьёзен, - ты не будешь распространяться о наших с тобой беседах ни перед Ладой, ни перед кем-нибудь ещё.
...Но, я должна сказать.
Если он решит, то скажет всё сам. Ты не находишь это более верным? Лада не только впечатлительна, она ещё и недоверчива. Не думаешь ли ты, что она всерьёз воспримет твоё известие при отсутствии подтверждений со стороны самого Рамзеса? А он её утешать не собирается. И что у него в голове, одному Тоту известно.

глава 11
Одним ранним утром, проходя по внутреннему дворику, внимание фараона привлекла пара, стоявшая у комнат Лады.
Это и была она с одним из слуг, который отдал ей большой букет белых цветов. Слуга ей что-то сказал, она улыбнулась, он поклонился и ушёл. А Лада вернулась к себе. Вскоре она вышла и ушла в гардеробную, где работала каждое утро и до второй половины дня.
Рамзеса охватил гнев. Уединившись в одном из приёмных залов, он приказал привести её к нему.
«Боже… неужели он выгонит меня?» - мысленно сокрушалась Лада, не особо спеша за бегущим перед ней слугой.
Слуга предложил ей остановиться и, прежде, вошёл к фараону сам. Он тут же поспешно вышел и задержал приоткрытую дверь перед Ладой. Она нерешительно вошла…
Рамзес стоял к мнимой изменнице спиной ещё более создавая впечатление неопределённости.
- Ты принимаешь цветы от слуг? - спросил он тоном, не терпящим возражений, - Я думал о тебе лучше...
- Да, принимаю. Что же тут плохого? – не нарочно удивилась Лада, – Почему нельзя?
- Чтобы принимать цветы от слуг, нужно быть слугой. …Или в качестве почести, – Рамзес по-прежнему не смотрел на неё.
- Так я и есть служанка …почти, – деликатно напомнила, ни с чего провинившаяся.
- Никто не заставляет тебя выполнять ту работу! – Рамзес искоса блеснул кошачьими глазами.
- Тогда мне придётся уйти из дворца.
- Почему… Почему, ты не хочешь меня понять?
- Эти цветы я получила в знак благодарности, - Ладу так же охватил гнев, который она не собиралась теперь сдерживать, заговорив почти скороговоркой, – от мужчины, жене которого я помогла родить. Два дня назад, когда я шла к Тате, я встретила бедную женщину, которой стало плохо. Она живёт не далеко. Я помогла добраться ей до дома. У неё начались роды, а дома никого не было, только дети. …Она родила сына. А когда вернулся её муж, то не знал, как отблагодарить меня. Потому я попросила, в благодарность принести мне букет белых цветов. Они мне очень понравились, когда я видела их в храме Единого Бога.
Рамзес повернулся к ней уже в более спокойном виде.
- Неужели…- озадачился он.
- В этом есть что-то плохое? - продолжила Лада, всё так же быстро, - ...Когда Урани будет рожать, ты же не позволишь ей страдать? И чтоб она была в это время одна. Наверняка с ней будут опытные лекари. ...Ждать, наверное, осталось не долго? – теперь Лада отвернулась от фараона. Сама ситуация была унизительной для неё и то что она сказала тоже чем-то низким.
- Она не беременна.
Как жал, - героиня удивлялась своему новому саркастичному качеству, которое, между тем, стало проявляться почти во всём, - Ну ничего... Если не получится с Урани… У тебя же были и другие любовницы? Поинтересуйся, может кто-то из них тебя обрадует. Тоже ведь …не плохо?
Ты беременна?
Лада совсем упустила из виду, что среди множества возможных его любовниц, она оказалась явной.
- Да, – с лёгкостью ответила она. Но, осознав сказанное, покраснела. А потом пришла в настоящий ужас, когда Рамзес опустился перед ней на колени и обнял. Его радость нельзя было не заметить. От поцелуев она пришла в полное смущение и стала отстраняться, - Нет, Рамзес, нет... Я соврала, – честно призналась Лада.
Он отпустил её и отошёл в сторону. Такой перепад чувств не прошёл бесследно.
- Уходи! - Рамзес взмахнул рукой, указав на дверь. - Видеть тебя больше не желаю!
Не усугубляя обстановку, Лада выбежала из зала и опять закрылась в своих комнатах.
Когда она скрылась, Рамзесу пришлось признать, что он погорячился. От досады ударив рукой по расписной стене, он позвал стражу и приказал не выпускать обманщицу за пределы дворца ни под каким предлогом.
Вечером Ладу навестила Тата. Узнав о новом инциденте, она обещала попросить мужа приютить её у них. И, на следующий же день, она сообщила, что Хеб не против и Лада может приходить к ним жить хоть сейчас.
Лада тут же собрала свои нехитрые пожитки и уже следующим вечером, готова была к переезду. Однако, не попрощаться с Рамзесом, не поблагодарить его обо всём, что он сделал для неё, было неприлично. Да и встретиться им, наверняка, придётся ещё не раз. А может… любимого Рамзеса, она больше и не увидеть до отбытия в свой мир…
Оставив сумку в своей комнате, она снова попросила распорядителя отвести её к фараону.
Фараон, отдыхая в одной из своих комнат, принимать никого не собирался.. Эта комната была невелика, очень нравилась ему и часто он ночевал именно здесь.
Рамзес сидел в большом плетёном кресле, подперев голову рукой и погрузившись в свои мысли. Вечные лампы тут горели редко. Пламя огня, пылавшее в чаше на золочёном треножнике, наполняло комнату бликами. В воздухе чувствовался аромат курящихся растений.
Из прострации его вывел слуга, сообщивший о приходе Лады, которая желает попрощаться перед тем, как навсегда покинуть дворец. Рамзес, дав своё согласие, приказал их не беспокоить.
Лада вошла и молча поклонилась.
Рамзес тоже молчал, стоя в отдалении он глядел на неё. Не зная как это расценить, розовея от смущения, Лада заговорила первой, пристально разглядывая свои ноги.
- Я пришла сообщить, что оставляю ваш дворец... И хочу сказать, что благодарна за помощь... - она подняла глаза на Рамзеса, собираясь с мыслями. Но он, как-то вдруг, очутился вплотную к ней и обнял. Он горячо дышал, а в его чёрных глазах отражались мерцающие блики пламени... Она, не в силах сопротивляться любимому, всё же попыталась убрать его руки. Но он поднял её и отнёс на ложе, скрывавшееся за бирюзово-бордовыми прозрачными занавесями.
- Останься со мной, - проговорил он, возвышаясь над ней и не позволяя ей шевельнуться.
- ...Я не могу. …Я должна, - прошептала она, пытаясь высвободиться.
- Ты согласна стать моей второй женой? – не обращая внимания на её протест, спросил он.
- Мне нужно домой... Обязательно... Очень... нужно.
Рамзес стал страстно целовать её губы. Его нежность и напор лишали её всякой воли.
- …Ты обманщик, – всхлипнула Лада, наслаждаясь его поцелуями. – …Позволь мне вернуться и жить так, …как мне предназначено.
- Поздно, – не отрываясь от ласк, прошептал Рамзес. – Теперь это тоже твоя судьба.
- Что мне …здесь …делать? – прикрывая глаза, прижимая его голову к своей груди, тихо простонала она.
- Будь моей …женой, – Рамзес остановился и проникновенно всмотрелся в глаза возлюбленной.
- Я… согласна... - прошептала она и крепче обняла его.

@темы: "Атум". 8-11

23:32 

"Атум".(4-7)

глава 4.
Наступило утро. Слабый ветерок колыхал занавесь на окне, принося с собой запах росистой зелени.
Проснулась Лада и сладко потянулась.
«Никогда не ожидала, что в Древнем Египте такой приятный климат», - подумала она и ногой потянулась за платьем, которое лежало на краю её постели.
Несмотря на короткий сон и столько разом свалившихся приключений с проблемами - она чувствовала себя прекрасно. Лада даже удивилась своему приподнятому настроению. И, повернувшись, заметила, что Тата давно не спит. Она лежала на спине и о чём-то сосредоточенно думала.
- Доброе утро, - Лада приподнялась на своей кровати, прикрываясь тоненьким льняным покрывалом. - Обдумываешь дело?
- …Скоро нас отправят жить во дворец, - без предисловия стала излагать свои мысли Тата, при этом опершись на локоть. Покрывало только до пояса прикрывало тело, она была очень красива в этот момент. - Я буду проситься остаться здесь. Если я буду здесь, - подчеркнула она, - у нас будет больше шансов уговорить вернуть нас.
Пришёл слуга, принёс завтрак и, оставив его в соседней комнате, которая отделялась от спальни лишь шёлковой шторой, не докладывая об этом - ушёл.
- Только поэтому желаешь остаться здесь? - подозрительно спросила Лада. Она встала с постели и стала одеваться.
- Одно другому не мешает... - протянула интриганка. – Я тебя не понимаю. Мы должны вернуться домой или нет?
Лада недоверчиво ухмыльнулась.
- Хеб... он меня не любит, - решила выговориться Тата, - Постоянно строг со мной. Я ищу с ним встречи, а он заинтересован только своим влиянием, по-моему... А ты, конечно, можешь отправляться во дворец. Рамзес, скоро полноправный фараон, - Тата жестом выделила это слово, – похоже, любит тебя. Может ты, в свою очередь, сможешь повлиять на него? ...Пожалуйста, сделай хоть что-нибудь для нашего возвращения. Ведь я не могу одна! ...Даже не понимаю, чего ты выжидаешь.
С чего ты взяла, …что он меня любит?
- Разве это не видно? - невинно поинтересовалась Тата.
- ...Нет.
- Это очевидно.
- И что я должна делать? – Ладе это явно не нравилось.
- Ничего, – резко ответила Тата и встала с постели, обматывая покрывало вокруг себя.
Они позавтракали. Тата решила не откладывать свой план на потом и сразу отправилась к верховному жрецу.
Лада осталась одна, не зная чем себя занять до прихода писаря во второй половине дня.

С восточной стороны храма располагались красивые письмена на стене с изображением пояса зодиака. Лада их заметила уже давно и теперь решила рассмотреть их чуть лучше. Нужно было попасть на противоположную часть храма.
В храме стояла тишина и создавалось впечатление, что он пуст. Но это было не так. Многие жрецы сейчас работали в поле или в огороде, пока жаркое солнце ещё не заставило их вернуться в свои кельи. Только лишь в большом центральном зале она заметила двух из них.
Пройдя по прохладным коридорам, она вышла на светлую террасу, своды которой удерживали отполированные до блеска белые колонны. Подобные террасы были со всех сторон храма. Он был очень большим.
Царило утреннее умиротворение, наполненное голосами многих птиц. Тут, в восточной части храма, в саду, красовалась большая поляна красивых крупных цветов с алыми лепестками. Они издавали чудный сладковатый аромат.
Солнечные лучи, падая на прохладный, белый, мраморный пол, слегка согревали его - очень хотелось пройтись по нему босыми ногами...
Лада остановилась у стены с иероглифами и стала читать. Как смогла она понять, в этих письменах говорилось о создании египетского царства, о том что: "Первым человеком и богом Та-Мери был Тот, кто открыл огонь. Его сын, Осирис и его брат, и Гор, сын Осириса и Изиды, были первыми правителями Та-Мери. После них царствование передавалось по наследству их прямым потомкам на протяжении тринадцати тысяч девятисот лет. Потом наступила эра власти полубогов, продолжавшаяся одну тысячу двести двадцать пять лет..." - Задумавшись о том, что она даже не знает, сколько же лет отделяет её от дома и, проводя рукой по гравюре на стене, произнесла вслух:
- ...Так какая же сейчас эра?..
- Эра Льва, - кто-то ответил на её вопрос.
- Эра Льва... - повторила она, не заметив подсказки. - Эра Льва? – спохватилась она и обернулась. Рядом стоял Рамзес. Лёгкий румянец покрыл щёки Лады от такой приятной неожиданности.
Рамзес - мужественно красив, статный, средних лет - Лада подумала, что, наверное, его можно было бы назвать идеальным представителем мужского рода... Мысль промелькнула очень быстро. И она интуитивно сделала лёгкий поклон в знак приветствия.
Он подошёл к изображению пояса зодиака и положил ладонь на изображение Льва, посмотрев на Ладу, ожидая взаимных действий.
- В какое время ты жила? - спросил он, заметив её неуверенность.
Лада окинула взглядом гравюру и положила ладонь на противоположный знак. Она не знала, права ли она… Но знак с волнами, сильно походил на символ Водолея.
"Сколько же это лет?" - размышляла Лада, пытаясь что-то подсчитать, тайком загибала пальцы словно ребёнок. Вычислив, таким образом, количество пройденных лет, она с несколько ошарашенным видом взглянула на фараона.
- Двенадцать тысяч лет? - пролепетала она и явно погрустнела.
Рамзес не ответил.
- Расскажи мне о своём времени, - вывел он её из задумчивости с несомненным намерением приободрить.
- С удовольствием, - оживилась она, почувствовав внимание фараона. – Но, не отниму ли я у вас время? И, к сожалению, я не знаю где верховный жрец и не смогу вас к нему отвести.
- Я искал тебя, – понимая обманчивое кокетство гостьи с улыбкой ответил Рамзес. Лада опять невольно смутилась и Рамзес предложил ей спуститься в сад.
- Не уверена, что смогу хорошо рассказать, – уже честно, тихо отозвалась Лада. - Моя речь не богата...
- Ты себя недооцениваешь, - успокоил её фараон.

глава 5.

День подходил к концу.
Путешественницы весь этот день просидели в храме, далеко не отходя от своей комнаты. Они были теперь сильно утомлены скукой и вдруг наступившим однообразием, от которого они уже успели отвыкнуть.
Нетронутый ужин уже час стоял на столе. Но, не смотря на влекущий аромат овощных пышек и травяного чая, к ним было лень подойти. Вдруг, неожиданно резко, Тата встала с места.
- Не хочешь сходить на улицу?
- Нет, - помедлив, ответила Лада.
- Как хочешь, а я пойду, – осведомила её Тата. Она, похоже, могла бы сказать и больше относительно подруги, что было заметно по её мимике. Но сдержалась.
- Повидаться с Хебом?
- Повидалась бы, - невозмутимо отозвалась она. - Только его здесь нет, уже два дня.
- Правда?.. А где же он?
- Занимается решением важных вопросов.
- Каких?
- Не знаю, - Тата посмотрела на подругу немного раздражённо.
- Не сердись.
- Не скучай, - закрыв за собой дверь, она ушла.
Лада осталась одна. Она подошла к распахнутому окну и стала разглядывать сине-багровое от заходящего солнца небо. Вдохнув аромат тёплого воздуха, она всё же решила составить Тате копанию. Быстро натянув тёмно-синее тонкое платье, она побежала из храма.
Таты след простыл.
«Жаль, что я ничего тут не знаю… Где ж мне её искать?» - подумала Лада, вздохнула и пошла вокруг зелёного сада.
Но Тата отнюдь не была на улице, а решила всё же проверить присутствие Хеба в храме, а потому пошла по давно изученному ею холлу, который, однако, Ладе ещё известен не был.
Было слышно церемониальное пение жрецов и Тата пошла на эту мелодию. В зале оказалось трое служителей ничего интересного не выполнявших. К тому же, они мало обратили на неё внимания. И, к сожалению, Хеба между ними не было.
Обидно. И Тата побрела дальше.
Дверь в запретную для неё комнату оказалась приоткрытой… Давно она знала о ней. Но прежде не входила, не смея ослушаться Хеба.
В коридоре становилось всё темнее. Она прислушалась - теперь не было слышно ни чьих голосов – жрецы уже закончили свой повседневный ритуал. Наступила привычная тишина и, Тата осторожно заглянула за дверь. Там тоже никого не оказалось, но она не могла не ахнуть.
Комната ничем не освещалась, было темно. Посреди неё стоял каменный по виду постамент, на котором ярко светился невероятно огромный камень неизвестного ей происхождения. Вокруг постамента, образуя полукруг, располагались пять овальных зеркал. На одном из них, как на экране, светилась живая картинка. Там был зелёный лес с деревьями, уходящими своими кронами далеко в небо.
Тата не заметила, когда очутилась у этого экрана. Увиденное зрелище заворожило её. Разглядывая таинственный камень, она остановилась на одной из его сверкающих граней в точности отражавший экран с лесом.
"Как красиво..." - промолвила она, дотронувшись до грани рукой.
Тут же пол вокруг неё и камня окружило синее кольцо света. Комната засияла таким же мощным свечением, сквозь которое нельзя было увидеть даже собственных рук, если их поднести к самому лицу. Не успела она опомниться, как всё погасло. И её окутала сплошная тьма.
Когда глаза привыкли к темноте, и она стала различать свет где-то в дали, то, недолго думая, сразу пошла к нему.
- Какой ужас… - пролепетала Тата, со стоном в голосе. - Кажется, я что-то натворила…
Пол сумрачной пещеры был немного скользкий и ей нужно было ступать с особой осторожность. Тем более, что Тата совсем не понимала куда идёт. Лишь маячивший впереди блик света был для неё единственным ориентиром.
Скоро комната резко сузилась и Тата вошла в тоннель. Здесь уже свободно проникал свет и она, тяжело дыша от волнения, ринулась навстречу свободе.
Вырвавшись наружу, она совсем растерялась.
Это был лес. Именно тот лес, который отражался на экране одного из зеркал-мониторов. Но, ни храма, ни города - не было в помине. Только лес и совсем небольшой холм, из которого она только что вышла.
Эй! – неуверенно пробуя голос, окликнула она. Но не получила ответа, - Эй!!! Есть тут кто-нибудь? – теперь завопила она. Однако, на эхо, разнёсшееся по лесу, ей опять никто не ответил.
«Одна...» - в мыслях простонала Тата и присела на корточки от испуга.
Пришлось долго покричать, пока она устала. Устав, она огляделась. А потому смогла увидеть дорожку, от чего немного успокоилась. Довольно ухоженная, эта дорожка вела прямо через лес.
Странно, но даже растения, казалось, были окультуренными. Пели птицы, слышались и звериные голоса. Но ни самих зверей, ни людей она не заметила, пока не закончился лес.
Но далее, она увидела большое беленое здание, рядом с огромных размеров кратером, из которого время от времени поднимались летающие бочки доверху чем-то гружёные. Эти бочки влетали в здание и возвращались в кратер уже пустыми, что было ясно по их более свободному перемещению. Так же редко появлялись и люди в закрытых костюмах, похожих на скафандры чёрного цвета. Там слышался глухой постоянный гул. Видимо там велись какие-то разработки, о которых Тата слышала от Хеба.
Дальше Тата идти не решилась. Это казалось опасным. Она чувствовала себя уставшей и растерянной. Сев на землю, она заплакала от досады на то, что не послушала запретов жреца и не поступила по примеру Лады. И на то, что, возможно, сломала что-то в тех приборах. На то, что очутилась совсем одна и то, что потерялась в целом мире, а подруга совсем не желала ей помочь…
Вдоволь набродившись вблизи храма по чистым вымощенным улицам, насмотревшись на повседневные занятия местных крестьян, но так и не встретив Тату, Лада затемно вернулась в свою комнату.
Было всё по-прежнему тихо и спокойно. В залах зажгли огни, в них горел странный мягкий свет, похожий на электричество.
Их комната оказалась пуста. …Тата всё ещё не вернулась.
"По-моему, она решила помочь Хебу в решении важных вопросов основательно..." – расстроенно, подумала Лада.
Не спеша, она поела сидя у окна. Но ложиться спать пока не хотелось. И она опять вышла из комнаты.
Неуверенно, мучимая волнением и совестью, она направилась в ту часть здания, в которую запрещалось им ходить и в которой она, не так давно, подслушала странный разговор с незнакомцем.
Интересного ничего не было. Коридоры сменялись один другим, белые стены с лишь изредка зажжёнными лампами...
В ближайшем зале послышались шаги и Лада посчитала для себя разумным спрятаться за увесистой шторой скрывавшей большое округлое окно. Прислушалась. Уже кто-то шёл не далеко от неё, впереди. Надеясь уловить там Тату, она на цыпочках прокралась за звуком удаляющихся шагов.
Совсем не Таты фигура мелькнула за углом. Но Лада всё ж последовала дальше. Она ускорила шаг и, повернув за угол, поняла, что то был ни кто иной, как Рамзес. Он не заметил её и вошёл в дверь, в ту саму комнату, в которую ранее вошла Тата и уже известную ей.
Лада подбежала следом и остановилась у дверей не решаясь войти. Было жутко интересно, вдруг почувствовать себя девочкой и начать играть в шпионов.
Она простояла так не долго. Постучала - никто не ответил. Тогда она загляну внутрь – Рамзеса там не оказалось. Набравшись смелости, она вошла. И сразу стала искать дверь, через которую мог уйти будущий фараон.
Стены оказались гладкими, серыми и без малейшей зацепки - дверей там никаких не было. И тогда она, обратила своё внимание на самую главную ценность этой комнаты…
- Вот это дела... - прошептала Лада, добравшись до манящего интерьера. - Кто бы мог подумать! И это в древности... Хотя, о чём это я?
Она потянулась к кристаллу. От исходящего света рука будто просвечивалась. Она окинула взглядом экраны и остановилась на изображении с лесом.
В коридор заглянул служитель. Проверил освещение и закрыл не плотно прикрытую дверь. Дверь хлопнула, от чего и без того подрагивающая рука Лады всплеснула и нажала на грань кристалла. Совсем другую. И не успела Лада опомниться, как очутилась там, где никак не ожидала оказаться.
Быстро оглядевшись, она поняла, что стоит на трёхметровом, багровом, каменном диске. По его окружности виднелись странные письмена и знаки.
Лес!
Вокруг был странный лес... Невероятные и завораживающие своим видом деревья - высокие, что кружилась голова.
Лада спрыгнула с каменного постамента, желая разобраться в обстановке. Под ногами оказалась странная лужайка с фиолетовой травой и бордовыми соцветиями.
Пробивающееся сквозь деревья белое солнце, наполняло лес зеленоватым светом. Первобытный и прохладный лес - просто неземных красот... тут было как-то страшно и неловко.
Коричнево-чёрные стволы деревьев, поросшие зелёным мохом и синей ползучей травой с тёмно-розовыми цветами, почти такие же, как та трава у камня…
Нет никаких храмов и домов – ничего, кроме этого фантасмагоричного леса.
"Это какой-то титанический храм..." - Лада бросилась бежать. Туда, где ей виделось больше солнечных лучей. Где, возможно, есть открытое пространство и она сможет подняться на вершину какого-нибудь холма, чтоб осмотреть окрестность. По пути она отрывала лоскуты от своего платья и бросала их на землю – вдруг придётся вернуться...
Она пробежала очень далеко и платье теперь было оборвано до колен.
Где-то, совсем близко, она услышала шум - шум морского прибоя. Недолго думая, она побежала навстречу этому звуку.
Она выбежала на океанический берег. И - почувствовала себя песчинкой в этом чудном мире. Вода была бескрайней – настоящий титанический океан! Океан этот был настолько огромный, что в дали невозможно было понять, где заканчивалось море и начиналось небо. Будто океан, упираясь в горизонт, перетекал в небесное море и, начинал окружать собой всю эту чудовищно-странную планету.
- Спасите меня!!! - что есть сил, крикнула она. Но, кроме шума волн ей никто не ответил. Упав на колени, странница заплакала.
А сюрпризы ещё не заканчивались. Лада заметила очень, очень большую волну, неуклонно поднимающуюся всё выше и превращавшуюся в какой-то скользкий блестящий на солнце остров. Этот остров оказался ни чем иным как рыбой, не меньше тридцати метров в длину... Монстр умудрился взлететь над водой.
Лада подумала, что он закрыл полнеба. От ужаса она шлёпнулась на землю и застыла лёжа на спине не решаясь двинуться с места.
Кит упал в воду, образовав огромнейшую волну, которая неизбежно бы накрыла бедолагу, если бы та вовремя не опомнилась и не бросилась что есть сил обратно в лес.
Переведя дух, она приняла решение вернуться к камню и попытаться привести его в действие.

Тата нарыдалась вдоволь и теперь сидела, наблюдая за работой кипящей в дали.
- Тата?.. - услышала она тихий голос над собой. Она встрепенулась и подняла голову. Позади неё стоял Рамзес. В руках он сжимал странную короткую, золотую трость, по всей длине которой пробегала тонкая, голубая, световая линия. - Ты здесь? Кто пустил тебя сюда?! - грозно спросил он.
- Я, я-я-я сама... - заикаясь, ответила Тата, вставая на ноги и машинально смахивая обрывки сухих листьев с платья.
- Одна?
- Да, – только смогла сказать она, сильно кивнув головой.
- Будь здесь. Я скоро вернусь, – приказал Рамзес и направился к разработкам в кратере.
Прошло не много времени, прежде чем показался возвращавшийся фараон вместе с верховным жрецом. Хеб был одет в такой же комбинезон как те, что она видела у кратера на выходящих людях. На груди у него красовалась маленькая эмблема с изображением золотой змейки.
- Как ты посмела!? - без предупреждения и тени понимания, накинулся верховный жрец.
- Прости... - почти простонала Тата.
- Я был бы рад, если бы ты сейчас пропала и вернулась к себе! - Хеб не сдерживал свой гнев. Рамзес удивлённо взглянул на него, но понял, что тут может быть что-то личное.
- Но… почему?.. - прошептала она в ответ.
- Ты чересчур своевольна, - первый гнев Хеба уже схлынул и он стал говорить тише. Рамзес сурово молчал.
- Возвращаемся, - приказал он.
Хеб включил освещение в туннеле и они, не спотыкаясь и не шаря руками, как это делала Тата, спокойно дошли до портала. Через несколько минут они оказались в своём храме Единого Бога в Та-Мери.
Жрец сразу же вновь набросился на Тату и разразился всевозможными угрозами, часть из которых она не понимала из-за недостаточного знания языка.
- Хеб, - остановил его Рамзес, - что это? – он указал на двойную картинку в зеркалах и на кристалле. Был включён другой экран, и другая картинка живо светилась там.
- Что это!? - прогремел жрец, обращаясь к несчастной. Такая наглость явно казалась ему невообразимой.
- Я не знаю! Когда я была здесь, этого ...изображения не было! Я не знаю! - оторвалась всё же сдержанная Тата.
- Была здесь Лада? - взволнованно спросил Рамзес.
Не знаю. Она сюда не ходит.
Рамзес усмехнулся и молча отвернулся к экранам.
- Из служителей тоже, только со мной. Иди к себе! – приказал Хеб Тате и та метнулась прочь, лишь бы не видеть этого нахала.
- Я иду туда, - указал Рамзес на новый экран, когда Тата скрылась.
- Постой. Не оставляй оружие, оно может пригодиться, - Хеб протянул Рамзесу его жезл, который тот отложил в сторону. - И вообще, пусть остаётся там. Если это ...она.
- Хеб! Успокойся. - остановил его Рамзес, – Её мы спасли, – он взглянул на дверь, в которой недавно скрылась Тата.
- Да ладно… - Хеб растерялся и запнулся. - Мы нашли её случайно...
- Ты будешь меня сопровождать?
- …Пойдём, – согласился друг.
Они появились там вовремя, поскольку Ладу учуял хищный, динозавро-подобный зверь, и она, с криками, перебегала от одного дерева к другому. Но… были ли у неё шансы?
Если бы...
Кто-то сбил её с ног, что-то просвистело и вспыхнуло… Она не успела опомниться, как ящер упал рядом.
Лада перевернулась, что бы сбросить того, кто опрокинул её. И остановилась, узнав Хеба.
- Боже… Ты спас... меня, - пролепетала она. Он, не отвечая, лишь кивнул головой в сторону. Лада взглянула туда и увидела Рамзеса, бежавшего к ним.
Он помог им встать.
- О, я благодарна тебе Рамзес... Вам обоим. Я виновата… очень. Но я не намеренно... – искренне попыталась оправдаться девушка.
- Я не понимаю, о чём вы думаете? Ты и Тата, - сдерживая гнев, вопросил Рамзес.
В глазах Лады от досады показались слёзы: "Какая же я стала в суе обидчивая..." - с досадой подумала она.
От всего этого Хеб стал выглядеть растерянно.
- Уходим, - подытожил будущий фараон.

Придя в комнату и не обнаружив там подругу, Тата вернулась назад, несмотря на только что полученные угрозы.
Хеб, Рамзес и Лада уже вернулись.
Оборванное платье подруги взволновало вновь вошедшую в запретную комнату Тату.
- Что с тобой случилось!? - бросилась она к пострадавшей.
- А с тобой? – всхлипнула Лада, оглядывая испачканное платье подруги.
- Ты выглядишь… потрёпанной, - Тата указала Ладе на её лоскуты, именуемые платьем.
- Не волнуйся, это я сама себе его оборвала.
- Если не считать озорного динозавра, - иронично добавил эвен.
- Что ещё за динозавр?
- Что это за время? - обратилась Лада к Рамзесу.
- Это другая планета, - убедительно ответил он, – Недавно открытая Великим Дингиром Ра.
- А что вы на ней делаете? - тут же поинтересовалась Тата.
- А вас тут вообще не должно быть, - поставил точку в разговоре Хеб.
Тата презрительно сузила глаза, взяла подругу за руку и, гордо развернувшись, они вместе пошли к выходу.
- Ещё один вопрос, - остановившись у двери, спросила она, - Где была я?
Не далеко от сюда, в Бат-Тибира, - пояснил жрец.
Где?
Вон отсюда!
Тата с Ладой ушли.
- Не хотел бы я ропота среди жрецов… Как ты думаешь, если я женюсь на ней… конфликт будет меньшим?
- На ком?
- На Тате.
- Да, это хорошее оправдание, – Рамзес положил руку на плечо друга с притворной поддержкой. - Женись. Отличный выбор! А главное, вам не придётся скучать.
Жрецы испытали бы и в самом деле спокойствие, в случае проникновения к порталам жены верховного жреца. Свободный же доступ был попросту неприемлем и карался весомыми денежными взысканиями с изгнанием из жреческой среды.
Тата не унималась. И, дождавшись, пока уйдёт Рамзес, а Хеб останется один - опять заявила о себе.
- Хеб! – окликнула его она. Он повернулся к ней с видом, уставшим от дел сегодняшнего дня. - Я хочу попросить... - Тата уж и сама не хотела надоедать, но... - Можно я останусь жить в храме? - она собралась продолжить, что, мол, будет вести себя тихо и незаметно, что будет выполнять разнообразную и нужную работу по хозяйству... А это она считала для себя серьёзной жертвой...
- Я думал об этом, - остановил её порыв Хеб, - Ты сегодня столько навредила... Но от тебя должен быть прок, – жрец ещё раз быстро взвесил свои намерения. - Почти богиня... Слухи в народе уже ходят. …Если хочешь остаться здесь, то станешь моей женой. Согласна?
Тата не ожидала такого поворота событий. Не знала что ответить и что решить. Но... заманчиво было согласиться.
- Подумай об этом до утра. И, если согласна, сообщи, – завершил Хеб.
«…Скоро, очень скоро Рамзес заберёт Ладу во дворец. Он не безразличен к ней. Что буду там делать я? - быстро соображала Тата. - Хеб… он поближе будет к богам…»
Жрец поклонился Тате небольшим кивком головы, что сделала в свою очередь и она. После чего эвен ушёл, оставив невесту в полном недоумении.

Глава 6

Очнувшись ото сна, Лада услышала тихие шаги.
- Тата?
- Доброе утро.
- Ты где была? Ночью я проснулась, а на столе записка - "Буду не скоро" - и всё!
- Знаешь... - повернулась Тата к Ладе и медленно присела на край её постели, - Я выхожу замуж, послезавтра.
- Что!? – Лада не смогла поверить своим ушам, – Как это, «выхожу замуж»?
- Хеб предложил мне в тот вечер, когда мы проникли ...куда нам не следует, – довольно прикрыв глаза, ответила Тата.
- …А как же …возвращение домой?
- Все остаётся в силе.
- …Не знаю, что и сказать. …Что уж тут может быть в силе?- растерялась Лада.
- Не обижайся, – Тата изобразила снисходительность.
- Я не обижаюсь, просто я была совсем одна, совсем. Тебя не было целые сутки! Пришла …и такое заявляешь. …Мне не с кем было даже …поговорить. И ты застала меня врасплох. Согласись – это же глупость какая-то!
- Ты могла бы сходить во дворец. Чем сидеть здесь… - возразила невеста, встала и отошла к столику, налила себе воды из стоявшего тут кувшина и отпила.
- Как? Я не могу... И зачем?
Тата бросила укоризненный взгляд.
- Выбрось эту ненужную скромность, - ответила она и шумно поставила кружку на столик. - Иначе, мы будем говорить с тобой только о погоде.
- Ладно... Но во дворец меня бы не пустили. Не проходной же двор!
- Нас здесь уже каждая собака знает. Слухи расходятся быстро, - понизив голос, сказала Тата.
- Ну, прошла бы я туда и что?
- Не знаю... - удивлённо, пожала плечами Тата. - Но время ты потратила зря.
- Ладно. Так где была ты?
- Ночь я провела в доме Хеба, - с нескрываемым удовольствием ответила будущая половина Верховного Жреца.
- А... - кивнула Лада, по прежнему уныло сидя на постели, - А днём где ты была?
- У портных. Одежду, обувь на заказ... Мне ведь нужно приданое какое-то.
- Надо же, Хеб такой молодец... – монотонно поддержала Лада.
- Ну, не совсем, – Тата опять села с ней рядом.
- От чего ж?
- Деньги на приданое дал не он, а Рамзес. Ведь это же приданое, его как бы я должна предоставить.
- И почему я всегда не у дел?..
- ...Вчера утром, когда ты ещё спала, за мной пришёл служитель. Он сказал, что Хеб желает меня видеть... Я оделась и пошла к нему. Он был с Рамзесом, - Тата остановилась на этом имени, желая видеть реакцию подруги. - Он сказал, что божественный фараон желает сделать подарок к нашей свадьбе. …Рамзес предложил мне выбрать, что мне хочется. Я подумала и решила, что мне нужно приданое. Мне ведь нечего одеть... хотя бы на первый случай! Мне нужна одежда, не такая скромная как у нас, украшения... Ведь мой жених - влиятельный человек.
- Да, конечно… – грустно согласилась Лада.
- Вот, посмотри! - Тата заглянула за штору и достала сферическую розовую шкатулку усеянную сеточкой бусин. Она открыла крышечку-верхушку и стала доставать драгоценности: ожерелье, браслеты, серьги... Их , казалось, не много, но они были внушительны и прекрасны.
- Какие камни - у Лады захватило дух от восторга.
- Здесь лазурь, несколько цветов граната, янтарь... Изумруды, - Тата достала серьги, - это жемчуг.
Лада взяла лазурное ожерелье и примерила на себя. Это были квадратные пластинки, оправленные в золото. Тата отодвинула с её груди прядь волос.
- Ты можешь одеть его на моё бракосочетание, если тебе нравится.
- Нет, - Лада расстегнула ожерелье и положила его обратно в шкатулку. Но Тата вынула его тут же и вложила в руку подруги.
- Пусть оно будет твоим. Я, в свою очередь, хочу сделать тебе подарок. И хочу, что бы ты была красивой на моём празднике. ...Рамзес потеряет голову от любви.
Лада хмыкнула улыбнувшись.
- Посмотри на изумруды. Я одену их, - продолжила Тата, - Такое же украшение на голову мне принесут сегодня. И такие же браслеты.
Рассматривание украшений захватило обоих. Смех был слышен далеко за окном.
- Ой, Лада... я так рада! И, могла бы сказать... что не хочу возвращаться обратно.
- Твоё счастье понятно, ты же влюблена...
- Нет, - легко отмахнулась Тата. Это лёгкое отношение к любви её подруга никогда не понимала. Как можно не ценить себя до такой степени, чтобы ложиться под каждого, кто приглянётся. А уж выйти замуж... - супружество, это таинство, оно священно и неповторимо. Лада всё же старалась не осуждать подругу и принимать её такой, какая она есть. А ещё больше старалась не думать о её похождениях, ведь в остальном красивая Тата была замечательной. - ...Я хочу его, мне хорошо с ним. Но это не любовь. А вот ты влюблена без сомнений.
- В кого? - Лада вздрогнула так, будто её застали врасплох во время воровства.
В Рамзеса. ...Или в Хеба? - спокойно поинтересовалась Тата. Лада растерянно остановила на ней взгляд, - Ладно, прекрати. Конечно, в Рамзеса.
Нет... Нет... Я не хочу его любить. Мне это не нужно. Нет.
Что? - не понимая, коротко переспросила Тата. Но Лада лишь протестующе помотала головой. - ...Рамзес очень красив. Меня саму иногда влечёт к нему. Он такой... особенный что ли... Это ещё одна причина, почему я не могу сказать, что влюблена в Хеба, - голос Таты чуть дрогнул.
- Тогда зачем ты выходишь замуж?
- Потому, что я хочу выйти замуж.
- А Хеб, он любит тебя?
- Могу сказать, что наши чувства взаимны. Мы хорошо проводим время. А иногда мне кажется, что он хотел бы видеть на моём месте ...тебя.
- Да, похоже, вы с ним – пара, - подытожила Лада.
- Ты думаешь, он будет мне изменять? - В голосе Таты прозвучала настороженность.
- А ты ему? - Тата задумалась. - Что ты так задумалась? Неужели изменишь при удобном случае? Да? - Лада расхохоталась, а Тата необычно зарделась и тоже рассмеялась. Вскоре причина смеха была забыта.
- А вот и завтрак, - заметив служителя принёсшего кушанье, воскликнула Лада, - Я хочу есть, очень!
Тата поспешно уселась за стол, но пирожное с душистым чаем ела довольно лениво. После завтрака они вышли на улицу.
- Хочешь, я покажу тебе дом, в котором я теперь буду жить? И, я не сказала... сегодня я тоже буду спать там. Ты не будешь обижаться? - грустная подруга конечно же не возражала, - Лада, но если ты хочешь, я останусь с тобой!
- Да нет же! Не хватало ещё...
- Тогда почему такая грустная? Ты всегда весёлая, а сейчас прячешь глаза. Вот, сейчас заплачешь... – Тата убрала волосы с лица подруги. Лада отстранила от себя её руку.
- Я просто дура, - чуть не плача ответила она.
- Бог ты мой! Да скажи причину!
- Её нет...
- Пойдём, - Тата взяла спутницу под руку и повернула в другую сторону.
- Возвращаемся?
- ...Не совсем.
- Куда мы?
- Во дворец.
- Что? - всхлипнула Лада и остановилась, - Я не пойду!
- Да что ж такое?! Успокойся уже, - Тата крепко сжала её запястье и потащила за собой.
- Я боюсь...
- Ничего.
- Что мы там будем делать?
Мы попросим аудиенции. А потом, Рамзес, наверное, покажет нам твоё будущее жильё.
...Позорище.

глава 7.

Три дня пролетели быстро и во время торжества, в месяце акити, посвящённого одной из ипостасей Триединого Бога, Тата была объявлена женой Хеба - Верховного Жреца.
Теперь она жила в небольшом, но удобном доме своего мужа. Дом находился не далеко от храма и подруги могли встречаться хоть каждый день.
Однако, не прошло и недели, как Рамзес потребовал чтобы Лада перебралась к нему, жить во дворце на правах гостьи.
Для Лады были отведены две комнаты: спальня - окно которой выходило прямо в цветник, там, невдалеке, струился фонтан, журчание которого слышалось и в спальне. И комната для ухода за собой с маленьким бассейном, ванночками и шкафчиками, с разнообразными притираниями. Лада пришла в восторг от такого удобства, ведь она уже давно обходилась самой малостью.
Для ещё большего удобства к гостье приставили молодую служанку Нуит, которая уже была наслышана о чудесном "рождении" своей хозяйки и всячески старалась ей угодить. Но, добрый нрав Лады вскоре раскрепостил Нуит и они смогли говорить на свободные темы, чем и скрашивалось безделье.
Всё же, первые дни во дворце оказались слишком непростыми и полными размышлений.
Рамзес ещё не был полноправным фараоном. Его отец, по старости лет, передал власть ему. Но всё ещё многие вопросы решал сам.
Видимо, природа людей во все эпохи одинакова. И здесь нашлись свои горячие недовольные головы.
Нашлась горстка из народа, возмущённая главенством богов, которых они, по-видимому, даже и не видели.
Возмущённые тем, что боги не знают своих подданных, устанавливают для них законы, выбирают правителей, не спрашивая мнения людей - решили со всем этим покончить. Полностью уверенные в том, что народ достаточно умён для самостоятельных решений. Ведь кто лучше знает свои собственный нужды!?
Всё началось с глупой мысли, мимоходом брошенного слова сгоряча ... - оно было подхвачено и одобрено, переросло в возмущение и накалилось до безумной ярости.
И вот, во время прогулки, когда Рамзес остался наедине с собой в густом придворном парке, один из привёзших провиант крестьян был направлен другом и совершил нападение на монарха, с секирой в руках.
Неожиданное нападение наверняка бы стоило жизни фараону, если бы не приобретённые воинские навыки, полученные с детства. Это и спасло его.
Конечно же, два преступника тут же были схвачены и публично казнены в течение суток. Однако, былое доверие к народу оказалось нарушено. Следовало начать применять жёсткие меры по урегулированию смут.
Приказ Рамзеса в сознании Лады был необдуманно жёстким и немилосердным. Её охватило смятение с переполнявшими голову мыслями и чувствами. Если бы она могла, то воскресила бы казнённых...
Теперь её не радовали ни ласковая природа, ни чарующая музыка, ни любовь… ещё недавно навевавшая милые грёзы - не могла тронуть её.
"...Ожесточи себя против всех подчинённых. Люди проявляют внимание к тем, кто держит их в страхе... – слова древнего фараона, когда-то прочитанные ею, крутились в голове как заведённые, - ...Будь одинок, не наполни сердце своё братом, не имей друга, не приближай к себе никого... поскольку в дни зла, нет вокруг человека людей… Я подавал нищим, я лелеял сирот... но тот, кто ел с рук моих, восстал..."
Очередной день она просидела у окна в тягостных думах. Солнце уже село, оставив за собой багряный след и синие сумерки стали охватывать сад. Кое-где садовники зажигали огни.
Лада решилась прогуляться. Перекинув ноги через окно, она спрыгнула на цветочную лужайку и вышла на мраморную дорожку, ведущую вглубь леса.
Она гуляла не долго. Леность и сумерки заставили её сесть на такую же мраморную скамью. Рядом зеленоватый свет фонаря освещал её. Она прислонилась к широкому стволу дерева и скрылась в тени его ветвей, закрыла глаза… и, спокойствие стало охватывать её душу.
Недалёкий шум вывел её из забытья и она открыла глаза. Звук голосов медленно приближался. И сквозь листву высоких розовых кустов она увидела Хеба с Рамзесом, тоже бродивших сейчас в саду.
В тени ветвей её не было видно, но Лада скрылась в них как можно лучше, и прислушалась... Беседа шла непростая, судя по серьёзности голосов, было бы не вежливо вдруг прервать её.
Из своей тени Лада приметила рядом разросшийся куст, густо усыпанный цветами дикой розы. За ним можно было отлично спрятаться, свет фонаря его совсем не освещал, и она мигом перебежала к нему.
Эта идея явилась вовремя. Собеседники, несомненно, направлялись к её скамье. И, хотя, по всему было видно, что окружающее их мало интересует, сердце Лады сильно забилось от волнения.
- Это цена власти - неблагодарность. Порядки нужно сделать более жёсткими, - Хеб, оглянувшись в тень сада, сел на скамью. Рамзес стоял рядом, прислонившись к дереву спиной и сложив руки на груди.
Девушка могла всё чётко видеть и слышать. Не ожидая скорого окончания разговора, она села на землю и стала внимательно слушать.
- И это ещё больше будет провоцировать мятежи, - уверенно ответил Рамзес.
- Недовольство будет в любом случае. И последствия его грозят всем нам, - эвен стал развивать мысли и рисовать картину будущего. Он был так выразителен в идеях, что Рамзесу пришлось остановить его.
- Вот почему ты стал жрецом. У тебя безудержное воображение, - подытожил он.
С минуту они молчали. В тишине Лада мелко изломала сухую травинку и ей показалось, что пауза уж слишком затянулась. Она теперь просто молча встанет и уйдёт.
- Моя жестокость меня угнетает, быть правителем тяжело... - заговорил Рамзес. - Если бы я знал, наверняка, что прав...
Хеб понимающе посмотрел на него.
- Управлять судьбами людей... Но потому ты и фараон.
Опять наступила короткая, но томительная пауза. Лада опустила голову на колени и глаза её наполнились слезами.
- Отец всегда невозмутим. Когда-то он мне говорил, что народ должен быть только народом. Правитель должен знать потребности народа, но не позволять ему решать.
- Отец твой прав, наше царство не тонет в богатстве, но народ живёт достойно. Им не на что жаловаться, - Хеб умолк и, нахмурясь, опять посмотрел в тень. - Не увеличивай их права, помни о благодатном кодексе. Установленном богами — не тобой. Больше свободы, больше благ только увеличат самомнение людей. Неизбежно появится призрачное всезнание. Найдётся предводитель, который поведёт народ на борьбу. Они свергнут старую власть. И станут править сами... Они станут править по-своему, а потом... Потом найдутся новые борцы, недовольные, и скажут: "раз этот правитель из народа, то почему не я, или не он, или не он?" - Хеб показывал рукой на предполагаемых собеседников. - Они будут свергать друг друга бесконечно. Это замкнутый круг событий, который приведёт к упадку... - жрец замолчал, он увидел, что Рамзес довольно улыбнулся, от чего у Хеба вопросительно приподнялись брови.
- Я благодарен тебе, Хеб. Ты подтвердил мои мысли.
- Что ж, очень хорошо. Так что же ты намерен делать дальше?
- Пока — ничего, – чётко ответил фараон.
- Ра спросит о случившемся. Это похоже на нарушение... его власти. Что мне ответить?
- Я сам отвечу.
- Если он спросит раньше условленной связи?
- Скажи, как есть, – развёл руками Рамзес.
У Лады затекла нога. Она хотела, скрытая ночной тьмой и листвой деревьев, наконец, убежать, но боль в ноге не позволяла. Она стала интенсивно растирать её под коленкой, то и дело поглядывая сквозь листву кустарника. Беседа продолжалась, но уже на отвлечённую тему. Онемение в ноге прекратилось и Лада, почти ползком, пробралась к соседнему кустарнику. Пришлось проделать это по направлению и к ещё нескольким. Дальше оказалось совсем просто, хоть и пришлось пробежаться, согнувшись почти пополам.
Кустарник, где только что скрывалась она, казался всё же подозрительным для собеседников. И, уходя из сада, Рамзес таки заглянул за него. Но ничего не обнаружил. К этому моменту Лада была уже у стен дворца.
Пролежав два часа на постели, полуночница поняла, что заснуть ей сегодня не удастся совсем. И, опять одевшись, она побежала в сад, будто спешила не опоздать к появлению какого-то чуда. Ворвавшись в сад, она замедлила бег и шла теперь быстрым шагом.
Ночь дышала холодным воздухом, он приятно охлаждал тело и даже сознание становилось более спокойным и трезвым. Не смотря на постыдные прятки и бегство, Лада была несказанно благодарна судьбе за этот случай. Ведь услышанное было очень важным для её понимания. Не было больше сомнений - можно опять смело доверять Рамзесу и не бояться его, как недавно. И это было здорово!

@темы: "Атум". 4-7

23:28 

"Атум".(1-3) Мила Кипрей.

Атум. Свет для Ра.

Вместо пролога.
Вечерело. Сумерки наполняли комнату, а уютные розово-голубые блики разбежались по стенам. Тата сидела в кресле-качалке и блаженно следила за серебряной стрелкой часов висевших напротив. Стрелка мягко жужжала, вращаясь по глубокому синему полю с пейзажем заиндевелых трав. В руках её распался на крупные дольки, чудесный оранжевый апельсин. С лёгким нетерпением она отламывала кусочек и, с блаженным удовольствием, отправляла его в рот… замирала, наслаждаясь его сладким свежим соком, прикрывала глаза и… вновь тянулась за долькой.
Наконец стрелка подобралась к пункту назначения и Тата, решительно расставшись со столь удобным креслом, принялась собирать ароматные корки разбросанные ею же по полу. Надо сказать, что в другой день она бы просто подсунула их ногой под диван и на долго про них забыла. Но не сейчас. От чего-то сегодня ей хотелось оставить всё в полном порядке.
Собственно, чемодан уже стоял наготове и сама она давно собрана.
Через несколько минут шторы уже были зашторены, газ с водой и электричество отключены, ключ в руках – всё готово к отъезду в долгожданный Египет. И, главное – стильная короткая причёска, уложена самым наилучшим образом! Тата соблюдала чрезмерную аккуратность в таких вещах. Чего нельзя было сказать о её естественных домашних обязанностях.
Раздался звонок в дверь, будто весенние птицы разом ворвались в это простое жилище, хозяйка тут же открыла и к её ногам упало письмо, оставленное почтальоном в дверной щели. На нём значилось, что оно прибыло от подруги. Это правда, Тата ожидала это послание.
Она мигом вскрыла конверт и вернулась в заполненную апельсиновым ароматом тёмную комнату.
- Вовремя, Лада… – сказала она, вынимая вырезку из журнала, машинально поправляя свои короткие волосы.
К журнальному листу прилагалась записка, в которой подруга сообщала:
"Это моя история. Я разместила её в уфологическом журнале. Хочу найти таких же как я. Что скажешь?
Пока. Лада."
- Что скажу? – со вздохом проговорила Тата мысленно обозвав подругу глупой фантазёркой. – Тебя неправильно поймут. Вот и всё. И ты будешь переживать…
Присев на диван девушка стала читать: "Встречи с инопланетянами", - гласил неказистый заголовок журнального раздела. Тата пробежалась по письмам читателей и нашла, в самом низу, рассказ Лады.
Распахнув штору и вновь впустив в дом какой был свет божий, она стала изучать это творение своей подруги. Такси ещё не появилось и время на чтение имелось.
"Моя история связана с инопланетными пришельцами. И началась она еще в юности моей мамы. В то время, она дважды видела «луну», пролетающую над их домом. Эту странность она наблюдала одна, потому что не могла добудиться никого из родителей. Позже, ей стали сниться очень странные сны. Мама их панически боялась и, ложась спать, все время твердила про себя, что не хочет лететь. Снилось ей, что её и еще других людей ведут на космический корабль. Ничего плохого с ними не делали, лишь срезали немного волос и ногтей.
Когда мама вышла замуж и родилась я, то она стала терять сознание (совсем ненадолго) и приходила в себя, сидя или лежа и крепко прижимая меня к себе. Как ни странно, провалы происходили только тогда, когда дома никого не было.
Когда мне было семнадцать, то рано утром мама опять увидела летящую «луну», уже над нашим домом. Я и сама увидела ее… - Тата прервалась и опять выглянула в окно. Если бы она не знала свою подругу, то, просто-напросто, рассмеялась и с лёгкой душой выбросила бы эту бумажку подальше - забыв о ней. Но Ладу она знала с самого раннего детства и такая глупая опрометчивость мечтательной, но всё же серьёзной подруги… Случилось нечто важное и неординарное, раз она решилась на этот шаг… Но, никто и никогда не воспримет это сочинение всерьёз! …Какая досадная наивность.
Однако, все эти истории подруги о пришельцах из глубин Вселенной Тате были давно известны. Совет о неразглашении изначально дан и, до сих пор, Лада его строго придерживалась… С неохотой, Тата опять поднесла к глазам журнальный лист. - ...Через несколько лет, а именно 30 марта этого года, после солнечного затмения, мне приснился сон. Было сильное ощущение реальности происходящего. Пару раз я пыталась выбросить этот сон из головы, но на меня находила депрессия, как будто я теряю направленность в своей жизни. Это довольно мучительное состояние. Стоит мне принять сон как реальность — и все разом успокаивается.
… Окружающее пространство во сне было каким-то аморфным, как если бы сказали: представь то-то или то-то… Реальным были лишь я и двое инопланетных мужчин. Мы долго с ними говорили. Но большую часть разговора я не помню совсем. Со мной говорил командир военного корабля. Второй был новобранец, он стоял поодаль от нас. (Не буду рассказывать подробности ситуаций и разговора, в конце-концов - это не суть важно.) В конце беседы командир хотел меня поцеловать, как мне показалось, но я растерялась. Тогда он прикоснулся лбом к моему левому виску и спросил - откуда я знаю… (что — я не помню)? Я ответила, что я гадала. (Надо сказать, что я и вправду хорошо предсказываю по обычным картам, еще же у меня бывают спонтанные видения ауры, последнее время чаще, и еще есть некоторые способности в целительстве). Потом, он сообщил, что мы еще встретимся. После чего я помню себя идущей по дорожке к дому.
Инопланетянин был высокий (два метра ростом, не ниже), сложен правильно, кожа светлая. В комбинезоне светлого песочного цвета. Черные волосы — наверное, длинные, так как завязаны сзади. Глаза немного больше обычных — кажется, полностью черные — и высокие скулы, которые создают впечатление принадлежности к монголоидному типу.
Мне бы очень хотелось узнать мнение уфологов по поводу моей истории. А еще я прошу откликнуться абдуктантов или считающих себя таковыми. Особенно я хочу узнать, встречал ли кто-нибудь подобных инопланетян — в отличие от зеленых человечков. Для меня это очень важно.
Аномальные новости.
№41 (311) 2006 "
Тата устало вздохнула подавляя усмешку и закусила губу.
- Блаженными мир полнится... - вложила журнальный лист назад в конверт и отправила его на письменный столик. Затем взяла сотовый телефон и, зная что подруга не любит телефонные разговоры, лениво напечатала СМС, как могла спокойное, чтобы не ранить доверчивость Лады:
"Привет. Я получила твою статью. Мне кажется это интересно, необычно и смешно… – Тата остановилась и прочла написанное. Заметив казус, она исправила последнее слово, - страшно… Я тебе верю. Но, знаешь, тебе лучше не распространяться по этому поводу. Люди разные бывают. Встретимся в аэропорту.
Пока."
Лада – миловидная, изящная, молодая дама, с длинными русыми волосами, уже подъезжала к аэропорту, когда получила это дружеское послание.
Бегло прочитав его, она заметно сошла с лица. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять за кого её примут, когда прочтут её глупое заявление. Но, ...это казалось таким важным! Хотелось выговориться, освободиться от этого груза… Разве она говорила о своих историях кому-то из близких – нет, никогда! Только Тате, которой она доверяла как самой себе, была доверена сия тайна. И не важно, что скажут какие-то чужие и совершенно далёкие люди, которые её совсем не знают – важно то, что ей могут ответить нужные. Но, Тата… Тата смеётся над ней. Она почувствовала её снисхождение, когда прочла это коротенькое сообщение. Груз стал совсем невыносим. Опустошающее, давящее чувство изгоняло всю радость, от предвкушения интересного отпуска.

глава 1.
Ведь я тебе принадлежу,
Как сад,
Где мной взлелеяны цветы
И сладко пахнущие травы.
(«Начало радостных песен».)

- В лесу тепло. Зеленеет трава... такая яркая среди серых кустов! ...Какие тропинки! ...Звёзды в прозрачных облаках. Весенний ручей... а в ручей капает сок из поломанной... ветки... берёзы... - Тата сглотнула, очнувшись от приятного забыться пока вспоминала когда-то заученные строчки Пришвина. Кожу сильно припекло солнцем. Тата, еле переставляя ноги, наконец, поравнялась с подругой, - Примерно так ты описывала мне природную идиллию, до того милую твоему сердцу?
Подруга улыбнулась и откинула прилипшие к вспотевшей спине русые волосы.
- Так и есть, - ответила она. Это был уже третий день их совместного отдыха в Египте. И уже третий день её подруга ныла от недостатка культурного общения на которое она столь сильно рассчитывала. Лада то и дело стремилась в пустыню, поближе к древним строениям, чем крайне утомляла Тату.
- Я люблю жару, ты знаешь, - продолжала между тем Тата, галантно приподымая подол своего длинного платья. - Но я бы хотела получить хороший, ровный загар... а не красные ожоги. ...Нужно было взять крем с собой.
- С этим кремом от загара, одна морока. Всё равно, что свитер в жару натянуть - противно, просто до истерики.
- Кому как... Кстати, почему нас каждое утро несёт сюда? Может вечером будет интереснее?..
- Нет. Вечером я ничего не увижу.
- Ах, да-да! В самом деле, мы же хотим увидеть ауру пирамиды!
Лада скромно кивнула в ответ.
- Опять. Зачем это только тебе?..
- Потребность. Уже давно, - таинственно проговорила Лада.
- ...А ты как, ничего? - Тата стёрла, связанным собственноручно платочком, пот с лица, - Нет, ну может жара настрой собьёт?..
- Тата, можешь идти назад, - обиделась Лада и натянула получше шляпу. - Я тебя не держу.
- Ладно, проехали. Я говорю, чтобы не молчать. ...Не люблю, когда молчат.
Обе замолчали.
- Как тебе тот парень? - первой начала Тата.
- Какой? - спросила Лада и стала вытряхивать песок из тонких "пуант".
- Ну, тот, что липнет к тебе, - не теряя времени зря, Тата тоже занялась собой, стараясь как можно больше и так коротких волос заправить под шляпку.
- Ничего, конечно, - ответила Лада таким тоном, будто ответ сам-собой разумеется и одёрнула своё, кофейного цвета платье, не менее длинное, чем у подруги.
- Угу... Ну, это я так, на всякий случай. Я-то знаю, что тебя страсти земные не интересуют, - обрадовалась Тата. - Значит, ты не будешь возражать, если я приударю за ним?
- Что? - не сразу поняла Лада. - А! Нет. Конечно. Не буду возражать. При-у-дарь.
- Отлично...
А между тем, жара опять стала раздражать.
Лада резко развернулась к пирамидам, всё ещё находящимся довольно близко, и стала смотреть на них расфокусированным взором.
Молчаливые и выразительные, потрясающие в своём великолепии, они стояли божественные в своей простоте. Они подавляли бы своей тайной тех людей, снующих на песке у их подножия… Но мало кто желал по-настоящему проникнуться той тайной.
- Тебе обязательно отходить от объекта так далеко, чтобы увидеть то, что надо? - стараясь не отвлекать подругу, поинтересовалась Тата. Лада пожала плечами, - Ну как, - наигранно поинтересовалась она тут же, - видишь что-нибудь?
- Только фон... - расстроено призналась Лада, - А там, вон, - Лада указала, вытянув руку, по направлении видимой им части стороны пирамиды Хеопса, - сиреневое свечение.
- Интересно, - то ли деланно, то ли всерьёз удивилась Тата, - Может, подойдём поближе?
Лада возмущённо взглянула на подругу и быстро зашагала назад. Шляпа её слетела с головы, но она даже не подумала её поднять. Тата бросилась за ней, но наступила на юбку своего платья и почти упала. Пока она приводила себя в порядок, Лада далеко убежала вперёд. Тата настигла её только у самих пирамид, окрестности которых стали уже пустеть.
- Может, подождёшь!? - крикнула вдогонку подруге она. Но девушка не слышала. Тата только увидела, как мелькнула за углом пирамиды коричневая волна от платья, совсем уж далеко от неё.
- Забери свою шляпу! Лада, ты с ума сошла! ...Это точно, - Тата добрела в изнеможении до заветного угла, - Всё, конец. Ухожу.
- Да... конечно. Уже идём... - как ни в чём не бывало ответила Лада. Она сидела на корточках, прислонившись ладонями к одному из блоков пирамиды. Тата швырнула ей шляпу и та, поймав на лету, водрузила её себе на голову.
Тата опустилась рядом, видя что подруга слишком увлечена. Камни и песок были столь горячими, что обжигали тело. Она открыла сумочку и выудила из неё небольшую книжицу.
- «…Я, Исида, есть все, что было, все, что есть, все, что будет; ни один смертный человек взором не проник под покров моей тайны», – прочла она вслух пару строк из заранее приготовленного текста, – Ни о чём не напоминает?
- Напоминает, – смягчившись ответила Лада.
- Это я тебе купила. Не хочу, чтобы ты дулась на меня, – Тата протянула подруге книжку.
- Я не дуюсь.
- …Ну что, идём?
- Странное ощущение...
- Ощущение солнечного удара, я надеюсь? - Тата поднялась, что бы уйти. Поправила зелёное платье, шляпку и, всё же ещё раз задержалась взглядом на подруге. И тут, тоже - почувствовала нечто... как будто вибрирующее движение в воздухе, проникая в тело, втягивало в странный жарко-ватный жужжащий поток...
- Так... что за ощущение?.. – обеспокоилась она.
- Какие-то волны... и воздух, словно... - голос Лады потерялся где-то вдалеке.
Тата успела заметить туман, которому неоткуда было взяться в такую погоду. «Может быть мне это кажется, от того, что в глазах всё плывёт», - хотела сказать она, но Лада взмахнула рукой, как в воде, пытаясь отогнать это наваждение… От этого движения у Таты закружилась голова и она, как подкошенная, рухнула на колени всё ещё сидящей на песке Лады. Опустившийся туман спрятал их фигуры. А когда вскоре рассеялся, подруг на месте не оказалось - они исчезли.
Солнце уже нещадно светило, озаряя своими лучами всё те же неподвижные, величественные, древние пирамиды, накаляя каждую песчинку. Туристы стали уходить от зноя и никого уже не интересовало - все ли в сборе.

День близился к середине. Мелкие волны, сверкая на солнце, с шумом набегая на берег одна за другой. Отползали назад и тут же, с новым порывом, мелким бризом, орошали прибрежный песок.
Пара статных, по виду отнюдь не бедных мужчин, шествовала в направлении огромной пирамиды. Одной единственной на этом берегу, которая, чудным образом, скрашивала местный пейзаж, придавая ему неземную, фантастическую красоту.
Один из них, более высокого роста, кажется излучал некое внутреннее царское благородство, он был в одной лишь короткой юбке на красивом, высоком, открытом теле и прядью чёрных волос на обритой голове. Свои кошачьи глаза он прикрывал ладонью. И это становилось понятно, ведь пирамиду покрывала стекловидная масса. Этот покров, в полдень, отражал от себя яркие лучи солнца - смотреть незащищённо на неё было очень сложно, почти невыносимо.
- Я уверен, Рамзес... господин, не нужно так спешить! Служители скоро заметят неполадку и всё устранят, - так же прикрывая рукой глаза, говорил другой, бритый наголо молодой человек в длинном, до пят, белом облачении. Примечательность этого мужа составляла улыбка, такая бывает у умных и расчётливых людей — надменная и проницательная, в то же время приторно-миндальная.
- Датчик показал мощный магнитный сбой и падение энергии поступающей от пирамиды. Ты думаешь, я смогу сидеть сложа руки, Хеб?! - Рамзес не сдерживал недоумение от утешения жреца.
Светящийся столб света, уходивший в небо с вершины пирамиды и бьющие волны-барашки у её подножья... - создавалось впечатление, что стены её паруют, охлаждённые прохладной водой.
- Сегодня каналы шахт открыты, - озабоченно проговорил Рамзес, — Нужно немедленно прекратить связь с Дуатом!
- Что они нам на это скажут? - жрец явно был напуган решением своего друга - ...Нужно связаться с Красным Лахму, пусть временно возьмут наши функции.
- Достроим комплекс — будет проще. Ра выражает нетерпение всё более. Давно ты с ним говорил? - не дожидаясь ответа, Рамзес спешно продолжил, - Я сегодня зайду в твой храм. Зеркала в порядке?
- Да, фараон, как скажешь, - смиренно-деланно ответил жрец, - Но ты же знаешь, Ра... он не любит такое панибратство...
Рамзес фыркнул. Перечить не стал. Его внимание привлёк странный туман, опустившийся густым клубящимся облаком у стены Прамиды.
- Что та... - не договорил он устремившись вперёд.
- Да что же это!.. - с неподдельной досадой отозвался Хеб и бросился следом.
- Стража! Сюда! Куда вы смотрите!?
Туман быстро рассеивался уносимый слабым ветерком в окрестный дендрарий. И подбежавшие стражники увидели двух молодых женщин лежавших без чувств.

Глава 2.

Грани пирамиды всё ещё трещали как от статического разряда. Воздух стал необычайно свежим и прозрачным, словно чистейший кристалл.
Странное появление не менее странных женщин привело в замешательство стражу и некоторые преклонили колена, решив, что это могли быть одни из богов, о которых они так много слышали, но которые не часто удостаивали своим присутствием простых смертных.
В то время как Рамзес и Хеб подбежали к ним, Тата уже пришла в сознание.
Солнце скрылось за огромной тёмной тучей, наградив возможностью как можно быстрее придти в чувство. Приподнявшись на локте Тата озиралась, не в силах понять происходящее.
Хеб, нагнувшись, протянул ей руку. Она оперлась на него и встала.
- Что случилось? Где мы? - оглядевшись вокруг и, не узнавая местности, воскликнула она, - Лада, вставай! ...Вставай же!
Девушка всё ещё была без чувств. Обеспокоенная, Тата стала теребить её, постоянно произнося её имя.
Все молчали и чего-то выжидали. Похоже, никто не понимал, что же произошло в этом месте.
- Это не боги... - не менее озадаченно заключил Рамзес.
- Кто вы? - взяв за руку Тату, вопросил жрец-эвен. Она повернулась к нему и, покачав головой, ответила, что не понимает его слов.
- Прочти её мысли и узнай кто они, - приказал Рамзес обратившись к другу-жрецу.
Хеб задумчиво посмотрел на него, согласившись кивнул, обхватил своими ладонями ладони Таты и сосредоточил взгляд на её лбу.
Очнулась и Лада. Рамзес счёл необходимым помочь ей и с этой целью подошёл. Увидев мужчину рядом с собой, Лада зарделась. Но вовсе не от смущения. Что-то. Словно молния. Вспыхнуло в её голове, на мгновение открыв память, которая тут же закрылась. Потом, совладав с собой и осмотревшись по сторонам, она вполне смекнула, что прошла сквозь пространство и время… хоть и не осознала ещё этого полностью.
"К тому же, современные учёные, теоретически, уже доказали такую возможность путешествий..." – рассуждала она, взирая на бесконечную стену пирамиды, сверкающую сейчас как сероватый драгоценный камень. ...Что не успокоило.
Лада, шатаясь, взглянула на Рамзеса и поплелась к морю... Надеясь на его берегу привести свои мысли и чувства хоть в какой-то порядок. Волосы её рассыпались по плечам и ветерок слегка колыхал их, а волны мочили платье, мелко кидаясь на её ноги.
Рамзес последовал за ней и увлёк за собой в тень деревьев.
- Кажется... я ничего... больше... не соображаю... - прошептала она красивому мужчине, слегка придерживавшего её за руку и опять упала без чувств. Рамзес, опустив её на траву, подозвал лекаря.
В это время эвен закончил свой сеанс и, вместе с Татой, направлялся к ним. Лада пришла в себя. А потому Рамзес, кивком головы, предложил Хебу отойти в сторону.
- Я слушаю, – Рамзес стоял опершись об арку, украшавшую вход в дендрарий.
- Я прихожу к выводу, - ответил жрец, - что произошёл исключительно редкий эффект по перемещению во времени. Её зовут Тата и она утверждает, что здесь должны стоять три пирамиды и некий Сфинкс, которые в полном запустении. Исходя из этого... - они из будущего, - Хеб бегло глянул в сторону молодых женщин, - Языка нашего не знают.
- Как зовут другую?
- Её имя Лада, - уголком рта улыбнулся Хеб. Потянулись секунды молчания.
- Нельзя оставить их так.
- ...Что ты хочешь? - жрец намеревался отговорить фараона. Но вдруг понял, что может извлечь из этого пользу и огонёк блеснул в его глазах. - ...Стража видела их появление, - певуче рассуждал Хеб. - И уже завтра все будут знать о пришелицах. Боги бывают тут не часто, а в управлении империей такой козырь ...не лишний. Народ в своей массе глуп и не образован, его завораживает блеск и оглушают фразы...
- Довольно, ...о необразованности народа. Или хочешь вплотную заняться этим делом? - Рамзес вновь посмотрел на Ладу. Она вполне пришла в сознание и отошла с подругой подальше, - Ты возьмёшь их к себе в храм и обучишь языку, – понизив голос, твёрдо сообщил он жрецу.
- Да. Обучу. Однако, женщины в этом хаме быть не могут.
- Откуда это? - возразил Рамзес.
- Это традиция... - пожал плечами жрец.
- Потом, когда обучишь их языку, они будут жить во дворце. Отцу я всё расскажу сам.
Подруги в это время сидели на свежей зелёной траве под невысоким широким деревцем в самом начале сада. Лада, с широко раскрытыми глазами, озирала представшую перед ними фантастическую картину, будто желала запечатлеть те виды в своей памяти.
- Ты понимаешь что происходит? ...Я, наверное, схожу с ума. В голове каша, я с трудом соображаю... Этот человек обладает психо-энергетикой, он жрец... Мы в прошлом? Та...Мари... так, кажется, называется это место. Жрец сказал, - бормотала Тата держала подругу за руку, а та потирала себе лоб и щёку. Было заметно, что её пробирает лёгкая дрожь.
- Та-Мери? - Лада чётко произнесла название и улыбка промелькнула в её глазах. - Это Древний Египет! Та-Мери он назывался! Милая Страна. Да-да... я поняла всё сразу. Но... может это розыгрыш какой-то?
- Нет, нет, я не думаю... Собственно, я вообще не думаю...
- Кто... тот, другой мужчина? - Лада кивком указала на Рамзеса.
- Скоро узнаем, – скептически ответила подруга.
- И что мы будем делать?
- Останемся тут и будем ждать...тумана, - в глазах Таты мелькнула ирония, - чтобы вернуться назад.
- Ждать тумана? - голос Лады прервался от волнения, - А ты уверена, что мы вернёмся именно туда, откуда прибыли?!
- Куда же ещё? - растерялась девушка.
- Ты и правда ничего не соображаешь. ...Это же случайность, - усмехнулась Лада. - Нас явно не ждали. А следовательно, этот портал возник случайно. Значит и путь сюда был случайностью. Это не значит, что тут проторенная дорожка.
- Но это безумие! Что будет дома? - Тата расплакалась. Она отвернулась, стараясь сдерживать слёзы, чтобы не разрыдаться ещё сильнее.
- Тата, Тата, мы что-нибудь придумаем... - Лада обняла её за плечи. - Эти люди кое-что, да знают. Я уверена. Они помогут нам.
Похоже, подруг не собирались беспокоить. Как только стало ясно что с ними всё в порядке – тут же все скрылись в Пирамиде. И, за исключением стражи у входа, за ними никто не наблюдал.
К вечеру, когда неполадки в системе пирамиды были устранены, Рамзес приказал привести коней с повозками, чтобы вернуться в город. Здраво расценив своё положение, подруги решили, что лучше быть рядом с этими людьми, чем оставаться под открытым небом, в неизвестной им местности. А потому, они были доставлены в самый главный храм Египта - Храм Единого Бога.

глава 3.

Случившееся принесло смятение и растерянность во всём. Каждый вечер подруги выходили на ступени храма и сидели там до полуночи, беседуя между собой, посылая просьбы к бездонному звёздному небу.
Небо здесь было глубоким, с крупными звёздами-алмазами. Но, несмотря на потрясающую черноту неба, оно было прозрачным, чистым и светящимся. Темно не было - это было чудо.
- Нам уже пора бы всё выяснить. ...А мы медлим, - промолвила Тата.
- Что? - так же тихо как и она, спросила Лада.
- Всё! Всё, что с нами произошло.
Лада удивлённо вперилась взглядом в приятельницу.
- Что по-твоему произошло? - завершила она своё удивление вопросом.
- Ну ты что, всерьёз считаешь, что мы попали в прошлое? - раздражённо ответила Тата. Теперь она часто раздражалась по пустякам, от чего-то, неосознанно, виня во всём именно подругу. Она умолкла, приметив, что та неотрывно смотрит в небо. Лада заметила оборвавшуюся мысль и указала ввысь.
- Невозможно...
- Невозможно что?
- Яркая звезда мигает. Смотри, - Лада указала на звезду, - она летит.
Звезда была чуть ярче других. Она мигала и летела размеренно со стороны моря.
- Ну и что? Так мигают летящие ночью самолёты. Это...
- Я знаю как мигает самолёт! - прервала её Лада. И уже более спокойно добавила, - Но мы, в прошлом...
Звезда теперь была уже так далека, что её нельзя было отличить от остальных. Она скрылась за горизонтом и совсем исчезла.
Тата нервно вздохнула, подперев голову рукой, стала рассматривать небо ища в нём то, чем можно остановить уже надоевшую фантазию подруги.
Они молчали уже давно. Обе обижались друг на друга.
- Так что с нами произошло по-твоему? - нарушила молчание Лада.
- Когда?
- Ну, где мы? Как сюда попали? - Лада развела руками, пытаясь указать на их теперешнее положение.
- Ни в каком мы не в прошлом, - чуть помедлив, ответила Тата, - Нас похитили. Может быть для рабства. ...Чтобы продать! – Тата сама смутилась такому своему предположению, поскольку как с рабынями, с ними, отнюдь, не обращались. Лада снисходительно усмехнулась и тоже стала всматриваться в звёздное небо.
- Что нам делать?
- Бежать.
Лада опять безмолвно улыбнулась на это предложение.
- Лада, не хотелось мне тебе такое говорить, но ты очень увлеклась фантастикой! Нет в реальности такого! Хватит уже, – Тата нервно отвернулась.
- Так... ты не верила в те необычные вещи, о которых я тебе рассказывала? Никогда не верила?
- Иногда верила. В общем, мне так казалось... Прости.
Лада тоже отвернулась от подруги и задумалась, обняв колени.
- Лада, не обижайся, - попыталась исправить положение Тата, - Давай лучше, наконец, подумаем, что нам делать?
- И ты считаешь, что мы должны бежать...
- А как иначе?
- Хорошо, – изобразила готовность Лада, - Побежали. ...Но, может ты ещё не заметила, но нас никто и не держит. Ты видела стражу? ...Я не заметила, что бы тут кого-то охраняли. Мы здесь вообще из милости. Как по мне, так сау будут рады избавиться от нас так просто.
Тата замерла. Нельзя было не согласиться с эти выводом…
- Что ж, - очнулась она, - ты права. За нами никто не следит. Но если у них есть газ, которым нас усыпили, то, следовательно, есть и камеры слежения.
Лада на это лишь фыркнула. Она молча поднялась и пошла по двору окружавшему храм, к выходу. Тата молчала, не двигаясь с места, она за ней наблюдала. Вскоре она перестала различать силуэт подруги в темноте.
Во дворе, если можно было назвать двором окружающий храм сад, росли, наверное, самые красивые растения - от душистых цветов, до высоких деревьев. Как вечнозелёные, так и лиственные. Через двор к выходу вела широкая каменная дорога, которая выходила на площадь. А за этой площадью разбегались улицы и улочки этого таинственно-красивого города.
- Иди ко мне! - услышала Тата издали. И, недолго думая, она пошла следом. Лада встретила её за двором храма.
- Зачем мы сюда пришли? - скептически спросила Тата.
- У тебя в комнате осталось что-то, что мы должны забрать?
- Конечно, ничего, - недовольно ответила Тата.
- Ты видишь кого-нибудь, кто может нас заметить?
Тата оглянулась. Можно было сказать, что вокруг не было ни души. Время от времени со стороны городских улиц доносились смутные звуки - голоса собак, домашних птиц, слова людей... Неподалёку прошла старая женщина и скрылась в тени домов. Молодые парни, оживлённо беседуя, проследовали туда же. И больше никого.
- Нет, наверное... - Тата пожала плечами.
- Тогда бежим сейчас, пока не поздно, - решительно скомандовала Лада.
- ...Бежим?
- Да, – настойчиво подтвердила девушка и быстро пошла через площадь к ближайшему переулку. Её подруга нерешительно поспешила тоже.
Они шли молча, мимо тёмных окон домов. Переулочек раскинулся ровной и удобной дорожкой. Идти было очень легко и они почти летели. Вскоре они миновали четыре проулка и вышли на широкую улицу. Однако, Лада заметила, что идёт уже одна. Тата остановилась.
- В чём дело? - оглянувшись, спросила она подругу.
- Давай, вернёмся... - донёсся тихий голос.
Давай... – согласилась Лада. Она и не ожидала, что побег имеет смысл и продлится долго.

После побега Тата стала ещё более замкнутой по отношению к своей спутнице, часто оставляла её одну в их комнате, более похожей на келью, основную достопримечательность которой составляла незамысловатая мебель из кедра. Эта чудесная древесина издавала приятный тонкий запах, создававший впечатление прохлады даже в самый знойный день.
Оставшись одна, Лада бродила по этому огромному храму. Сегодня было то же самое. Она обижалась не менее подруги, ощущала всю глупость своего положения. Шла она медленно и не особенно утруждалась запоминать свой путь, из-за обилия залов более похожий на лабиринт. Тем не менее она зашла в тупик, обрывавшийся единственной массивной дверью, закрытой не плотно и неизвестно куда ведущей.
...Что со связью? - услышала она незнакомый голос за дверью. По крайней мере это не был голос ни эвена Хеба, ни царственного Рамзеса.
Мы восстановили сразу. Но скоро стало ясно, что связь нестабильна, - объяснил Хеб.
Пока Красный Дракон берёт всё на себя, - безрадостно добавил Рамзес.
...Эта планета к вам близка, - рассудил незнакомый голос, - но это большие дополнительные проблемы и для них и для нас. Восстановить работу пирамиды необходимо скорее. Немедленно.
При всём желании, - отозвался жрец, - но нет возможности.
Я пришлю Аахути. Вы должны выполнять его распоряжения в точности и беспрекословно.
Но если не будет средств, вы намерены помогать? - задумался Рамзес.
Средства изыщете... Войди! - внезапно обратился голос к Ладе за дверью. Лада отшатнулась, и, не дожидаясь повторного приглашения, бросилась наутёк.
Вовремя. Тут же Хеб открыл дверь. Заметив лишь метнувшуюся за угол Ладу, он виновато вернулся.
Это одна из тех, что спровоцировали сбой. Обе неуправляемые... Повелитель Ра, я предупреждал Рамзеса — женщинам, посторонним, тут не место, - Хеб нуждался в оправдании своей оплошности. Никто из посторонних никогда не входил в храм, не смел, тем более к святая святых. Достаточно было пары демонстративных расправ над нечестивцами по-началу, чтобы прекратить всякие попытки приблизиться без дозволения любому из народа, - Прости, Рамзес, это так.
Кто она? - остановил изнывающего жреца Ра.
Лада, повелитель, - слегка поклонился жрец. На мгновение в глазах Ра словно что-то зажглось.
Ра — очень высокий светлый мужчина, молодой, но возраст его определить было почти невозможно. Простой комбинезон его не скрывал гармоничного телосложения, а мужественные черты лица с высокими скулами не вызывали сомнений в его благородном происхождении. Черные длинные волосы, заплетённые в тугую косу, спадали до пояса. И только полностью чёрные миндалевидные глаза сообщали, что это не земной человек.
- Примите их как желанных гостей, - неожиданно для Хеба заявил он, - Лишнего не позволяйте.

Египет отличался контрастами. Народ жил умеренно, по большей части необразован. Пожалуй, люди были мало знакомы с теми знаниями и таинствами, которыми владела знать...
Прошли месяцы с тех пор, как пришелицы были поселены в храме Единого Бога, стоявшего на окраине города - Единой Вездесущей и Безличной Сути - как они узнали вскоре.
Все же остальные боги, были такими же людьми как и все... не считая их феноменальных знаний и того, что они прибыли с других планет…
Боги давно не жили непосредственно в Та-Мери, а лишь время от времени наведывались в него, для решения насущных своих дел.
Но, за время своего проживания в храме, подруги уже смогли увидеть днём прекрасный, огромный, отливавший золотом диск, спустившийся к блестящей пирамиде, которая так хорошо была видна из окон храма...
Это настолько поразило их, что подруги несколько дней не могли без трепета взирать в сторону посадки. К такому, хоть и не ежедневному, но быту этого мира, нужно было привыкнуть.
Этих "богов" почитали. Им строились храмы, потому как они несли знания и были родоначальниками династии фараонов и жрецов.
Тате удалось узнать, что огромные плоские кристаллы были установлены в той части храма, куда гостьям не разрешалось заходить. Через эти кристаллы осуществлялась какая-то связь, в том числе и с представителями богов.
Все эти сведения приносила Тата. Она по-прежнему не желала сидеть сложа руки и на это нельзя было обижаться.
К женщинам был приставлен писарь храма - жрец-мансум. Он много времени проводил с ними. За несколько месяцев Тата с Ладой вполне уже освоили простые выражения из древней речи, которую этому народу дали боги. Это оказалось не так трудно, когда все говорили именно на языке дингиров и, через месяц, можно было даже запросто общаться с жившими при храме жрецами.
Хеб - верховный жрец и Рамзес – фараон, при отошедшем от дел фараоне-отце, часто навещали их.
А в особенности Рамзес, которому оказались крайне интересны успехи Лады в её адаптации к неизвестному ей миру. Она всё больше привязывалась к нему. Она могла бы признаться себе, что влюблена, от того что почувствовала в нём нечто совсем родное... - если бы не была намерена, во что бы то ни стало найти способ и вернуться на Родину.
Тате не составило труда увлечься Хебом. Не считая себя влюблённой и способной на жертву, довольно легко относясь к своим чувственным желаниям, времени она не теряла и сама искала встреч с молодым и сильно интересным в своей таинственности, верховным жрецом всей Та-Мери.
В один из вечеров Тата вернулась в комнату, где они теперь жили. Лада готовилась ко сну. В белом открытом одеянии, с каштановыми волосами, которые за это время почти доросли до плеч, Тата была хороша и даже походила на истинную египтянку.
Лада же сидела на низком стульчике в таком же белом платье, но с голубым орнаментом по краю. Эти простые платья им позаимствовали жрицы из храма неподалёку. Она, расчёсывая волосы, смотрела на закат через прозрачную занавесь окна. На коленях её лежала раскрытая книга в золотом переплёте.
Читала?.. - удивлённо усмехнулась Тата, - И как?
Очень интересно, - очнувшись от лёгкого забыться отозвалась Лада, - многое становится понятным из жизни богов...
О! Поделись.
Что ж... Вот история, которую я сейчас прочла, - Лада аккуратно отложила книгу в сторону и уселась поудобнее, - было это в те далёкие времена, когда боги и только чистокровные боги единственно правили не только Та-Мери, но и всеми вокруг лежащими от неё землями. ...Погиб правитель, оставив после себя жену и юного сына. Юный принц Туту из рода Асарлуду не мог ещё достойно править Та-Мери и трон стал оспаривать его дядька — родной брат почившего отца. Разумеется, ни Туту, ни его мать этого не хотели. Но дядька хотел. Однажды, был званый вечер в царской семье. Дядька, будучи красивым мужчиной, сделал всё, чтобы понравиться своему юному племяннику и ночью им постелили вместе, - Лада улыбнувшись остановила повествование, позволив заинтересованной Тате присесть с ней рядом. - ...Туту оказался не глуп. Во время ночи любви, в тот момент, когда его любовник-дядя должен был излиться в него, он незаметно подставил ладони и принял в них его семя.
Утром юный Туту поведал всё своей матери и та потребовала, чтобы он собрал своё семя и отдал ей. Что тот покорно и сделал. За завтраком вдовствующая царица смешала семя своего сына с листьями салата и подала его дяде юного Туту. И он, ничего не подозревая, с удовольствием их съел.
Что это значит? - смешливо вопросила Тата.
А то, что дядька созвал совет богов и заявил им, что теперь он и только он является единственным претендентом на престол. Поскольку его семя находится в теле юного принца.
Что за формальность? Как низко... - возмутилась Тата и поднялась, чтобы заняться своими делами.
Нет... - усмехнулась Лада и привлекла Тату к себе. - Похоже, это вовсе не формальность. Что-то изменяется в телах тех, в кого попадает чьё-то семя.
Тата опять уселась и стала слушать.
После такого заявления никто из богов не стал возражать относительно его главенства. Кроме матери Туту. Она рассказала свою историю. ...Провели лабораторные исследования и выяснили, что семя Туту находится в теле дяди — не наоборот, а значит он, Туту, как бы породил его и, следовательно, по старшинству царевич выше. И это стало решающим моментом. Туту провозгласили фараоном.
Господи боже... - рассмеявшись, возмутилась дослушав Тата, - это никуда не годится... Но у меня есть новости, - чуть осмотревшись, сообщила она.
- Какие? ...Ты пугаешь меня.
- Я с Хебом говорила...
Лада улыбнулась и теперь спокойно продолжила своё занятие - расчёсывание волос.
- О перемещении во времени, - уточнила Тата. - Так, как мы сюда попали, возвращаться нельзя. Неизвестно, куда мы попадём. Тем более, что такой эффект у сооружения был впервые. ...Хоть он и вероятен при определённых условиях. Значит... – Тата хотела сказать всё быстро, но не смогла и запнулась, - Значит, Хеб не сможет нас вернуть. Да он и сам не понимает, как такое могло произойти...
- Ну, во всяком случае, это не было выходом... – успокоилась Лада, поскольку такое перемещение её вовсе не вдохновляло.
- Боги могут нас переправить! - поспешила сказать Тата.
- Ты о чём-то узнала? – это было уже интересно и Лада вся превратилась вслух.
- Но Хеб просить их об этом не будет, - Тата нервно поднялась с постели и подошла к окну. - Говорит, что до наших с тобой особ они не снизойдут. Но, по-моему, это он не снизойдёт! – Тата нервно поджала губы и упала на свою постель.
- Точно... боги наверняка смогли бы нам помочь! Видела, какая у них технология? В нашем веке такого нет!
- Но никто за нас просить не будет! - напомнила Тата, на что Лада в задумчивости лишь потёрла свой подбородок.
- Эти боги далеко не святоши. Знаешь, что я ещё узнала? Они имеют колонии во многих частях земли. Особенно там, где чернокожие. Добывают ценные металлы... и всё такое.
- Всё такое... - передразнила Лада.
- Интересно, зачем им столько золота? – оживилась Тата.
- Золота?
- Да. Они особо налегают на золото.
- Я когда-то читала про странные рудники на востоке Африки…
- Это только говорит о том, что они не бескорыстны.
- Да нет же, причина другая была.
- Ну, да, – усмехнулась Тата.
- Да ладно, ничего нам не мешает настаивать на своём, – Лада поспешила закончить этот разговор, который опять грозил перерасти в возмущение Таты относительно её фантазий.
- Не мешает, - согласилась девушка.
Стремительно опустились сумерки и потянуло прохладой. А сон пришёл только под утро, совершенно не спалось.

@темы: "Атум" пролог-3.

21:25 

Ги де Мопассан. "Плетельщица стульев".


Новелла из сборника "Рассказы вальдшнепа"
-------------------------------------------------------------------
Ги де Мопассан. Собрание сочинений в 10 тт. Том 2. МП "Аурика", 1994
Перевод А.Н. Чеботаревской
Примечания Ю. Данилина
Ocr Longsoft ocr.krossw.ru, февраль 2007
-------------------------------------------------------------------

Леону Энник.

Обед по случаю открытия охоты у маркиза де Бертан подходил к концу. Одиннадцать охотников, восемь молодых женщин и местный врач сидели за большим ярко освещенным столом, уставленным цветами и фруктами.
Заговорили о любви, и тут поднялся спор, вечный спор о том, можно ли по-настоящему любить несколько раз в жизни, или только однажды? Приводились примеры людей, у которых была только одна великая любовь; рассказывали также и о людях, любивших сильно и часто. Мужчины вообще утверждали, что страсть, как и болезнь, может поразить человека несколько раз и поразить насмерть, если перед нею возникает какое-нибудь препятствие. Против такого взгляда трудно было спорить, однако женщины, подкреплявшие свои мнения больше поэзией, нежели фактами, утверждали, что любовь, великая любовь, может выпасть смертному только однажды, что эта любовь подобна удару молнии и что сердце, тронутое ею, бывает настолько опустошено, разгромлено, испепелено, что никакое другое сильное чувство и даже никакая мечта о любви уже не могут возродиться в нем.
Маркиз, человек много любивший, горячо оспаривал этот взгляд.
— А я утверждаю, что можно любить не раз — со всей страстью и от всей души. Вы приводите мне в пример людей, покончивших с собою из-за любви, и видите в этом доказательство невозможности новой страсти. Я отвечу вам, что если бы они не имели глупости покончить с собой — что отняло у них всякую возможность рецидива, они бы выздоровели и любили бы вновь, опять и опять, до самой своей естественной смерти. Про любовников можно сказать то же, что про пьяниц. Кто пил — будет пить, кто любил — будет любить. Это — дело темперамента.
Третейским судьей избрали доктора, старого парижского врача, удалившегося в деревню, и попросили его высказаться.
Но по этому вопросу у него не было определенного мнения.
— Это дело темперамента, как сказал маркиз; я же лично знал одну страсть, длившуюся непрерывно пятьдесят пять лет и окончившуюся только со смертью.
Маркиза захлопала в ладоши.
читать дальше

@темы: мысли

10:03 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:39 

Мой рисунок.

Зельевар.

@темы: рисунки (арт)

12:04 

ТВОРЧЕСКИЙ -ART-ПСИХОЗ.

12:02 

"Мастер и Маргарита". Отрывок.

* * *

".... -- А дьявола тоже нет? -- вдруг весело осведомился больной у Ивана Николаевича.
-- И дьявола...
-- Не противоречь! -- одними губами шепнул Берлиоз, обрушиваясь за спину профессора и гримасничая.
-- Нету никакого дьявола! -- растерявшись от всей этой муры, вскричал Иван Николаевич не то, что нужно, -- вот наказание! Перестаньте вы психовать.
Тут безумный расхохотался так, что из липы над головами сидящих выпорхнул воробей.
-- Ну, уж это положительно интересно, -- трясясь от хохота проговорил профессор, -- что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет! -- он перестал хохотать внезапно и, что вполне понятно при душевной болезни, после хохота впал в другую крайность -- раздражился и крикнул сурово: -- Так, стало быть, так-таки и нету?
-- Успокойтесь, успокойтесь, успокойтесь, профессор, -- бормотал Берлиоз, опасаясь волновать больного, -- вы посидите минуточку здесь с товарищем Бездомным, а я только сбегаю на угол, звякну по телефону, а потом мы вас проводим, куда вы хотите. Ведь вы не знаете города...
План Берлиоза следует признать правильным: нужно было добежать до ближайшего телефона-автомата и сообщить в бюро иностранцев о том, что вот, мол, приезжий из-за границы консультант сидит на Патриарших прудах в состоянии явно ненормальном. Так вот, необходимо принять меры, а то получается какая-то неприятная чепуха.
-- Позвонить? Ну что же, позвоните, -- печально согласился больной и вдруг страстно попросил: -- Но умоляю вас на прощанье, поверьте хоть в то, что дьявол существует! О большем я уж вас и не прошу. ...."
("Мастер и Маргарита". Воланд и председатель МАССОЛИТа.)


@темы: мысли

23:01 

Люди как люди...

* * *
"...они -- люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны, из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или из золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... и милосердие иногда стучится в их сердца... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их... "
(Воланд. "Мастер и Маргарита.")
lib.ru/BULGAKOW/master.txt_with-big-pictures.ht...


@темы: мысли

22:05 

Albert Bierstadt

21:44 

САЙТ Siren (Анна Беркоз)

"...Я не сказала "да", мой Лорд... КОНСУЛЬТАЦИЯ АСТРОЛОГА ЛЮДМИЛЫ КИПРЕЙ.

главная